Танец стихий - Ольга Коротаева

– А что, он от тебя сбежал? – глаза цвака округлились от любопытства.

– Скорее, мы сбежали друг от друга, – усмехнулась я. – Проводишь нас к тукану или мне опять ловить лбом цваковские стрелы? – обреченно спросила я.

– Нельзя, – Ян сразу стал серьезным, окинув нас тяжелым взглядом: я поежилась, вдруг ощутив силу этого внешне смешливого существа. – Сперва я доложу.

Он замер, взгляд остекленел. Я оглянулась на Ллера, намереваясь уточнить:

– Общается?.. – как увидела вытянутое от изумления лицо цвака. – Что?

– Ты права, Мел, – деревянным голосом проговорил маг. – Сила выживших цваков выросла в разы. Раньше они лишь считывали информацию с образа существа, теперь же полноценно общаются между собой на расстоянии! Почти как если бы разговаривали в присутствии друг друга! Знаешь, сейчас мне кажется, я больше бы выиграл, если бы остался до конца со своим народом.

– Зато не стал бы легендой, – усмехнулась я, подмигнув. – А так, глядишь, тебе все поклоняться будут.

– Эх, мне теперь учиться и учиться, – печально вздохнул Ллер, с завистью глядя на сорасника.

Молодой цвак вдруг вздрогнул, очнулся и одарил меня невероятно тяжелым взглядом.

– Пойдем, – мрачно бросил он, быстро зашагав в глубь острова.

Мы поспешили за скорым проводником, еле поспевая. Цвак направлялся прямиком к кособоким хижинам морнеев: я удивленно оглянулась на Ллера – тот пожал плечами. Конечно, трудно предположить, что цваки будут жить в столь удручающих условиях. Но, видимо, маскировка имеет для них значение гораздо большее, чем комфорт.

Ян остановился у пролома в хижине, означающего вход, откинув старую ткань, служившую пологом, поджидал нас. Я нырнула в пролом первая и так и осталась стоять на пороге, пораженная в самое сердце. Хвала небесам, не цваковской стрелой, а просто изумлением от увиденного пригвоздило меня к месту.

Начиная прямо от порога, вниз уходила чуть светящаяся лестница: она расширялась книзу, чуть закругляя величественные ступени. У подножия лестницы раскинулся волшебный город из сказки про фей: ажурные, ярко сияющие разноцветными красками дома с развевающимися на маковках цветными полосками узких флагов. Улочки вымощены блестящими камнями шестиугольной формы. Стройные башни венчали широкие площадки с аккуратными палисадниками. На круглой площади собрались цваки, с напряжением рассматривая вошедших существ.

Ян, которому, видимо, пришел приказ поторопиться, ткнул меня в спину, чуть не спихнув с лестницы: с трудом восстановив равновесие, я пробежала несколько ступенек и оглянулась на наглого цвака, показав тому кулак. Но он был прав: любоваться архитектурой сейчас времени совсем не было. Чувствовала я себя уже значительно лучше, чем сразу после уничтожения скалы, так что пришло время действовать. Но впереди еще предстоял разговор с правителем цваков. Поверит ли он мне? Будет ли помогать? Мучаясь вопросами, я приближалась к группе встречающих с видом ведомой на эшафот.

– Буду, – неожиданно мягко улыбнулся мне высокий цвак с суровым лицом, – и поверю…

Я сглотнула в панике: он читает мои мысли! И даже весь сумбур, царящий там, не мешает тукану просматривать меня, как открытую книгу. Паника поднималась по позвоночнику, грозя закатить истерику сразу по прибытии в голову. И тут внутри словно древняя змея приоткрыла один глаз: ну что ты мечешься? Что такого может прочесть в тебе этот цвак? Ты всегда была открыта этому миру, чего сейчас скрывать от его части?

Я мгновенно успокоилась и приветливо улыбнулась тукану, вся насмешливость которого мгновенно испарилась, оставив место нормальной реакции удивления:

– Спасибо за поддержку, – сердечно поблагодарила я цвака. – Ваше согласие служит мне знаком, что я поступаю правильно. Вы можете уже сейчас дать восемь сильных магов перемещения?

– Нет, – качнул головой тукан, с трудом справившись с удивлением от моего внутреннего диалога с силой. Я нахмурилась, а цвак широко улыбнулся: – Выбирай сама, сколько нужно, любой из моих подданных – отличный маг.

Ллер при этих словах вздрогнул, словно от удара хлыстом. И нахохлился еще сильнее: надо же, как подействовала на цвака весть о таком прогрессе своей расы. Он-то думал, что является самым сильным магом из расы цваков, так как сумел внедрить в нее магию анахов. А оказалось, что сами цваки не стояли при этом на месте… Правда, они заплатили за свое могущество почти полным вымиранием и выкидышами вроде отморозков из леса.

Я задумчиво обвела взглядом небольшую толпу цваков: среди них я заметила немало женщин, головы которых теперь украшали шикарные гривы волос. Я не могла поверить, что все, что осталось от великого народа, стоит сейчас перед моими глазами.

– Не переживай, девочка, – печально отозвался на мои мысли тукан. – Ты все исправишь… не спрашивай, как, только ты сама это знаешь. Точнее, это ведает нечто, что скрыто от моего внутреннего взора.

Загадками изъясняется, я начинала злиться, это плохой знак: отрицательных эмоций сейчас нельзя проявлять, цваки чрезвычайно чувствительны. А ведь мне еще с ними предстояло дело проворачивать. Наугад потыкав пальцем в толпу, я выбрала нескольких претендентов: цваки, на которых пал выбор, буквально расцветали, словно им достался крупный выигрыш. Да, наверное, сейчас у существ была не самая веселая жизнь: приходится постоянно прятаться, скрывать от мира свои возможности. Конечно, они отыгрались, построив чудо-город под землей. Но этого явно мало: кипучая сила цваков требовала выхода.

– Семь, – подсчитал Ллер. – А ты говорила – восемь, надо еще одного…

Приунывшие цваки, на которых выбор не пал, воспрянули было, но тут влез вездесущий Ян:

– Это место Мастер пообещала мне еще на берегу! – гордо заявил он, одарив меня сладострастным взглядом: я лишь тяжело вздохнула – ну вот, опять снова-здорово.

А ведь только решили расстаться друзьями.

– Я бы попросил, чтобы вы начали утром, – снова подошел ко мне тукан, – нужно собрать вещи и увести цваков, на которых не пал выбор, чтобы уберечь их от ярости мицара.

Я огляделась: восемь цваков стояли плечом к плечу и сияли так, словно они всю жизнь мечтали о смерти во имя всего мира. Я вынуждена была огорчить горе-героев:

– Не нужно, – хихикнув, хитро сказала я повелителю цваков. – У нас есть такой специальный маг, Ллер, который укроет от глаз мицара еще не такие проделки!

При этих словах Ллерекайен вытянулся во весь рост и гордо сверкнул зелеными глазами: мол, я тоже на что-то гожусь! Тукан выглядел ошеломленным:

– Значит, братья Ривиэля были достаточно честны: мицар на самом деле разрешил цвакам остаться в Лив’утвао, да еще открыл для них тайны силы анахов… это удивительно и позволяет с иной точки зрения оценить действия Рож’иальяра Л’ладаргра.

– Ох, если бы вы знали, сколько этих грешных точек, – мрачно усмехнулась я. – Давно бы повылезали из своих подземных городов. Мицар все эти соты лишь стремился истребить лесных цваков – тех подонков, что отлавливали и убивали белок. А на оставшихся в мире магов ему уже было начхать – пусть себе живут, только бы не гадили.