Демон ветра - Роман Глушков

Однако чем больше вкушал Сото так не вовремя обретенную любовь, тем сильнее укреплялся в мысли, что такое захватывающее приключение уже никогда с ним не повторится. К счастью для себя, Мара давно привык не жалеть об ушедшем…

Каждое мгновение – драгоценный камень;

Не успеешь оглянуться, как его уже нет.

Как жаль, что день за днем проходят незаметно;

Сегодняшний день не вернется никогда…

Что еще можно было добавить к словам мудрого предка Такуана Сохо?..

Прошли несколько дней… Вернее будет сказать – промчались, поскольку время, проведенное с Лисицей, обретало нехорошее качество ускорять свой ход. Сото часто вспоминал, как он караулил автоколонну Главного магистра епархии, сидя в будке привратника у служебных ворот Мадрида. Минуты томительного ожидания казались тогда даже не часами, а сутками. Пульс набатом стучал в виски, а стрелки хронометра двигались так медленно, что Мара несколько раз подносил прибор к уху, проверяя, не сломался ли он. Сегодня все обстояло с точностью до наоборот – часы проносились столь быстро, что глядеть на циферблат отсутствовала всякая охота. Сото даже намеренно прекратил заводить хронометр. К сожалению, остановившиеся стрелки никоим образом не удерживали неумолимое течение времени. Дни незаметно пробегали в мелких заботах, а ночи и вовсе напоминали мелькающие тени, какие отбрасывают стремительно пролетающие над головой птицы.

Отправляясь к припрятанному «Хантеру», Сото не хотел брать с собой Лисицу, но она настояла на своем, а перечить подруге каратель за эти дни так и не научился. Дождавшись сумерек, они оседлали байки, покинули стоянку и, стараясь держаться подальше от пригородных поселений, доехали до потайного места, где палач магистра загнал в кусты и забросал ветками трофейный внедорожник.

Поблизости от тайника все было спокойно: джип оставался необнаруженным и никакие типы в серых беретах за окрестными скалами не прятались. Сото и Лисица укрыли байки за придорожными камнями, а сами захватили канистры и спустились по склону к невидимому с дороги «Хантеру».

– Дьявол тебя побери! – ругнулась Лисица, когда Сото скинул с внедорожника маскировку. – Ты сказал, что украл джип, но я даже представить себе не могла, у кого ты рискнул его украсть! Меня многие называют сумасшедшей, но на такие безумные выходки я еще никогда не решалась!

– И не вздумай решаться, – предостерег подругу Мара. – И я бы никогда не решился, если бы не… крайние обстоятельства.

– Ты что, не мог спереть торговый грузовик? – осведомилась байкерша, испуганно, но с любопытством заглядывая внутрь автомобиля. До сего дня она наблюдала подобную технику лишь издали. – У торговцев и бензобаки вместительней, и ребята они не такие злопамятные… Эй, по-моему, здесь на сиденье кровь!

– Попросил вежливо – не отдали, – мрачно пошутил каратель. Но встревоженной Лисице было сейчас не до шуток, поэтому Сото тоже обрел серьезность. – Прости, но я не буду тебе ничего объяснять. Ты сама напросилась со мной, так что…

Лисица фыркнула, обиженно поджала губку и отвернулась. Ни слова не говоря, Мара открутил пробку отстойника и принялся сцеживать в канистры бензин, что еще оставался в «Хантере» после экзекуции над Гаспаром де Сесо. Вскоре выяснилось, что горючего оказалось больше, чем предполагалось, и временный член байкерской банды мысленно похвалил себя за то, что догадался прихватить с собой не одну запасную канистру.

За истекшие дни Сото часто наблюдал за подругой и уже уяснил, что такой общительный человек, как она, просто не умеет обижаться долго. И не ошибся: не успела еще наполниться первая канистра, а Лисица опять улыбалась, правда, искорки в ее глазах пропали, уступив место тревоге.

– Уверена, что это далеко не первая твоя глупость, – сказала она, подавая другу следующую канистру. – И раз ты пока на свободе, значит, мозги у тебя имеются. Признаюсь, ты самый загадочный человек, какого я когда-либо встречала. Раньше я всегда считала полным безумцем Аспида, но чувствую, что он тебе и в подметки не годится. Не хочешь организовать свою банду? Я бы вступила в нее не задумываясь.

– Я не соблюдаю ваших законов, – напомнил Сото и добавил: – Да и не быть мне лидером – нет во мне стремления командовать, хотя и приходилось долгое время стоять во главе тирадоров.

– Все со временем появится, надо лишь попробовать, – взялась убеждать его Лисица. – А законы?.. Покажи мне того Человека Свободы, кто хотя бы раз не нарушил их. Нет таких среди нас. Я знаю множество бродяг, которым совершенно плевать на наши законы – они порой опускаются и до убийств! – однако с их мнением продолжают считаться даже «старики». Да что там «старики». Как будто они в молодости лучше были!.. Ты бы все-таки подумал над моими словами. Я тебя всегда поддержу, Аспид тоже…

– Хорошо, я поразмыслю на досуге, – пообещал Сото. Сделал он это лишь для того, чтобы прекратить безрезультатный разговор и не обижать лишний раз Лисицу отказом. Бесспорно, резон в словах подруги имелся, но предложение ее, как ни прискорбно, запоздало уже надолго…

На следующее утро банда Аспида снялась со стоянки и отправилась на северо-восток. По понятным причинам байкеры избегали главных дорог и двигались так называемыми «тропами» – заброшенными проселками, порой узкими настолько, что приходилось выстраиваться в цепочку и следовать за проводником. Сото и Лисица замыкали процессию. Нагруженный вещами и канистрами с горючим Торо ехал медленно и нагонял основную группу, только когда она сбрасывала скорость перед очередным препятствием. Обладательница более легкого и скоростного байка, девушка имела возможность двигаться в дозорной команде, но предпочитала плестись в хвосте за компанию с другом. Четырехколесный «носорог» пылил сильнее, чем вся банда, вместе взятая, и замыкающим частенько приходилось отставать, дабы не наглотаться противной песчаной пыли.

Байкеры никуда не спешили и часто совершали привалы. Бродячая жизнь Людей Свободы протекала особыми темпами: неспешными, ибо спешить «вечным бродягам» было попросту некуда. Они не ставили перед собой цель покрыть за день громадное расстояние, обычно трогались в путь ближе к полудню, а на ночлег останавливались, едва солнце начинало клониться к закату. Не сказать, что Сото нравилась неторопливость попутчиков, но для человека, который ни разу в жизни не выбирался за пределы родной епархии и числился в розыске, компания провожатых подобралась лучше не придумаешь.

К вечеру второго дня пути на горизонте замаячили высокие пики Пиренеев. Раньше Сото наблюдал их заснеженные вершины лишь издали, но теперь, приближаясь к Пиренейскому хребту, испытал восхищение – испанские нагорья, к которым Мара привык с детства, выглядели в сравнении с Пиренеями как кочки на фоне холмов.

Аспид решил не углубляться в горы на ночь глядя и остановился неподалеку от скотоводческой фермы. Хозяин фермы с охотой согласился взять у байкеров кое-какие запчасти в обмен на продовольствие и самогон. В этот вечер по поводу удачной сделки в банде был организован настоящий пир, кульминацией коего стали кулачные поединки. Великодушно зачисливший Сото в банду, Аспид лично пригласил того поучаствовать, поэтому отказывать вожаку для новичка было крайне невежливо. Каратель глотнул для должного настроя немного самогона и, сдав все свое холодное оружие на хранение Лисице, откликнулся на первый брошенный вызов.