Пряжа из раскаленных угле - Анна Шведова

Дриан медленно кивнул.

– Боюсь, кисонька, я о многом знаю, но пригодится ли это тебе?

– Говори и побыстрее, а я уж сама как-нибудь разберусь, что пригодится, а что – нет.

Дриан бросил быстрый взгляд на Валдеса и склонившегося над ним Кводрена и глаза его недобро сощурились.

– Говорят, недели три назад в Северном проливе неожиданным штормом потопило бернойскую галеру. Бернойцы – всем известные задиры и мародеры, потому особенно о них не жалели, однако шторм после Йердаса дело необычное, тем более, что принц Селай, императорский наследник, хотел в те дни прогуляться к островам Уденеда и едва сам не оказался на месте той галеры. А раз шторм случился – маги-погодники в том виноваты, не предупредили наследника, едва корону не лишили лучшего своего бриллианта, и вообще ни на что не годны. Главенствующий маг Имперской канцелярии впал в немилость. Но неделю спустя шторм повторился и был он еще больше прежнего. Много рыбацких лодчонок потопил, докатился до самых берегов Дарвазеи и снес волной пару деревушек восточнее Вельма. А три дня спустя – новый шторм. Говорят, теперь уже прямо в бухте Вельма бушевал. Тогда там оказалось три имперских двухмачтовика, так один был вдребезги разбит, второй отшвырнуло аж через весь пролив и посадило на мель у берегов Уденеда, а третий оказался с пробоиной в боку, но до Вельма добраться сумел. Вот те моряки, что на третьем-то корабле были, и рассказали, что видели морское чудище. Исполинская хвостатая баба с гору величиной, словно бы из воды сделанная. Им, разумеется, не поверили – мало ли чего дурачки напуганные наговорить могут. Корабль в шторм не удержали, вот и сочинили себе в оправдание бабу-чудище с рыбьим хвостом. Но через три дня новый шторм разметал имперскую эскадру, что стояла в бухте Вельма, и тут уже не один пьяный морячок говорил о том, что видел водяного зверя – вроде громадной рыбы, только плавники у нее как руки с перепонками. Якобы выпрыгивает она из воды, как рыба-летун, и плавниками теми корабли расшвыривает. Император повелел со зверем разобраться и два дня спустя имперские корабли, нашпигованные магами как индюшка чесноком, отправились в море. Из пяти кораблей вернулся один, и тот чинить теперь будут не один месяц. Но адмиралтейские маги, видевшие Зверя, рассказали о нем уже более определенно. Магическое существо очень большой силы, но хуже всего – неизвестной силы. И еще говорили, что есть у Зверя где-то ближе к берегам Уденеда остров, где он обосновался. Раньше того острова не было, а теперь есть. Там, как считают, и есть его лежбище.

Дриан остановил свой рассказ и внимательно посмотрел на меня:

– Ну как? Это тебе ничего не напоминает?

– Когда этот Зверь впервые появился?

– Говорят, три недели назад. Если мне не изменяет память, аккурат через несколько дней после того, как один наш огненный друг помахал нам крылышками.

– Еще один Странник? – упавшим голосом спросила я, прекрасно зная ответ.

– Странница, – невесело усмехнулся Дриан, – Я и сам прибыл в Вельм три дня назад, но успел кое-чего почитать. Есть парочка занятных легенд про разных тварей водных, земных и небесных. Наша Странница, если я не ошибаюсь, зовется Сиреной. Ее магия – вода и голос, с ними она управляется лучше всего. И разные там неопределенности, вроде с толку сбить, морок наслать…

– Откуда она здесь взялась? – вздохнула я.

– А кто ж ее знает? – пожал плечами Дриан, – Одно меня удивляет: как же быстро же они пронюхали!

– Что пронюхали?

– То, что заклятье Эрранага исчезло! Это ж теперь Странники к нам валом повалят! А если силы в них не меньше, чем в той Сирене, то плакал наш мир!

– Многое же ты знаешь для менестреля, Дриан. Так кто же ты на самом деле?

На этот раз старик даже не улыбался.

– Я есть тот, кого ты знаешь, Никки. Поэт и художник, песенник, путешественник. А еще я продавец новостей любому, кто мне заплатит. Знаю, не слишком уважаемое занятие. Но уж какое есть. Я много лет жил здесь, во дворце, развлекал знать, потом устал от них и их вечных склок и интриг. Я уехал, много ездил по свету, а привычки остались. Когда я возвращаюсь в Вельм, не могу удержаться, чтобы сюда не прийти. Тем более когда есть повод, – он бросил на меня тоскливый взгляд.

Я не подбодрила его и взгляд не поддержала. Я все еще помнила о том, что новости Валдесу продавал именно он. А потом вспомнила, что наказала самой себе никому больше не доверять.

– Как-то ты слишком быстро здесь оказался, – сухо сказала я, – Я думала, ты еще в Ниннесуте.

– Нет, я выехал оттуда дня через три после тебя. Мы думали, Валдес тебя похитил.

– Мы?

– Ну, вообще-то я, – Дриан дернул свою несчастную бороду и потупился, – Ты так быстро исчезла, ну, я и подумал, не могла ты сбежать.

– А я сбежала, – тяжело вздохнула я, – А он что подумал? Ну, ты знаешь кто…

Разумеется, Дриан знал. И даже не стал делать вид, что задумался.

– Сначала он вытряс из меня всю душу, – иронично глядя на меня исподлобья, заявил менестрель, – Все кричал и допытывался, почему ушла и что сказала на прощание. А потом заявил: «Если она пошла лечить свое разбитое сердце, это ее дело. В этом я ей не помощник. Но боюсь, Дриан, что она попадет в беду. Она вечно попадает в беду!»

– Разбитое сердце? Так он понял, что я в него влю…, – я запнулась и уныло вздохнула, – А как там данна Лиора?

– Выжила, хвала Создателю, – ответил Дриан, как-то хитро на меня поглядывая, – Когда я уезжал, она вполне уже поправилась.

– Да, кстати! – бодро перевела я разговор на другое, – Валдес, как я слышала, подумывает вернуться в Ниннесут с армией Императора…

– Да и пусть ему, – хихикнул Дриан, – Золота у детей Аноха теперь полно, реликтового камня хоть завались. Кто теперь им соперник? Они скорее выиграли, чем проиграли.

– Точно, – совсем печально проговорила я, – Тем более, когда Ноилин станет их даном, они будут…

– Чего? – рявкнул менестрель, – Это откуда ты такую ерунду взяла? А я-то думаю, что у ней в голове какие-то тараканы бегают? А она вот чего удумала! С чего ты взяла, что он с Лиорой переженится?

– Ленни сказал, – деревянно ответила я.

– Нет, кисонька, в мозгах ты явно помутилась. Кому ты поверила? Этому пройдохе лукавому поверила? Нет, дурни вы оба, ей-богу, – Дриан театрально закатил глаза и всплеснул руками, – Один страдает, что барышня в негодяя влюбилась, а тот возьми да брось ее с разбитым сердцем. А барышня придумала себе…

– Он что, решил, что я влюбилась в Ленни? – я вытаращила глаза так, что Дриан не смог сдержаться и зычно расхохотался, не обращая внимания на удивленные взгляды. Признаться, я и сама уже позабыла, что мы не одни и стоим в одной из роскошных гостиных императорского дворца в Вельме, – Он правда так подумал?

Менестрель кивнул, однако тут же подобрался:

– Твой Валдес, кажется, шушукаться с Кворденом перестал. Сейчас тебя искать начнет.