Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя - Евгения Александрова

– Ну уж нет, я сам не знаю, как такое возможно. Да и Зарине такое не нужно.

– Что это вы за меня решаете, ваша милость!

– Тебе-то чем наш мир не приятен?

– Мало ли… свет хочу посмотреть, это же невероятное путешествие.

Я хитро прикрыла глаза, чувствуя, что эти двое успели неплохо так спеться за наше совместное приключение.

– Так что, могу я наконец встать?

– Не уверена, госпожа, – склонилась Зарина. – Хотя рана поджила. Не больно?

– Больно немного, – призналась я. – Но не смертельно. И я до тошноты устала лежать.

Служанка помогла мне подняться, плавно и очень осторожно потянув за руку.

– Мне почудилось, или я видела здесь ту рыжую разбойницу?

“Какого черта она делала возле моего мужа”, – хотелось мне добавить.

– Его светлость убил многих, главаря банды, разбойница выжила, – принялся докладывать Эльд. – Она выкупила свою свободу тем, что спасла тебе жизнь. Разбирается в травах, помогла залечить рану.

– Вот как! Это очень странно. Мне что, надо благодарить разбойницу? Ту, которая была с ними, напала на нас, а теперь так...

– Вроде того.

– И где она сейчас?

– Ушла. Надеюсь, больше не увидим, – Зарина пожала плечами.

– Где Рейнард спит? Где вообще вы всё это время?.. Не на улице же торчите.

– Нет, – улыбнулась Зарина. – Жители этой деревни уступили и разместили нас всех на это время – мы же высокие гости. Еще охали, что их не предупредили. Из замка прислали новый экипаж и еще несколько слуг.

– Отведите к Рею, пожалуйста… – просипела я, делая первые шаги.

Шрам тянуло, но, кажется, мне дали немалую дозу обезболивающего – перед глазами легонько плыло, ноги подгибались.

– Держитесь, госпожа, – подхватила меня под плечо Зарина и повела за собой, взглядом отметая помощь Эльда.

Того, наверное, хлебом не корми – дай меня потаскать на руках. И ведь не по доброте душевной, а всё долбанное чувство вины, которое начало порядком утомлять.

Всё уже свершилось, так или иначе. Если мне было суждено здесь выжить, значит, оно не просто так. А глупое сердце и вовсе хочет здесь остаться. Я даже взволновалась, подумав, что сейчас смогу увидеть Рейнарда. Живого, настоящего.

Приснилось мне его признание или нет? Ласковая речь, что даже защемило в груди. Я фыркнула и поморщилась. Или это боль из-за раны сейчас так отдает?

Он лежал в соседнем доме на промятом диване, освещенный рассветными косыми лучами, и, услышав нас, тут же приподнялся. Взгляд еще был сонный, волосы взлохмачены, рубашка простая деревенская, а я смотрела и думала, как же быстро он стал мне так близок – этот бандитский киранийский герцог.

– Доброе утро, – улыбнулась я.

Рейнард сел на постели и сощурился, разглядывая меня.

– Я, пожалуй, вас оставлю, – сказала Зарина и мягко отпустила меня, убедившись, что я достаточно крепко стою на ногах.

Он поднялся, и мы чуть не столкнулись, подавшись навстречу друг другу.

– Кажется, вы что-то бормотали, ваша светлость. – Я старалась сохранять бодрый вид, хотя после нескольких дней в бреду выгляжу явно не очень. – Что-то сентиментальное. Ну, когда я была без сознания.

– Тогда ты не должна это помнить, – улыбнулся он коварно и вдруг невероятно бережно и невесомо приобнял меня, бросив взгляд на повязку на боку.

Так осторожно, что захотелось уткнуться ему в шею и просто наслаждаться этим мгновением. Что я и сделала: бессильно обхватила широкую спину, чувствуя тянущую боль в боку, и остановилась, дыша его запахом. Сдалась целиком, выдавая, как сильно скучала, даже глаза защипало от слез.

– Половину я проспала, конечно... – сказала, с трудом удерживаясь, чтобы не расчувствоваться окончательно. Потерлась щекой о его грудь. – Так что можно повторить.

Рейнард коснулся рукой моего затылка и вздохнул.

– Слово в слово уже не вспомню, – улыбнулся он мне в макушку.

– Кажется, ты взял назад свои слова про то, что я – худшее, что случилось…

– Да? И что дальше?

– Не помню, – я подняла глаза и посмотрела в его – запавшие от усталости, но по-прежнему яркие, с коварными огоньками в глубине. – Может, то, что ты влюбился в меня по уши и страшно переживаешь, что я могу умереть?

Рейнард не удержался, привлек меня еще ближе и поцеловал в губы. Потянул за собой, сел на край койки и усадил к себе, продолжая целовать – томительно, осторожно, не тревожа рану.  Его губы были сухие после сна, шершавые, но горячие, и даже в таком состоянии я почувствовала, как схожу с ума по этому разбойнику.

– Я переживал, – прошептал он и отстранился слегка. – Ты ненормальная герцогиня, которая вместо того, чтобы отступить и сохранить себе жизнь, бросилась в пекло боя. Ты убила троих, ты помнишь?

На удивление мне не было жутко. Этот мир жесток. Если придется защищать себя – надо убивать, с помощью демона или нет, уже не важно. Мои ли это мысли?

– Наверное, надо было спасти одного одержимого демоном засранца, который мне очень нужен. Очень, – царапнула я ногтями его шею. – И который попал однажды в плохую компанию и так крепко влип.

– Ты наверняка войдешь в местные легенды. Первая герцогиня, воюющая с мечом против врагов.

– Тебя это пугает?

– Нет… – Рей качнул головой и улыбнулся. – Скорее то, что... я и правда в тебя влюбился, – произнес он с  хрипотцой и затаенным страхом, глядя на меня внимательно. – Это ведь так бывает?

Сердце сжалось и куда-то скакнуло, чтобы потом забиться торопливо, а губы так и расплывались в улыбке – неужели он сказал это вслух! Сказал!

– Я и сама забыла, Рей. И мне тоже ужасно страшно тебе верить, – пробормотала я тихо. – Любовь обжигает. Поцелуй меня еще...

– Какая н-непоследовательная ты женщина.

– Замолчи.

– Ну вот опять, – усмехнулся он, но я, наплевав на боль в боку, прижалась к губам, которые сводили меня с ума.

Губы, пальцы, его смех, глубокий голос, насмешливые глаза, даже чертово заикание – всё это в нем нравилось мне настолько, что страх отступал место чему-то новому. Тому, ради чего стоило сражаться с самим демоном, который наверняка нас уже заждался...

– И даже потом я никуда тебя не отпущу, – проговорил он порывисто, вглядываясь в мое лицо, словно прочитал мысли. Притянул снова к себе. – Так что, ваша светлость, наш уговор п-придется пересмотреть.

Глава 46. Тернистый путь

– Вы входите во вкус власти, ваша светлость. Нравится распоряжаться другими людьми, а? – Я рассмеялась, прижимаясь к его шее и слушая ворчание. – Отпущу, не отпущу! О, великий герцог Киранийский.