Сказка для волка - Евгения Барбуца

А вдруг сработает?

И как я выбираться буду, в гостинице как минимум двое оборотней помимо Дмитрия?

Подошла к окну, раскрыла пластиковую створку и выглянула наружу. Абсолютно гладка стена печалила своим скучным видом. И зацепиться-то не за что.

Пару раз обошла номер, ничего интересного кроме пустого таза не нашла. Аккуратисты, что б их!

Тут в дверь постучали.

— Входите, — крикнула я.

Недолгая возня в замке, и распахивается мой персональный путь на волю. Перед моим взором предстала молоденькая девчонка, одетая в синюю форму обыкновенной уборщицы, с ведром в одной руке и шваброй в другой.

Претензии претензиями, а глубинка, она и в Африке глубинка.

— Здравствуйте, — выглядела она усталой.

— Привет, — нагло улыбаюсь я.

— А зачем номер закрыли, если вы все равно здесь? — задала она вполне логичный вопрос.

Лицо ее выражало скрытое недовольство.

— Чтобы я не сбежала, — честно признаюсь.

Она улыбнулась, оценив шутку.

— Где пятно? — осведомилась она.

— Вон там, за кроватью, — мотнула я головой.

Оставив швабру с ведром у входа, она подошла ближе, дабы оценить фронт работы.

— Но здесь же ничего нет! — удивилась она.

— Конечно, нет, — сказала я, закрывая дверь.

Схватив швабру, медленно подхожу к девочке.

— Что вы делаете? — глаза ее непроизвольно расширились.

— Снимай халат, — скомандовала я, угрожающе наставляя на нее швабру.

Швабра была алюминиевой и довольно легкой.

— Это шутка? — попятилась он.

Блин, мне так никакого времени не хватит.

— Прости, — шепнула я, огрев девочку по голове.

И рука ведь не дрогнула.

Швабра погнулась, а девочка упала. Но сознания не потеряла, рухнула скорее от боли и неожиданности. Молодая, лет девятнадцати, сильная, организм и не такое выдержит.

Срывая с нее халат, я постоянно просила у нее прощения, все больше и больше походя на сумасшедшую. Она стонала и пыталась отбиться от меня хоть как-то, естественно бесполезно.

— Пожалуйста, не надо, — плакала она.

Халат, я наконец-то отвоевала, тут же напялив его на себя. Горничную пришлось связать простыней. Я конечно не спец по бандажу, но получилось вроде не плохо, и на кляп ткань осталась. Приложив немного усилий, вырвала телефонный кабель с мясом из аппарата. Заглянула в ведро и нашла там хлорку. Идеально! Халат опрыскивать не стала, зная, как быстро хлорка разъедает краску, и придает вещи непрезентабельный вид. Вместо этого облила руки.

В нос ударил удушающий запах, заставляя кружиться голову. Кажется, я переоценила свои силы. Пришлось в срочном порядке нестись в душ, где я успешно ополоснула руки. Запах не исчез, но уже не был таким резким.

Попыталась было позаимствовать обувь, но у нее нога была на два размера меньше моей. Не знала я, что встречу человека с настолько миниатюрной ножкой. Пришлось остаться босой.

Дверь я закрыла на ключ, прихватив собой многострадальную швабру.

Лифта в этой гостинице не было, зато лестница радовала шириной и ковровым покрытием. Людей в столь ранний час так же не наблюдалось. Казалось, сама удача сопутствовала мне. До второго этажа уж точно.

Так и не добравшись до лестницы второго этажа, я услышала знакомый голос. Оборотень говорил с кем-то по телефону, поднимаясь по лестнице. Я успела метнуться за угол коридора, и тихо порадоваться отсутствию обуви, что сделало мой шаг бесшумным. Прижавшись к двери одного из номеров, лихорадочно размышляла о путях к отступлению.

А это идея.

Довольно громко стучу в дверь, нагло игнорируя табличку «не беспокоить» весящую на ручке.

— Кого там черти принесли? — слышу недовольный рев постояльца.

Посчитав вопрос риторическим, отвечать не стала, продолжая упорно ломиться в номер.

— Какого хрена?! Пять утра! — дверь отворил мужик помятого вида в семейниках в зеленого зайчика.

Это было бы смешно, если бы не было так печально.

Бесцеремонно втолкнув мужика обратно в номер, ворвалась следом, плотно прикрыв за собой дверь. Дядька подобной наглости не ожидал. Я сегодня явно в ударе.

Ждать пока мужик придет в себя, я не стала, сразу же проследовав вглубь комнаты.

— Слышь, овца, ты че творишь? — очнулся любитель семейников.

— Зайчик, кто это? — заворошилось юное нечто на невероятных размерах кровати.

Вот это я понимаю ложе любви. Да на таком пространстве слоны спариваться могут, не испытывая особых стеснений!

— Ого, — оборачиваюсь к дядьке. — Ну ты горазд! Срока не боишься?

Дева была явно несовершеннолетней. И явно путаной. Похоже гостиница предпочитает детский труд. Уборщица, еле переступившая порог совершеннолетия, проститутка, которой до того порога как минимум года два.

— Убью суку, — двинул на меня дядя.

— Спокойно, мужик, не нервничай, — наставила я на него швабру. — Сейчас я сама уйду и забуду, как ты выглядел. Идет?

— Зайчик, — проблеяла труженица панели.

— То, что нужно, — воскликнула я, подбегая к кровати и лишая деву естественного прикрытия в виде синтетического покрывала.

Мужик трясся от возмущения и злости, пока я споро привязывала один конец покрывала к рейкам деревянной защиты батарей. К сожалению швабру пришлось оставить. Они как раз под окном находились. Очень надеюсь, четырех метров данной тряпки хватит, чтобы не убиться.

— Я сейчас полицию вызову, — попытался что-то вякнуть дядька.

— Не вызовешь, — возразила я распахивая пластиковое окно.

Не страшно. Совсем.

— Эй, — испугался мужик. — Что ты делаешь сумасшедшая?!

А я тем временем, намотала свободный конец ткани на руку и выпрыгнула из окна. Спускаться постепенно не решилась, мало ли что, может рейка не выдержит, может дядька решит тряпочку отвязать. А так, раз, и я болтаюсь на уровне первого этажа.

Словно на тарзанке, ткань натянулась до предела обжигая огнем замотанную руку, чуть с пружинив. И тут раздался душераздирающий треск, после которого я стремительно полетела вниз. Ткань-то выдержала, а вот рейки нет.

Приземлилась на ноги, громко клацнув зубами, сразу же повалившись на пятую точку. Все тело пронзила острая боль. Орать в голос я постеснялась, справедливо опасаясь лишнего внимания.

Когда исчезла чернота из глаз, я тщательно ощупала себя. Абсолютно целая, я сидела в клумбе с цветами. Нет, мне точно везет. Или же это особенности организма оборотней?