Доброволец - Дмитрий Володихин

В ту эпоху было много светлых явлений русского духа: преданности воле Божьей, благородства, самопожертвования, храбрости, но, в общем, нельзя не признать, что это была эпоха морального разложения… Атмосфера гражданской войны и классовой ненависти все отравляла.

При этом война – самая жестокая, беспощадная и подлая – шла всюду. Постепенно ряды сражающихся все более смешивались: измена и предательство, в самых разнообразных формах, как ужасные язвы, разъедали обе стороны. Конечно, я больше знал и больше болел тем, что происходило у белых, но и у красных моральное разложение зашло очень далеко: вся нация была отравлена, и яд проникал всюду.

(Из воспоминаний белого подпольщика С.Е.Трубецкого)

Я написал этот черный роман, потому что не мог не написать его. У моей страны великая история: иногда счастливая, иногда благополучная, а иногда пронзительно жестокая, но какой бы она ни была, я принимаю ее всю, без изъятия. Бог дал мне Россию, и я сердцем прирос к моей земле.

Столько русских погибло в XX веке! Иногда мне кажется: какой непереносимый ужас – потерять миллионы и миллионы в революциях, войнах, в нынешней смуте! Но потом я думаю, что не было ни одной бессмысленной смерти. Быть может, каждая капля русской крови, отданная земле в 1914-м, в 1917-м, в 1920-м, в 1929-м, в 1941-м или в 1993-м стоит выше всех богатств этого мира в глазах Высшего Судии.

Россия пережила XX век, она жива и будет жить дальше. Мы цепкий народ, и никто не сковырнет нас с нашей земли.

Из всех несчастий, которые пришлось пройти России в прошлом столетии, Гражданская войны была самым горьким. Ведь русский шел убивать русского, брат ломал хребет брату, происходило бесстыдное окаянство. На протяжении нескольких лет народ обходился без милосердия, доброты, любви к ближнему. Жизнь человеческая порой стоила меньше куска мыла или банки с тушенкой. Никакая смена общественного строя не стоила таких жертв, не стоит и никогда не будет стоить. Подлость – говорить иначе.

Боже, упаси мою страну от любой новой революции!

Я далек от того, чтобы судить, кто прав был, а на ком вина. Моя собственная родня, кажется, могла оказаться в разных лагерях Гражданской… Я родился в СССР и добром вспоминаю времена моего детства. Мне нечего проклинать, мне не от чего открещиваться. Но та патриархальная страна 70-х и 80-х далека была от кровожадного революционного романтизма. Она давным-давно ушла из казармы «комиссаров в пыльных шлемах». Она превратилась в Империю и забыла, слава богу, запах смуты.

И я не хочу повторения. Ни оранжевого, ни березового, никакого! Полагаю, если кто-нибудь в здравом уме и твердой памяти войдет к тебе в дом и позовет: «Выйди на площадь! Ты слышишь зов революции?» – такого человека необходимо, ни слова не говоря, спустить с лестницы, а лучше – уронить с балкона.

И пусть светится пламя высшей справедливости в глазах у правдолюбца и слуги вселенской справедливости. И пусть он говорит очень хорошие, очень правильные вещи. И пусть все кругом смотрят ему в рот. Он враг, это совершенно точно. Первый шаг к вооруженному бунту это первый шаг в бездну. В наши дни белая армия нужна для одного: растаскивать баррикады, где бы они ни возникли. На улицах, в умах, в информационном пространстве – все равно…

Лучшая одежда для пламенного революционера – деревянный костюм. Лучший галстук для революционного пропагандиста – пеньковый. Лучшая обувь для героического вождя майданов – испанский сапог.

Россия и революция несовместимы.

Никогда.

Ни при каких условиях.

Ни под какими знаменами.

Революционер в России – всегда предатель.

Гражданская война…

Уходящая Русская цивилизация была по сравнению с красной эрой образом рая, пусть искаженным и подпорченным, но все-таки прекрасным: сияющим церковными крестами, украшенным домовитой крепостью, говорящим с миром словами монастырских старцев… И если западное рыцарство ходило в крестовые походы ради «завоевания рая» в Святой земле, то наше, русское – вот оно! – защищало рай на своей родине. Как человек был создан по образу и подобию Божию, так православные цивилизации – Византийская, Русская – играли роль образа рая, т. е. служили напоминанием о рае небесном. Белое дело показало: такой силы, чтобы вновь поднять Второе Земское ополчение, как при Минине и Пожарском, у страны уже нет, – она постарела, оскудела духом. Но в ней нашлось достаточно праведников, чтобы возвысить голос против наступающего сатанинства. Русское сердце должно трепетать от любви к тем, кто поднялся тогда против самого духа времени, против низости и безбожия. Да, белое движение на практике оказалось разнородным. Но главная идея противоборства, шедшего на протяжении нескольких лет, – древняя, она суть вера и духовная крепость, воюющие против соблазна и падения. Такова главная сущность белого дела, его стержень, его основа, к которому налепилось много чего; стояние за православие против бесовства, за государя и государство против интернационала, за отечество против многочисленных сепаратистов – таковы главные идеалы, без которых белое движение никогда не родилось бы.