Праймашина - Вадим Панов

Когда-то давно такая откровенность заставила бы Мариду смущенно залиться краской, несколько лет… даже несколько месяцев назад она приняла бы комплимент как должное, сейчас же девушка лишь поинтересовалась тихо:

– Я красивая?

И услышала теплое:

– Очень.

Теплое и очень искреннее.

Он хотел прикоснуться к ней, к ее худенькой руке, к плечу, накрыть широкой ладонью тонкие пальчики южанки, почувствовать нежность ее бархатистой кожи, возможно – стук ее сердца, но… Но юноша понимал, что еще рано, и не торопился, не стал портить момент.

«Ты хороший мальчик, Карлос. Совсем молоденький и еще хороший. Зачем ты лезешь ко мне?»

Юный докт нравился Мариде все больше и больше, и именно поэтому она старалась сохранять дистанцию.

– Неподходящее время для неуклюжих комплиментов, – произнесла Марида, отворачиваясь к опостылевшим скалам. К серым громадинам, у которых было только одно достоинство – они не бросали на нее ласковые взгляды.

– Не согласен, – мгновенно ответил Карлос. – Мы путешествуем по романтическим уголкам империи, можно сказать, отправились на пикник…

– А вокруг – вся кобрийская армия.

– Рассматривай преследователей как свиту защитников, – легко предложил юноша. – В какой-то мере это действительно так: чем больше вокруг солдатни, тем дальше будет держаться Чудь.

«Он снова рисуется, как тогда, в тюрьме? Похоже на то».

Но такое поведение Карлоса, его умение сбрасывать напряжение незатейливым трепом, вызывало симпатию. Марида устала от мрачных мыслей и была не прочь расслабиться.

– Свита?

– Ага.

– Ты говоришь как лорд.

– Я и есть лорд, Марида, я ведь говорил.

И девушка, неожиданно для самой себя, поддела Карлоса:

– А я не слушала: мало ли что болтает попавший в тюрьму уголовник?

– Меня взяли как государственного преступника!

– Судя по одежке, ты пытался увести осла у зазевавшегося селянина.

– А ты в это время шарила по его карманам!

– А я и не прикидывалась знатной леди.

– И я не прикидывался! Перед вами, сударыня, лорд Карлос, наследный владетель Гридии. – Юноша отвесил шутливый поклон. – Моя родословная, между прочим, восходит ко временам старой империи.

– Гридия? – Марида сморщила носик. – Где это?

– В Идмарской Пуще, – машинально ответил юноша.

– Далеко отсюда?

– Очень.

– Как это правильно у вас называется… – Девушка помолчала, делая вид, что подбирает нужное слово: – Задворки?

– Медвежий угол, – поддержал игру Карлос.

– Для провинциала ты держишься весьма прилично.

– Вот уж не думал, что в Адорнии известно такое слово, как «провинция», – не остался в долгу юноша. – Мне говорили, вы редко слезаете с деревьев.

– Только для того, чтобы съесть зазевавшегося докта.

– Вы уже научились пользоваться огнем?

– Самые умные из нас.

– Ты веришь в их существование?

И тут Марида не выдержала – потянула за поводья, заставив лошадей резко остановиться, и залилась громким смехом. Карлос не отставал, и несколько минут серые скалы с удивлением прислушивались к незнакомым звукам.

– Ты большой нахал, – произнесла девушка, утирая выступившие слезы.

– Ты первая начала.

– Мог бы уступить.

– Хотел, но потом передумал.

– Стало обидно за доктов?

– Решил дать тебе понять, что я большой нахал.

– У тебя получилось.

– Я старался.

Удивительно, но пикировка совсем не разозлила Мариду, не показались ей обидными высокомерные высказывания докта об адорнийцах, и не только потому, что она отвечала Карлосу тем же. Нет. Просто в устах молодого лорда слова звучали не оскорблением смертельного врага, а дружеской подначкой.

«Осторожнее! Ты ничего о нем не знаешь!»

«Нет, Марида, это Карлос ничего не знает о тебе, и неизвестно, как он поведет себя, когда откроется правда?»

«Если откроется правда».

«Когда, Марида, когда. Не ври себе…»

Неизвестно, как он себя поведет, неизвестно, как среагирует, неизвестно, как будет к ней относиться после того, как правда откроется. Как станет относиться… Как ни странно, но именно последнее «как» беспокоило адорнийку больше всего. Ей не хотелось, чтобы в темных глазах Карлоса, которые вспыхивали, когда он смотрел на нее, появились злоба и ненависть.

«Когда откроется правда…»

Неприятная мысль заставила адорнийку сменить тему:

– Давай вернемся к насущным вопросам, а?

– Например? – Карлос тоже стал серьезным.

– Я хочу уйти из скал.

Мрачные серые громадины давили почти физически, сжимая грудь невидимыми тисками.

– В настоящий момент это самое безопасное место в окрестностях Фихтера. Кобрийцы придут сюда через полдня, до этого они будут искать нас в лесу.

– Мы беглецы, а беглецы используют время, чтобы бежать, а не прятаться.

– Мы не прячемся.

– А что?

Карлос промолчал, но Марида не отставала:

– Зачем нам это время?

Она не сказала, но в голосе слышалось: мы в одной лодке, и чтобы выгрести, должны доверять друг другу.

– Акакий сказал, что в Задранных Пальцах мы найдем все, что нужно.

– А что нам нужно?

– Хороший вопрос…

Красивая южанка возбуждала Карлоса, он готов был часами флиртовать с Маридой, и не только флиртовать… Он вскипал при одном лишь взгляде на ее тонкое, изящное лицо, на нежную линию губ и тоненькую шею. Дрожал, глядя на неприкрытые платьем колени. Переполнялся томлением, слыша чарующий, с легкой хрипотцой голос, но… Но только сейчас задумался, можно ли доверять случайной попутчице? Та ли она, за кого себя выдает? А если та, совпадают ли их цели?

Но как проверить? Никак. Остается лишь искать ответы в черных глазах девушки да прислушиваться к собственному сердцу.

– Я бы с удовольствием отыскал среди Пальцев прайм-индуктор, – честно произнес Карлос. – Но боюсь, его там нет.

– Прайм-индуктор? – Марида округлила глаза. – Зачем он тебе?

И сердце подсказало юноше ответ. Честный ответ.

– У меня с собой каталисты Героев.

– Твоих Героев?

Сказать, что адорнийка была ошарашена, – не сказать ничего.