На тропе Луны - Алла Вологжанина

И подбросил второй зрак.

Никакого изображения на этот раз не появилось, но из вращающейся сферы полились негромкие голоса – пронзительный, слегка визгливый Клариссин и совершенно незнакомый детский.

– Что ж, раз детеныш у нас… простите, дорогая знаккер Радова… у вас, и вы, будучи родной теткой, имеете право распоряжаться жизнью и свободой девочки, то я не вижу препятствий к проведению ритуала Иммари.

– Увы, препятствий немало, – ответила Кларисса. – Прежде всего, этот детеныш моя плоть и кровь. Я предпочла бы сохранить ее живой, но обнаружить с ее помощью других. Еще мешает то, что мой супруг, единственный, кто посвящен во все детали и тонкости ритуала, томится в заключении за какой-то воистину смехотворный проступок. К тому же, являясь родным отцом детеныша, он имеет гораздо больше прав на ее жизнь.

Да они оборзели вконец! Нарисовалась, понимаете ли, толпа родни, и все решают, у кого больше прав на ее жизнь. А где ее подарки на день рождения и Новый год за последние четырнадцать лет? Карина кое-как удержалась, чтобы не фыркнуть и не сдать их с Диймаром с потрохами.

Клариссин собеседник засмеялся, и смех этот совершенно не сочетался с детским голосом.

– Отвернуть изумрудную жилу от центра материка к своим землям – это отнюдь не смехотворный проступок. На него слишком зол весь Совет. Боюсь, даже моего влияния не хватит, чтобы убедить Высокий совет последовать традиции и сохранить свободу узнику, который сумел вырваться из заключения. – Казалось, говоривший все больше и больше распалялся. – Даже если его сестрица, тоже весьма уважаемая Советом, присоединит свой голос к нашим, все равно шансов крайне мало. Отдайте девчонку мне. В Трилунье пока что не перевелись символьеры, готовые на все за хорошее вознаграждение. Составить ритуал или заклятие, аналогичное Иммари, – вопрос лишь времени.

– Которого не хватает вам, но в избытке у меня! – выпалила Кларисса. – Вы вообще слышали, что я вам сказала? Она моя родня.

Ее собеседник выругался.

Кларисса заговорила снова, и ее голос дрожал от злости. Похоже, она мечтала надеть на голову гостю ближайшую вазу, но по каким-то причинам не делала этого. Может, гость был важный, а может, ваза на голову не налезала. Или просто подходящая посудина под руку не подвернулась.

– Что ж, как известно, источник вечной жизни – это некое вещество, содержащееся в организме детеныша глубинной твари и запускающее особый участок мозга, которые есть равно у твари и человека. Но вспомним Вечный Постулат: «Волком можно родиться, но нельзя им стать, львом можно родиться, но можно и стать им, нельзя лишь…»

– Достаточно, дорогая Клара, я помню Постулат. Хотя он гласит, что львом можно родиться, история не ведает ни одного такого примера, а значит, рассчитывать на детеныша-льва не приходится. Поэтому охотников издревле интересовали исключительно детеныши волков-оборотней. И у вас есть один. И вы его не отдаете. Что же дальше?

– К счастью, будучи необходимой для ритуала Иммари, Карина Радова не единственный волк, оказавшийся в моем распоряжении.

У Карины словно внутренности оборвались и ухнули в воздушную яму. Она зажала себе рот, чтобы не закричать. Кларисса добралась до Митьки! Как, черт возьми, как? Диймар одной рукой показал ей кулак, а другой прижал палец к губам. Но Карина и без того уже обратилась в слух.

– Вы помните тот неудачный эксперимент с лабораторией и ритуалом Иммари на Однолунной Земле? Так вот, хоть Иммари и провалился, и ценнейший материал в виде десятка или около того детенышей погиб, мы все же сделали пару интересных выводов. В частности, мы вполне можем сами провоцировать омертвения.

Карине пришлось укусить себя за палец, чтобы не забыться и не рявкнуть чего-нибудь. Детеныши для Клариссы – «материал», надо же!

– И зачем же нам могут понадобиться омертвения? – прозвучало из зрака.

– В обоих витках, и в Трилунье, и на Однолунной Земле, – Клариссин голос почти потерял визгливость, в нем проступили мечтательные нотки, – осталось так мало волков, что гибель даже одного из них моментально вызывает омертвение с эпицентром в месте гибели. Нам надо лишь устроить так, чтобы это произошло на глазах Высокого совета. И чтобы Совет в полном составе отдал себе отчет в том, что Карина Радова предположительно (и с очень высокой степенью вероятности!) остается последним детенышем глубинной твари в обитаемых витках мира.

– И тогда он согласится предоставить Евгению Радову свободу без каких-либо условий… Умно. Хотя Империя Тающих островов вывернется глубиной наружу, чтобы нам помешать. Да и сообщество символьеров не обрадуется. Народ элве и совет фей можно не принимать в расчет… Но для Трилунья это будет сильнейшее потрясение за последнюю тысячу лет.

– Именно так, наставник. Но что мы станем делать, когда девочки не станет после Иммари и нам нечем будет их шантажировать? Или вам все равно? Волнения не вечны, в отличие от жизни, которую мы получим в результате Иммари. Которую вы получите, наставник.

Собеседник Клариссы медленно, с расстановкой зааплодировал:

– Браво, дорогая. Просто брависсимо!

В следующую секунду раздался странный шум – возня и полузадушенный женский хрип.

– Ты меня за дурака держишь, дрянь? – яростно прошипел детский голос. – Или в этой личине я кажусь тебе… безобидным? Я знаю, что у тебя хранится часть «Легендариума». Надеешься с помощью девчонки отыскать Волчью карту и добраться до всех детенышей, которые есть и будут в Трилунье и на Земле? Чтобы диктовать Трилунью свою волю уже в масштабе… вечности? Думаешь, твоя бездарь-сестра передала маленькой твари тайну шифра, которую не смог вытрясти из нее твой эпизодически верный супруг? Я сломаю твою безлунную шейку двумя пальцами, если ты посмеешь хотя бы попытаться обойти меня. Первый день следующего года, Кларисса Радова. Мое извлеченное бессмертие вместе с Волчьей картой. Иначе тебе не поздоровится.

Хрип становился все отчаяннее. Сейчас этот странный ребенок задушит Клару.

Диймар взмахом руки разактивировал зрак.

– За мной! – скомандовал мальчишка, выскакивая из-за занавеси в зал. – Наставница, наставница, – завопил он, таща за собой Карину, – я ее привел! Где вы? А, вот, вижу!

Нормально, он что, тоже «деточку включает»? Высокий мальчик, с виду почти юноша, со стороны смотрелся очень странно, но, судя по всему, чихать на это хотел. Да и Карину это тоже особо не волновало. Вот опасность, нависшая над Митькой (ах да, и над ней самой, но ей уже не привыкать!), пугала. Или озадачивала?

Кларисса пулей вылетела им навстречу из-за занавески. Рукой она держалась за горло, перебирая пальцами по коже. Карина успела заметить, как на белоснежной шее растворялись и исчезали свежие синяки.

– Ах, это ты, Диймар Шепот, – хрипловато, но, как обычно, резко сказала Кларисса, – ты чуть не опоздал. То есть ты пришел раньше, чем я тебе велела, но этого недостаточно. Ты все равно чуть не опоздал. – В ее голосе зазвенели мстительные нотки. – Алек, немедленно выходите!