Саламандра - Елена Никитина

— Ладно, понял…

Мираб тяжко вздохнул и с тоской посмотрел в голубое небо. Эх, если бы он был постарше. Да за такие глаза…

— Ладно, подкрепились немного, пора подумать и о делах насущных. — Я побыстрее доела свой бутерброд, чтобы не провоцировать голодной драки, и расстелила на коленях карту, добытую в одной из присвоенных на правах победителей сумки. — Где тут твой Пара-Эльталь находится? Надеюсь, нам будет по пути. — И принялась подробно изучать бумажный Мир Царств.

Свое местоположение в пространстве я определила лишь относительно, потому как слишком скоропалительно удирала из Мальперны, но не уверена, что направление было верным. Ведущей же была Эмма (чтоб от нее даже дивы отвернулись!), и дорогу я запомнила плохо. Знаю только, что ворота, через которые мы уезжали, были на другом конце города, чем те, через которые я вошла в Мальперну с караваном. Капитар пока что маячил слишком далеко, что не могло не вызвать у меня тяжкого вздоха. Пилить мне до него еще и пилить… А вот Пара-Эльталя, сколько я ни напрягалась, на карте найти так и не смогла.

— Зря стараешься, его нет ни на одной карте, — выдал мелкий паршивец, рассеянно наблюдая, как я раз в двадцатый бесплодно вожу пальцем по изрядно засаленной карте, при этом что-то недовольно бурча себе под нос.

— Почему? — Я подняла на вредного мальчишку недоуменный взгляд. — Место есть, а положения в пространстве нет? Что за чушь?

— Это не чушь, а секретная информация, — беспечно пожал плечами Мираб. — Но если теоретически, то Пара-Эльталь находится где-то здесь. — И он ткнул коготком в воды Эльфийского моря, причем в самую его середину.

— Ты шутишь?

— А что — похоже?

Я пристально вглядывалась в невинные детские черты и пыталась найти хоть малейший признак насмешки. Не нашла, что ввергло меня прямо-таки в шоковое состояние.

— То есть ты хочешь сказать, что ваша правительственная резиденция находится под толщей воды? — С каждой минутой я все больше и больше жалела о так скоропалительно (или более уместно слово «скоропостижно»?) данной клятве. Да еще и на крови! А самое главное — КОМУ! Вот влипла-то… Думала, отделаюсь по-быстренькому — и по своим делам. Ага, как же!

Мираб же бессовестно лыбился, откровенно наслаждаясь шокированным выражением лица своей спасительницы, чем нервировал меня еще больше. Немаленькие кривые клыки не слишком располагают к собеседнику, надо сказать.

— И что тут смешного? — первой не выдержала я. — Жабр у меня нет, имей в виду. И нырять я никуда не буду.

У меня и так с недавних пор к воде далекое от доверия отношение появилось: с одной стороны, я вовсе не прочь поплескаться и поплавать, а с другой — кто знает, чего от нее ожидать можно, тоже стихия ведь…

— У нас, лиебе, между прочим, тоже жабр нет, — продолжая «мило» улыбаться, пояснил эльфыреныш. — А живем мы на небольшом острове, да будет тебе известно, моя недалекая спасительница. Он и называется Пара-Эльталь.

— В любом случае заплыв до родных пенатов устраивать будешь в гордом одиночестве, — категорично заявила я и, свернув карту, сунула ее в карман. — А сейчас ты пойдешь к лошадкам, — моя извращенная вредность потешилась расширившимися от ужаса глазами Мираба, — и любыми доступными тебе путями начнешь убеждать одну из них, что конина тебя не интересует ни в каком виде. Все, свободен. А я пока здесь приберу.

Мы неторопливо ехали по наполненному солнечным светом лесу. Я чувствовала себя вполне сносно и даже почти перестала бояться, что мелкий эльфыреныш на меня бросится в приступе неконтролируемой жажды свежей кровушки. Успокаивало еще и то, что, если он это все-таки сделает, яд, еще не успевший никуда из меня деться, сильно подпортит ему удовольствие. Утешение маленькое, но другого пока не было.

Выехали мы с места нашей незабываемой встречи довольно поздно. И причиной задержки был конечно же Мираб. Во-первых, лошади его панически боялись и не желали подпускать к себе, а во-вторых, эльфыреныш, как выяснилось, вообще не умел ездить верхом. Его неуклюжие попытки сначала договориться с лошадью по-хорошему, а потом забраться в седло, неизменно заканчивались либо падением, либо укусом (слава Вершителю, лошадиным). Еще радовало то, что Мираб не пытался отомстить лошади тем же.

Вдоволь налюбовавшись на столь оригинальное зрелище, я с плохо скрываемой улыбкой снизошла до предложения помощи, на которую мальчишка согласился только от безысходности и принял ее с таким высокомерным видом, что даже сам Владыка Золотоносных Гор, мой свекор по совместительству, обзавидовался бы. Интересно, почему у меня такой заносчивости нет? Поучиться, что ли, пока время есть?

В общем, злополучную поляну мы покинули далеко не так быстро, как того хотелось. Третью лошадь я вела в поводу. Не оставлять же ее на съедение местным хищникам, чего зря добру пропадать. К тому же ее продать можно, лишние деньги мне не помешают.

Эх, знать бы еще точно, какой дорогой моя несостоявшаяся убийца поехала. Но то, что я в курсе конечного пункта ее путешествия, уже большое достижение, нечего было мне все выбалтывать, вот пусть потом и не жалуется. Что с ней сделаю, когда встречу, я еще пока не придумала, но месть моя ей вряд ли понравится, это точно.

В седле Мираб держался не лучше, чем мешок картошки. Он вцепился в переднюю луку с такой силой, будто это было великое наследие его предков, и боялся пошевелиться. Я искоса посматривала на окаменевшую фигурку, намертво приросшую к седлу, и ухмылялась, но облегчать его страдания не торопилась. Чисто из вредности. Пусть этот самолюбивый наследничек учится на собственных ошибках, я же с ним церемониться не собираюсь.

На Мирабе развевался длинный темно-серый плащ, снятый мной с одного из убитых мужиков (сам процесс вызвал у меня жуткое отвращение и ужас, но выбора не было — не оставлять же ребенка почти раздетым!). Великовата одежка, конечно, для такого мелкого мальчишки, но другой все равно не было, а что по земле сзади волочится — не велика беда, следы заметать будет. К тому же верхом на лошади длина совершенно не имеет значения. Одеть мальчишку нужно было еще и потому, что неизвестно, с кем нам придется повстречаться в ближайшее время, а крылья внутрь не втянешь, их можно только спрятать. А что немного выпирают из-под плаща — можно на убогость списать.

— Вернемся к нашим баранам, — напомнила я мальчишке, когда поняла, что Мираба нужно срочно отвлечь, иначе он срастется с лошадью в одно целое. — Так чем вы так Темным не угодили-то?

— Мне еще об этом не рассказывали, — пожал плечами мальчишка и тут же немного съехал с седла, но сумел-таки сохранить равновесие. — Это только взрослым известно.

— Ладно, проехали. А правда, что вы произошли от смешения двух рас — эльфов и упырей? — Меня просто распирало от любопытства.

— Не совсем. Скорее наоборот, это эльфы и упыри начали свое существование благодаря нам.

Мне показалось, что родство с последними, пусть и отдаленное, Мираба совершенно не радует.