Кровь титанов - Вячеслав Шалыгин

Алексей с интересом оглянулся по сторонам и удовлетворенно кивнул. Лаборатория безымянного доктора была укомплектована по последнему слову техники. Загадочный аппарат для изучения глубинных слоев памяти скрывала голограмма никелированного шкафа, и рассмотреть его детали Туркин не мог. Воин уселся в предложенное врачом кресло, и на его голову тотчас опустился полупрозрачный колпак. Пластик прибора не покрывал глаза, и Алексей продолжал наблюдать за приготовлениями. Доктор присутствовал по-прежнему в виде фантома, и настройкой аппаратуры вместо него занималась теперь уже обретшая плоть Таня.

– Надеюсь, вы не причините вреда беззащитной девушке? – осторожно спросил врач.

– Я похож на чудовище? – с интересом разглядывая помощницу доктора, в свою очередь поинтересовался Туркин.

– Воины слишком сильны, чтобы соотносить свои действия с хорошими манерами, – высказалась девушка. – Но вас, Алексей, я не боюсь.

– Вот как? – Туркин усмехнулся. – Но вы же меня совсем не знаете. А вдруг я такой же грубиян, как все мои соратники?

– Грубияны мне по душе, – Таня кокетливо улыбнулась. – Чаще всего они оказываются особо преданными поклонниками.

– Сдаюсь, – Алексей поднял руки и рассмеялся. – Надеюсь стать первым среди равных.

– Напрасные надежды – суть всех заблуждений и несчастий, – недовольно пробурчал врач.

– Вы ревнуете, доктор?? – Туркин весело взглянул на фантома.

– Нет, – поспешил ответить образ, – просто вы ещё так мало знаете. В том числе о себе самом. Я почти уверен, что после сеанса воспоминаний вы в корне пересмотрите отношение к миру и своей роли в историческом процессе.

– Вы снова за старое? – Алексей поморщился. – Давайте обойдемся без идеологии. Включайте машину Мнемозины и начнем вспоминать золотое детство…

– Хорошо, – согласился доктор. – Габи, полную мощность.

– Габи? – Туркин удивленно взглянул на Татьяну, но та в ответ лишь снова очаровательно улыбнулась и приложила пальчик к нужному сенсору.

Воин почувствовал во всем теле страшную тяжесть, словно на него навалились десятикратные стартовые перегрузки. Глаза сами собой закрылись, а в сознании образовалась звенящая пустота. Алексею казалось, что он стоит на краю бездонной пропасти, сорваться в которую ему не дает всего лишь тонкая нить страховки из слабых проблесков угасающего разума. Воин чувствовал давно забытый страх, который сковывал все мысли и заставлял зачарованно смотреть в бездну. Алексей не мог отвести взгляд от черного провала, но, когда из темноты материализовалось Нечто, ужасное и огромное, он не успел заметить ни его приметы, ни миг его приближения. Нечто раскрыло темно-красный зев и неуловимо быстрым движением схватило Туркина поперек тела. Алексей не почувствовал боли или толчка, он только ощутил, что объятия чудовища страшно холодны. Падение в пропасть принесло ощущение полета и освобождение от тяжести. Казалось, что оно будет длиться вечно, но по мере приближения к далекому дну вокруг становилось светлее, а тиски холодных челюстей монстра превращались в теплые и мягкие объятия больших женских рук. Туркин чувствовал себя в этих руках комфортно и спокойно. Падение с каждой секундой замедлялось, света вокруг становилось все больше, а зловещее Нечто исчезло совсем. Алексей почувствовал, как непроизвольно сокращаются мышцы живота и груди, а из горла выливается неизвестно как оказавшаяся там порция воды. Воин удивленно вдохнул полной грудью и неожиданно для себя закричал. Издаваемые звуки показались Алексею карикатурными, но. спустя мгновение он понял, что это не пародия на крик, а действительно нормальный вопль, но не взрослого Воина Туркина, а новорожденного, покрытого кровью и влагой Алеши.