Небеса в огне - Марина Эльденберт

Зингсприд, Аронгара

Танни

Узнать, что было дальше, мне не удалось, замок щелкнул снаружи, и в ВИП-ложу ввалился не кто иной, как великий режиссер собственной персоной. Судя по тому, с каким остервенением он сжимал в руке ключ, кое-кто был не в настроении.

— Ты что творишь?! — прорычал он.

— Я? Читаю, — показала ему мобильный. — Архивы Ильеррской, между прочим. Цени.

Мои старания и радение за общее дело не оценили, Гроу шагнул ко мне и сдернул с дивана. За плечи, рывком, из-за чего мы оказались лицом к лицу, и по коже прокатилась волна огня.

— Я, кажется, ясно выразился: всем присутствовать.

— А я присутствую, — ответила, испытывая сильное желание врезать ему клатчем промеж глаз. — Я на территории клуба, видишь?

Показала ему браслет.

— Хватит паясничать, Ладэ! — процедил он. — Ты сегодня уже достаточно вихляла задницей.

Что-о-о?!

— Это ты от Гайера нахватался? — поинтересовалась я. — Или после моего танца штаны сильно жмут, повелитель ледяных кубиков?

— Штаны сильно жмут всем, кто оказывается рядом с тобой, — огрызнулся он. — Паршеррду придется подождать, пока вечеринка закончится.

До меня не сразу дошел смысл его слов, а когда дошел, огнем полыхнуло уже не по-детски.

— Вали отсюда, — сказала я, указывая на дверь.

— Только после тебя. — Опасной зелени в глазах становилось все больше.

— Нет уж, я дождусь Паршеррда, — хмыкнула я. — А еще хореографа и Бирека. У нас тут намечается небольшая оргия, но ты уже не влезаешь.

— Не удивлюсь. — Меня окатило волной его огня. — Странно, что тебя удалось застать без эскорта из мужиков.

Что-о-о?!

— Кто бы говорил, — огрызнулась я, сжимая мобильный с такой силой, что раздался слабенький хруст. — На тебе сосульки гроздьями висят, только успевай стряхивать.

Не дожидаясь ответа, попыталась плюхнуться на диван, но Гроу перехватил меня в полете и дернул наверх. Выхватил из моей руки подарок Рихта, и на моих глазах тот вспыхнул зеленым пламенем.

Буквально.

Я прямо почувствовала, как в нем плавятся микросхемы, а режиссер швырнул ставший бесполезным гаджет на столик, угодив в башенку из сыров.

— Выметайся из ложи, Ладэ.

— Совсем очешуел?!

Вместо ответа он схватил меня за локоть и просто вышвырнул за дверь. Пролетев пару метров аккурат до стоящего секьюрити, развернулась, чтобы высказать Гроу все, что думаю, но меня перебили:

— Эту в ВИП-ложи не пускать. Все слышали?

Судя по выражениям лиц, слышали все.

— Чудно, — сказал Гроу и направился вниз по лестнице, оставив меня с открытым ртом.

Мысленно я опрокинула ему на голову ведерко со льдом и сейчас от души колотила по этому ведерку бутылкой веоланского. Еще и ногой отвесила по самому драконоценному, чтобы мозги на место встали.

— Ты что творишь?! — прошипела я, когда пришла в себя.

Рядом с лестницей, рядом с режиссером, который обернулся, встречая мой вопрос прищуром.

— Вот мы и вернулись к моему вопросу, правда, Ладэ?!

В его словах было столько сарказма, что его можно было использовать как биологическое оружие против невинных и неискушенных.

— А не пошел бы ты, Гроу?! — в тон ему поинтересовалась я.

И рванула вниз по лестнице мимо него. Чтобы снова быть перехваченной за локоть.

— Контракт, Ладэ. Помнишь?

Я не превратилась в дракона только потому, что огонь во мне еще не проснулся. Но вот отказать себе в удовольствии пройтись ногтями по режиссерской руке не смогла.

— И каким образом эта гулянка имеет отношение к контракту?

— Эта гулянка, — зрачок его дернулся в вертикаль, но руку он так и не разжал, — имеет прямое отношение к контракту. Ты обязана выходить со мной, и сейчас я говорю, что ты здесь останешься. Усекла?

— Усекла, — прорычала я, после чего отпихнула его режиссерство и спустилась в зал.

Внутри творилась не то огненная буря, не то кромешный чешуец, я подхватила бокал веоланского у проходящего мимо официанта, залпом опрокинула в себя и даже не почувствовала вкуса, зато ощутила, как пузырьки ударили в нос.

Чтоб я…

Еще раз…

Последний раз меня так колотило, когда мне первый раз влепили штраф, и то, кажется, тогда было чуть поспокойнее.

— Танни. — Ко мне подошла темнокожая красавица, ее платье переливалось рубиновыми искрами. — Привет! Меня зовут Лэй, я играю Эсмиру.

— Привет, Лэй. — Я улыбнулась, если можно так выразиться.

На самом деле я очень, очень старалась: желание жестоко избить одного режиссера еще не повод кидаться на всех остальных.

— Как ты вообще оказалась на съемках? — спросила она. — Говорят, ты раньше занималась спецэффектами.

— Вообще-то и сейчас занимаюсь, — ответила я. — А на съемках… я станцевала.

— Если как сегодня, то меня это совсем не удивляет. — Лэй рассмеялась, обнажив красивые зубы.

Она больше ничего не спросила и уже начинала мне нравиться.

Правда, полноценно определиться с отношением к Лэй-Эсмире я не успела, потому что на сцену поднялись коллеги с секретом, которых я встретила у входа в «Форсайт». Микрофон взял гаффер, он же шагнул вперед, и экраны за его спиной отразили его крупным планом.

— Ребята! Минутку внимания, пожалуйста!