Черное крыло - Анна Завгородняя

«Надо бы побольше узнать о всадниках смерти, - подумала она, распрямив спину и решительно смахивая травы в холщовый мешочек. – Должны же быть книги о них. Ну хоть что-нибудь, что объяснило бы мне сущность всадников и как следует с ними правильно общаться!».

Девушка призналась себе, что с первого взгляда заинтересовалась прекрасным бледным незнакомцем и, кажется, этот интерес был чем-то большим, чем простое любопытство.

«Он нравится мне!» - призналась себе Гражина и улыбка тронула ее губы, а глаза наполнила тем светом, который всегда бывает только в глазах влюбленных.

Грася всегда была прямой во всем и со всеми, даже с собой. А сейчас она признала, что симпатия к всаднику – это нечто серьезное. Вряд ли бы подобному обрадовался ее отец, но пока Гражина не спешила рассказывать князю Тадеушу о том, кто разволновал ее сердце. Более того, девушка хотела скрывать симпатии от старшего Щенкевича как можно дольше.

«Врать не стану! – сказала она себе. – Если спросит о чем-то этаком, расскажу, но сама наводить его на подобные мысли не буду. Еще слишком рано!».

- Грася, ты идешь ужинать? – спросила ее подруга. Княжна подняла голову и посмотрела на пани Штур. Яныся приподняла брови, удивленная выражением крайней задумчивости у Граси.

- Что с тобой? – спросила она.

- Все хорошо! – ответила девушка и поспешно встала, собирая пучки трав, чтобы вернуть их на места. Зелье было сварено и теперь остатки компонентов стоило положить туда, откуда княжна их взяла. Старшая сестра, учившая девушек зельеваренью была очень экономна и не позволяла пропасть даже плохенькой веточке простой перечной мяты.

- Это все стоит денег! – твердила она, втолковывая в нерадивые, по ее мнению, головы нужную информацию и понятие об экономии. – Круг не так богат, чтобы тратиться на вашу расточительность! – добавляла она и девушки, по большей части, отводили глаза и только Грася смотрела прямо в лицо экономной пани, не скрывая улыбки, которую та, в свою очередь, не могла понять. И это чрезвычайно злило женщину.

Сейчас же старшая ведьма ушла и девушки, закончив прибирать со столов, отправились на ужин в общую столовую, занимавшую одну из самых больших залов первого этажа. Там ели только младшие сестры, но кормили сытно, хотя и не так изысканно, как привыкла за последние годы Грася. Когда-то они с отцом знали и худшие дни, так что, девушка была не привередлива в еде.

Оставив учебное помещение, подруги направились на ужин. Пересекая холл, Грася заметила спускавшуюся сверху Елень Вишневскую. Дочь Главы Круга обвела надменным взглядом холл, полный младших сестер и шагнула вперед, заставляя девушек расступиться.

«Вот же бесталанная, - подумала, глядя ей во след Гражина, - даром, что дочь Марии!», - но тут пани Штур дернула подругу за рукав.

- Не смотри так на нее! – посоветовала Яныся.

- А что она мне сделает? – удивилась княжна.

- Она-то, может и ничего, но вот госпожа Глава… - и пани Штур многозначительно ухмыльнулась.

- У пани Елень совсем нет силы, - сказала ей Гражина, когда девушки вошли в обеденный зал.

- Зато сила есть у ее матери, - отозвалась Яныся.

- У матери, но не у нее самой.

Подруга покачала головой.

- Ведьмы могут многое! – произнесла она, хитро улыбаясь.

- Что ты имеешь ввиду? – спросила Грася.

- Сама подумай и поймешь! – ответила Яныся. – Начитана ведь, как сама Глава. Должна понять, что всегда есть выход, даже если у тебя не хватает силы или таланта!

- Это как… - начала было княжна и тут же осеклась. Ее осенило, и девушка иначе посмотрела на подругу.

- Вот оно что! – сказала тихо.

- Тсс! – поднесла к губам палец Яныся. – Просто будь осторожна. Ты нравишься мне, и я не хотела бы, чтобы у тебя были неприятности, или не приведи боги, пани Мария прогнала из Круга.

Гражина отвела взгляд задумавшись и почти забыв о том, что еще недавно все ее мысли занимал прекрасный мужчина с таким неподходящим ему именем – Ежи.

Свет был вокруг меня. Просачивался через пальцы, проходил черед платье и, кажется, даже через тело. Несколько секунд я просто плыла, будто в теплом тумане, а затем сияние погасло, и я оказалась в просторной комнате. Помещение было не примечательным, и я удивленно озиралась вокруг, думая о том, как попала сюда, и была ли загадочная дверь порталом в другой мир?

Обстановка в комнате, где я оказалась, состояла из простого стола и пары лавок, какие обычно бывают в деревнях. Деревянный пол, деревянные стены и потолок. Кажется, я попала в крестьянский дом, самый простой и жилой, о чем свидетельствовал букет алых цветов в глиняной вазе на середине стола и чашка, от которой еще тянулась вверх струйка пара.

Я оглянулась назад, словно надеялась, что увижу за спиной выход в замок или попросту лестницу, но там ничего не оказалось, кроме стены из дерева и какой-то картины с видом гор.

- Где я? – вырвалось невольно. – Есть кто живой?

А у самой холодок под кожей и мурашки по спине. Я стояла на месте не решаясь сделать шаг, словно опасалась, что двинься я в сторону, то навсегда останусь в неизвестном мне месте.

«А там, в кабинете, а замке тебя ждет Вацлав!» - напомнила память, и я едва не застонала от разочарования.

Скрипнувшая дверь и чьи-то легкие шаги заставили меня повернуть голову в сторону. Я увидела дверь, которой еще мгновение назад просто не было. Простую такую дверь, в проеме которой стояла старуха. Она выглядела очень старой, я бы даже сказала – древней. Морщинистое лицо, высохшие руки, больше похожие на лапы домашней птицы, пронзительные глаза и платок накинутый на плечи, поверх серого платья из домотканой шерсти.

- Пришла значит? – загадочно проговорила она и смерила меня любопытным взглядом. – Время пришло! – добавила и чуть улыбнулась.

- Кто вы и где я? – вырвалось невольно, но старуха покачала головой, после чего произнесла:

- Скоро сама все узнаешь. Иди за мной! – и шагнула в темноту, подняв руку на уровне груди. Я с удивлением увидела, как в ее пальцах появилась свеча. Вспыхнул оранжевый язычок пламени, осветивший узкий темный коридор. Старуха шагнула в него и прошаркала вперед, не дожидаясь, пока я последую за ней.

- Мое имя – пани Лидка, - сказала старуха.

- Валеска! – представилась в ответ.

- Валеска, значит! – она рассмеялась. Смех получился сиплый и старческий. Больше похожий на скрип несмазанной двери.

- Но куда мы идем и где я? – еще одна попытка что-либо разузнать потерпела крах. Старуха больше не говорила со мной, лишь продолжала идти, а свеча в ее руке дрожала, отбрасывая странные тени на стены коридора.

А затем мы оказались у очередной двери. Старуха покряхтела, прежде чем постучала в нее. Удары тощего кулака повторили биение моего сердца, а когда нежный и мелодичный голос из-за двери произнес: «Входите!», - мое сердце едва не остановилось.