Смерть Хаоса - Лиланд Экстон Модезитт

– Садитесь, – Кристал сделала жест, приглашая всех к столу.

Рисса водрузила на столешницу кастрюлю с рагу и корзинку с тремя караваями еще теплого хлеба.

– …это тебе не в казармах…

– …так больше нигде не кормят…

– Джинса, кончай бормотать с набитым ртом, – сделал замечание Перрон.

– Есть чай с травами и эль, – сказала Рисса, расставляя кружки.

– Эль, – твердо заявила Кристал. – После такой трудной восьмидневки хочется эля.

Хайтен и я попросили чаю. Остальные пили эль.

К тому времени, когда я выпил полкружки чаю и почувствовал, что согреваюсь, Кристал и каждый из ее стражей умяли самое меньшее по две порции рагу. Кроме того, Риссе пришлось положить в корзинку еще два каравая.

Мне вполне хватило одной порции, но я перекусил в полдень хлебом и сыром, да и не скакал день напролет под ледяным дождем.

– Как защитные сооружения гавани? – осведомился я, доев рагу.

– Да нет в Расоре никаких защитных сооружений.

– Как нет? А стены?

Кристал молча жевала. Перрон уставился в миску.

– Можно мне еще хлеба? – спросила Хайтен.

Воззрившись на корзинку, я едва поверил своим глазам. Она была пуста.

– Сейчас подам, – сказала Рисса. – Хлеба у нас вдоволь.

– Понятно, – заметил я. – Против ракет Берфира стены не помогут.

– А уж тем более против дальнобойных хаморианских пушек, – буркнула Кристал и отпила долгий глоток эля. – Старый форт выстроен прямо у волнолома, как специально подставлен под обстрел с моря.

– А насчет пушек ты узнала от посла Южного Оплота?

Кристал глубоко вздохнула.

– В Деллаше стоит эскадра из дюжины хаморианских паровых крейсеров, а еще больше кораблей находятся в пути.

– В Деллаше? А это где?

– Знаешь остров напротив Саммердока?

– Это в Делапре, но Делапра – это ведь земли Южного Оплота.

– Уже нет. В Саммердоке находится огромный хаморианский торговый двор. Хаморианские купцы используют тамошний порт почти круглый год.

Картина прояснилась. Хамор прибрал к рукам этот Деллаш, чтобы превратить в военно-морскую базу для «защиты» своей торговли в Кандаре…

– Так вот почему посол Южного Оплота прибыла в Расор, а не в Кифриен.

– Она не была послом, – саркастически откликнулась Кристал. – Просто совершала увеселительную поездку. Как и я.

– И ты? – удивился Перрон.

– И я. Может командующая Кристал совершить путешествие или нет? – Она хмыкнула и опустошила кружку. – Я бы выпила еще.

Рисса кивнула и принесла кувшин.

– Она много говорила о хаморианских крейсерах, их водоизмещении, осадке, скорости, пушках и морской пехоте на борту, – сказала моя супруга, отпив еще глоток. – Раньше Деллаш был рыбачьим поселком. Теперь там имеется глубоководный мол и три причала, и огромная гора угля, который берется неизвестно откуда.

По мере того как Кристал говорила, мне все больше и больше становилось не по себе. Чему способствовал и вид опустивших глаза стражей.

– А почему об этом никто не слышал?

– Видимо, потому, что так было угодно императору.

Это мне понравилось еще меньше.

– А Каси… самодержица знает?

– Пока нет. Но я не бегу к ней с докладом, потому что она едва ли сможет предпринять что-либо сегодня вечером.

За окном продолжали тяжело падать снежные хлопья.

– Она вообще мало что может сделать, – высказался Перрон.

Кристал тяжело вздохнула и, пока Перрон заново наполнял свою кружку, сделала еще один большой глоток эля.

– Как дела у Елены? – спросил я, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– О, она стяжала всеобщее уважение, – с легким смехом произнесла Кристал. – Что и немудрено: ей в первый же день удалось выяснить, каким манером Килдеси ухитрялась пополнять свой кошелек казенными денежками.

– В оружейных и кладовых появилась уйма вещей, – добавила Хайтен. – Причем как раз после того, как стало известно, что она знакома с тобой, мастер Леррис.

– Не думаю, чтобы мое имя так уж сильно на это повлияло. Елена так хорошо знает свое дело, что ей нет нужды опираться на третьеразрядных чародеев.

– Ага, наконец-то он признал себя чародеем, – заметила Хайтен, подмигивая Перрону.

– Теперь, после недавних событий, ему трудно это отрицать, – добавила Кристал. – Притом, что он прославился не только как маг, но и как герой.

– А я думал, ты на моей стороне, – буркнул я.

– До тех пор пока дело не касается интересов государства и моей верности самодержице, – ухитрилась выговорить она с каменной физиономией, после чего прыснула.

Мы поболтали о том о сем еще некоторое время, но скоро все, не исключая меня, начали зевать.

Хайтен ушла первой, но перед этим, выглянув во двор, сказала:

– Снегу-то, снегу… на добрый демонов спан насыпало. С каких это пор в Кифриене так рано выпадает снег?

– Ты вроде в сапогах, – хмыкнул Перрон, – или хочешь, чтобы кто-то помог тебе их снять?

– У тебя и со своими-то сапогами хлопот хватит.

Другой страж мужского пола покачал головой. Женщина – Джинса – ухмыльнулась.

Кристал встала. За ней встал и я, предоставив оставшихся стражей самим себе.

Позднее, уже закрыв за нами дверь спальни, я спросил:

– Так что, эта «путешественница» приехала в Расор, чтобы предупредить тебя насчет Хамора?

– Леррис, подумай сам. Если Южный Оплот обеспокоен настолько, что не решается направить посла в Кифриен официально и ведет переговоры через путешественниц, о чем это говорит?

– Там боятся дать императору хоть малейший повод для недовольства. Полагают, что Хамор воспользуется любым предлогом, чтобы прибрать к рукам и Делапру, и весь Оплот.

– Фактически Делапра уже сейчас под хаморианским контролем. Еще ранней осенью, когда наше внимание было поглощено Хидленом, они послали корабль – всего один корабль – к Саммердоку. Трех выстрелов из дальнобойной пушки хватило, чтобы разнести маяк в пыль.

Кристал повесила куртку в стенной шкаф и присела на краешек кровати.

Я стащил с нее сапоги и взял на себя смелость помассировать изящную икру.

– Мне нужно принять душ.

– Мало тебя дождем мочило?

– Дождь одно, душ другое. Я не могу быть такой грязной.

– Для меня ты и так хороша.

– Леррис…