Черновик - Сергей Лукьяненко

Я открыл дверь.

За спиной Коти стояла Иллан. Оба выглядели так, как и должнывыглядеть два горожанина после проведенных на дикой природе суток: мятые,грязноватые и усталые.

Котя сделал мне страшные глаза, словно юноша, чьи родителипредались сентиментальным воспоминаниям «как же ты вырос, а ведь совсем недавнописался в постель» при впервые приведенной в дом девушке.

— Точно! — сказал я. — Ты для «Спорт-экспресса» статьюписал… Ну, проходите.

Котя юркнул в башню. Подозрительно и напряженно глядящая наменя Иллан прошла следом.

— Чистоту наводишь? — спросил Котя, окидывая взглядомсвежевымытый пол и тряпку в моей руке. — Ну надо же!

Иллан, как мне показалось, тоже глянула с уважением. Ничтотак не радует женщин, как мужчина, занятый уборкой в доме.

— Пришлось, — коротко сказал я. Поддернул трусы — уборкой язанимался полуголым. — Сейчас приду…

— Подожди, — неожиданно сказала Иллан. — Постой…

Она смотрела мне на живот. Потом обошла кругом, словновокруг новогодней елки. Присела и потрогала голень.

Я терпеливо ждал.

— Из автомата? — спросила Иллан, глядя на меня снизу вверх.

— Пулемет.

— Ты… — Она встала, с подозрением посмотрела мне в глаза. —Это ведь не у нас, да?.. Ты открыл еще одну дверь? Куда?

— Туда.

— Дурак! Дурак, дурак, дурак! — Ее лицо исказилось от обиды.— Мы же все проработали… у нас был план… нам нужен был только выход наЗемлю-один! А ты поперся… все? Выход под наблюдением?

Я кивнул.

— Скорее всего зальют башню бетоном, — горько сказала Иллан.— Ну и датчики, мины… все по полной программе. Говорят, однажды такое ужеделали… Ну почему ты поперся в этот мир? Почему не дождался нас? Считал себясамым крутым?

— Почему ты не подошла к нам, когда мы вышли в Кимгиме? —спросил я. — Почему не рассказала все, что знаешь, — про функционалов, проЗемлю-один? Зачем этот налет с дубьем и ножами? Считала себя самой крутой?

Котя тревожно переводил взгляд с Иллан на меня и обратно.

— Ты прав. — Иллан вздохнула. — Извини. Претензии… не поадресу. Могу я привести себя в порядок?

— А?

— Ванной комнатой воспользоваться.

— Да, конечно. Наверх.

Иллан на мгновение коснулась руки Коти и двинулась вверх полестнице. Я посмотрел на блаженное выражение Котиного лица и спросилвполголоса:

— Ну что? Баба или дама?

— Ее зовут Иллан, — коротко ответил Котя.

Я посмотрел на него — и не нашелся, что сказать.

— Вначале у меня тоже был щенячий восторг, — сказала Иллан.

Мы ужинали. Во всяком случае, и в Москве, и в Кимгиме деньклонился к закату, так что нашу трапезу стоило назвать ужином. К моемуудивлению, Иллан ухитрилась сделать из моих холостяцких запасов почти домашнююеду — только сгоняла Котю в Москву за картошкой и мороженой курицей. На первоебыла лапша, на второе — жареная картошка с луком и тушенкой. Конечно, это немогло сравниться с яствами в ресторане у Феликса. Но честное слово, я бы непроменял этот ужин на самую роскошную обжираловку.

— Я хотела стать врачом, — рассказывала Иллан. — Ну… мечтабыла. Я работала сиделкой, зубрила учебники… хотела поступить в медицинскуюакадемию Ангвара… это примерно где ваш Стокгольм, очень престижное место. Там дорогоочень, у меня не было таких денег, надо было хорошо сдать экзамены, тогда яполучала стипендию и право на бесплатное обучение… — Она помолчала. — Думаю, ябы поступила. Но однажды пришла на работу — а там другая девушка сидит. Меняклиенты не узнают… я решила, что хотят выгнать, не заплатив, оскорбилась…скандал устроила. Потом меня забыли друзья.

— Потом родные, — кивнул я.

— Я сирота, — коротко ответила Иллан. — Отец был биолог,мать он привез с Востока, совсем еще девчонкой… говорил, что пришлось жениться,чтобы не посадили на бамбуковый кол… Он смеялся, на самом деле он очень любилмать. Потом они вместе ездили… в Африку, в Азию… не вернулись из Индии… есть увас такой остров, да? Нет, Индонезия! Не вернулись. Я росла с бабушкой, но онауже умерла. Никаких родных не осталось.

— Извини, — пробормотал я.

— Мне вначале очень понравилось, — продолжала Иллан. — Нет,я не дурочка, я понимала, что функционалов слишком мало, чтобы открыватьсялюдям и жить как хочется. Я решила, что у меня будет своя клиника. Она дажепоявилась, правда. Не очень большая, но хорошая. Я думала, что стану лечить — ифункционалов, хотя это редко требуется, и обычных людей. Ко мне будут приезжатьсо всего мира. Я, конечно, не смогу всем помочь. Но буду стараться… Потом я задумалась.Знаете, Кирилл, так не бывает… функционалы-акушеры утверждают, что лишьпомогают нам родиться… но так не бывает в природе. — Она улыбнулась. — Родамвсе-таки предшествует зачатие. Должна быть какая-то сила, превращающая нас вфункционалов. Должна быть логика — почему именно мы. Должна быть цель…

— Масса вещей совершается без всякой цели, — сказал я. —Вирус гриппа тоже людей случайно поражает.

— Отнюдь. — Иллан усмехнулась. — Вирус выбирает людей сослабым иммунитетом… Я вначале тоже так думала — что у нас предрасположенность.Это как в бульварных книжках — жил себе обычный человек, ничего толком не умел,вдруг бац — и превратился в супергероя. У вас таких книжек много. У нас тожеесть.

— Потому что всем хочется «бац — и супергерой», — сказал я.

— Но так не бывает. — Иллан развела руками. — На самом-тоделе ничего даром не дается. Ты накачал мышцы, но перегрузил организм, посадилсердце, потерял то время, которое мог потратить на образование, на чтение книг,на посещение музеев и путешествия. Ты стал великим ученым — но отъел пузо,заработал одышку, геморрой и близорукость. А у нас — все радости сразу.Сильные, умные, почти бессмертные, раны зарастают… Кроме поводка — никакихограничений.

— Поводок? А… ну да.

— Мне все это не понравилось, — продолжала Иллан. — Я сталаспрашивать. Феликса. Цая. Кариту. Они самые авторитетные у нас, в Кимгиме.Ходила в ваш мир, в Антик. Все сравнивала, пыталась найти закономерность. Мнестали намекать, что я занимаюсь глупостями. Что раз я доктор, то должна сидетьв больнице и ждать пациентов. То Цай скандал устроит — его, дескать, в схваткепокалечили, а меня на месте не было… Словно его можно покалечить, полицейского…

— И ты что-то поняла? — спросил я. — Нашла закономерность? Ктомы и почему мы такие?

Иллан покачала головой.