План Арагорна. Хранители народов - Екатерина Бадещенкова

— Понимаешь, Саня… — Я поднял крышку кастрюльки и посмотрел, как булькает в ней овощной супчик. — Магия действительно существует. И нам выпала участь принять на себя тяжкий крест первопроходцев. Ну если и не самых первых, то в передних рядах. Да-да! И тебе тоже.

— Объясни! — потребовал Саня, тяжело опускаясь на табурет, который так кстати оказался в нужном месте.

— Ну ты же читал, что раньше существовали разные народы. Эти эльфы, гномы, орки, гоблины. Читал?

— Но это же фантастика! При чем тут реальная жизнь?

— А кто тебе сказал, что это фантастика? — сердито поинтересовался я. — Папа, мама, учителя в школе? А они откуда это знают?

— Но наука…

— В которой столько непонятных моментов, что ученые предпочитают их не замечать? С момента, когда откинул тапочки последний динозавр, и до сегодняшнего дня прошли миллионы лет. Кто знает, что происходило на Земле в этот период?

— Но палеонтологи…

— Находили такое, что ни в какие ворота не лезло, — продолжил я. — Поэтому они или замалчивали эти факты, или объявляли нечистотой эксперимента. Но все равно ясно, что до нас существовали другие цивилизации. И существовали другие народы, к которым у человечества не было никакого отношения.

— То есть ты хочешь сказать?..

— Что были и эльфы, и гномы, и орки, и еще целая куча всяких существ, о которых мы даже представления не имеем.

— А как же эволюция? — растерянно проговорил Саня. — Как старик Дарвин?

— Дался вам этот Дарвин! — с досадой огрызнулся я. — Он выискивал то, что укладывается в его теорию, отбрасывая то, что не укладывается. И потом ученые старались все это подогнать под устои. Вот меня насмешила их уверенность, что челюсть, найденная в пустынях Америки, принадлежит питекантропу. Надо же, даже название придумали! Недостающая ступень эволюции! А то, что она не может быть ступенью, потому что просто не подходит по строению зубов, это во внимание принято не было.

— И чья же это была челюсть? — замирающим голосом спросил Сашка.

— Да ясно же — орочья! — отрезал я. — Я видел фотографию. Сто процентов — орочья!

Слабое икание со стороны моего друга подтвердило, что он хорошо расслышал мои слова.

— …Я не знаю, что там произошло, — через некоторое время продолжил я. — Остались одни люди. Но Арагорн утверждает, что в каждом из них есть частица от других народов.

— А… — оживился Сашка.

— Не знаю. Спроси у него! Он скоро здесь появится.

— А какое отношение ко всему этому имеешь ты? — внезапно спросил Сашка.

— Точно такое же, как и ты, — заверил я друга. — Только я — уже, а ты — еще.

— Да что ты все загадками говоришь? — взмолился Сашка. — У меня скоро от них крыша поедет! Ты можешь толком объяснить, что происходит?

— А то, что эти народы существуют на самом деле. Я не знаю, кто такой Арагорн. У меня начинается головокружение, когда я пытаюсь осмыслить это. Но он-то как раз и начал это преобразование. Каждый из нас несет в себе частицу этих народов.

Саня, сведя брови к переносице и глаза в пучок, заторможенно смотрел на меня.

— Ты сказал, что ты — уже? — И, дождавшись моего ответного кивка: — И кто же ты после этого?

— Я эльф, — просто представился я.

— Так, значит, мне тогда не показалось? Ты действительно был тогда такой?

— Ну да.

— Так, значит, мы эльфы! — непонятно чему обрадовался Сашка.

— Эй! — Мне пришлось обломать ему радость. — Я сказал, что я эльф. Не «мы», а «я». Разницу улавливаешь?

— Ну да! Тебя Арагорн уже преобразовал, а мне это еще предстоит. Ты это хотел сказать?

— Именно! Но также я хотел сказать, что ты не станешь эльфом после этого преобразования.

…М-да. Наверное, я все-таки зря это сказал. Выражение лица Сашули было далеким от того, что называют счастливым.

— И кем же я стану? — наконец выдавил он.

— Насколько я понял из высказываний Арагорна… — я прекратил свою кулинарную деятельность и фиксировал каждое движение друга, — он планирует сделать тебя гномом.

Вот что-что, а тема роста была для Сашки всегда болезненной. И реагировал он на нее соответственно.

— ЧТО?!!! — Сашка побагровел и грозно двинулся на меня. — Ты что это? Опять надо мной издеваешься? Да я тебе сейчас, дылда стоеросовая, и со своим ростом по организму настучу!

Я вздохнул и наложил на Сашку заклинание неподвижности.

Вот так, на половине шага он и замер. Только глаза яростно смотрели на меня. Короче, дипломатические беседы, похоже, заканчиваются скандалом.

— Разморозь меня! — каким-то скрежещущим голосом потребовал мой друг.

— А бузить не будешь? — с интересом спросил я. — Я прошу учесть, что это не моя идея, а Арагорна. Я, честно говоря, был вообще против твоего участия.

— Ладно, — донеслось от Сашки. — Размораживай!

Я снял заклинание. Вот что мне нравится, так это то, что мой арсенал действует независимо от того, в каком обличье я нахожусь.

— Это что сейчас было? — осведомился Сашка, тяжело опускаясь на табурет. — Как это ты сделал?

— Это, брат, магия, — пояснил я, присаживаясь рядом с ним.

— Научишь? — с надеждой поинтересовался Сашка. — Вот было бы здорово! Любого бугая вот так заморозил и по шнобелю ему. А если не смогу достать, то за табуреткой сбегаю…

— Твоему народу магия несвойственна, — оборвал я мечтания друга.

— Да что же мне так не везет?! — застонал Саня. — Ну почему одним — все, а мне — карликом да под землю? Где справедливость?

— Да не стенай ты! — с досадой отозвался я. — Что ты знаешь о жизни Подгорного народа?

— Как ты сказал? — сразу же среагировал Александр. — Подгорного народа? Это уже значительно лучше, чем гномов. А то гномы да гномы! Ну какой из меня гном? Я же вон какой здоровый.

Сашка неожиданно прервал свои рассуждения и хитро взглянул на меня.

— А преобразуйся в свой истинный вид! Я тогда тебя по техническим причинам плохо рассмотрел.

— Это потому, что ты сразу же выпал в осадок. Что за нехорошую привычку ты себе завел? Как только что-то непонятное увидел, так сразу хлоп в обморок.

— Это такая реакция, чтобы не сбрендить от шока, — смутился Сашка. — Но теперь я привык и шока не будет. Давай-давай!

Ну, давай так давай. Я обернулся в эльфа.

— Класс! — выдохнул мой друг. — А я какой буду? Только чтобы я был боевой и сильный! И еще чтобы красивый был!

— А еще два метра роста и блондин с голубыми глазами, — пропел я в ответ.

— Нет, блондин у нас уже есть, — ткнул в меня пальцем Сашка. — Двое — это уже перебор. Ну и голосок у тебя стал. Заслушаешься!