Синий сумрак - Мэгги Шайн

Лу отыскал глазами то место, где он обнаружил Макс, стоящуюлицом к лицу с самым могущественным вампиром, с которым ей когда-либоприходилось иметь дело, и пытающуюся защитить подругу. Он вспомнил, как плохоМаксин выглядела, когда они вернулись в мотель. Ему было тяжело думать о том,как ей, должно быть, было больно.

А он лишь усугубил ситуацию.

Самое лучшее, что он может сейчас сделать для Максин,рассуждал Лу, — это отыскать пропавших девушек, отправить их в безопасноеместо, после чего доставить Макс обратно в Мэн. Он понятия не имел, как емувести себя потом, как склеить осколки отношений, которые он сам же и разрушил,но с чего-то надо же было начинать!

Он уперся руками в хвост лодки и стал толкать ее с помощьюДжейсона к морю. Вскоре они уже брели по колено в воде. Затем они забрались влодку, и Лу опустил в воду мотор, в то время как Джей орудовал веслом, чтобыоттолкнуть их подальше от берега. Лу дернул пусковой трос раз, другой — и натретий мотор взревел, пробуждаясь к жизни, и они поплыли.

Погода не изменилась, наоборот, стало еще светлее, словнокто-то решил позволить им попасть на остров, но для Лу это не имело никакогозначения. Он должен был добраться туда ради Макс.

* * *

— А теперь, Сторми, ты погрузишься в глубокий, глубокийсон. Ты в безопасности, ты совершенно расслаблена. Тебе тепло и уютно.

Голос Марты оказывал гипнотическое воздействие и на Максинтоже — она чувствовала, что в любую секунду сама может войти в состояниетранса. Похлопав доктора по плечу, она слегка кивнула в сторону.

Нахмурившись, женщина последовала за ней в дальний уголкомнаты.

— Мне нужно идти, — сказала Макс. — Когда онапроснется, скажите ей…

— Не думаю, что это хорошая идея, Макс, —возразила Марта тихим голосом.

— Но… с ней все будет в порядке. Очень важно, чтобы я…

— Ваша подруга напугана. Мы понятия не имеем, какиефакты могут открыться во время сеанса. Они могут травмировать еепсихику. — Макси недоверчиво посмотрела на Сторми, которая сидела надиване с закрытыми глазами и совершенно безмятежным выражением лица. —Сторми нуждается в вас, Максин, — увещевала Марта. — К тому же это незаймет много времени.

Словно в подтверждение ее слов Сторми прошептала: «Макс?» —и принялась шарить рукой в воздухе.

— Она нуждается в вас, — повторила Марта.

Тяжело сглотнув, Максин подошла к дивану, села рядом сподругой и взяла ее за руку. Сторми моментально расслабилась, с губ ее сорвалсяедва слышный стон.

— Ты в безопасности, Сторми, — произнесла Марта,снова занимая свое место на стуле, стоящем перед диваном. — Тебе ничто неугрожает.

Макс здесь, и я тоже рядом. Ничто не сможет причинить тебевреда. Ты понимаешь?

— Да, — сказала Сторми. — Я вбезопасности. — Рука ее крепче сжала ладонь Максин.

Марта продолжала сеанс:

— А сейчас я хочу поговорить с другой. С сущностьювнутри этого тела, которая не является Темпест Джонс. Ты здесь?

Ничего не произошло. Сторми по-прежнему сидела на диване,откинув голову на спинку, глаза ее оставались закрытыми, а дыхание ровным иглубоким.

— Пожалуйста, поговори со мной. Я желаю говорить сдругой.

Голова Сторми дернулась, глаза открылись, губы сталиисторгать поток совершенно непонятных для Макс слов. Снова румынский? О боже!

— Las?-m? ?n pace! [Оставьте меня в покое! (рум.)]

Макс заметила, что от удивления Марта подскочила на месте.

— Посмотрите на ее глаза, — чуть слышно произнеслаМакс. — Я предупреждала, что они меняют цвет.

Женщина кивнула и погладила Максин по руке, словно желаяуспокоить ее. Голос ее оставался размеренно-спокойным, хотя она явно былапоражена происходящим.

— Тебе нужно говорить по-английски, дорогая моя, —сказала она.

Девушка, которая больше не была Сторми, — Макс простоне узнавала в этой особе свою подругу — кивнула в знак согласия и медленновыговорила:

— Оставьте меня в покое.

— Оставим. Скоро. Но прежде скажи мне, кто ты.

— Я — это она. Она — это я.

— Ты Сторми?

— Да.

— Тогда кто та, другая женщина внутри тебя? У которойголубые глаза и для которой родным языком является английский?

— Она — это я. Мы — единое целое.

— Она не знает тебя.

— Она просто не помнит. Я из прошлого.

— Из прошлого?

Девушка утвердительно кивнула. Максин поражалась, насколькоона была не похожа на ту Сторми, которую она знает и любит.

— Почему ты нападаешь на друзей Сторми? — задалаМарта следующий вопрос. Голос ее по-прежнему оставался тягучим итерпеливым. — Если ты — это она, то они и твои друзья тоже.

— Я защищаю себя.

— Понимаю, — спокойно согласилась Марта. —Они представляют угрозу для кого-то из твоих знакомых?

Девушка снова кивнула, но совсем не так, как это делаетобычно Сторми.

— Для кого же? Скажи мне.

— Для него. Prin? meu. — Глаза ее закатились. — Ятак слаба здесь. Отвезите меня обратно к океану.

— Сначала назови свое имя.

— Я так слаба. Sunt bolnav. [Я больна (рум.).]

— Пожалуйста, всего лишь имя. Потом ты сможешьвернуться.

Глаза снова открылись, и черная радужка стала светлеть,постепенно изменяя цвет.

— Имена ничего не значат. У меня их было много. Теперьменя зовут Темпест. Когда-то я звалась Миной, а до этого — Елизаветой. Но этоне важно. Все мы едины и неделимы.

Глаза ее закрылись, а, открывшись снова, они приобреличистый сапфировый оттенок.

— Сторми, — сказала девушка своим обычнымголосом. — Меня зовут Сторми.

Марта удовлетворенно кивнула. Максин не могла отвестивзгляда от лица своей лучшей подруги. Она стала самой собой и выглядела оченьрасслабленной.

— Сторми, опишите, что вы чувствуете, находясь наберегу океана близ Эндовера?

Она улыбнулась:

— Так, будто я пришла домой.

— Потому что раньше жили в каком-то подобном месте? Вдетстве, например?

— Нет. Мы переехали в Уайт-Плейнс из Айовы, когда ябыла совсем маленькой.

— А что вы чувствуете во время ваших… провалов памяти?

Сторми несколько напряглась.

— Так, словно я сплю и вижу сны. Но во сне я не являюсьсамой собой. Вместо меня другая, и она совершает поступки, которые я никогда быне сделала. А, проснувшись, я понимаю, что сама натворила ужасные вещи.