Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

Настя отпустила Райса, но не отходила от него ни на шаг, будто боясь потерять вновь.

– Вы забавно смотритесь вместе, – выдала Вика, – из вас получится хорошая пара.

– Мы и так пара, да? – выпалила Настасья, не удержавшись от соблазна подтвердить прочность их отношений.

– Да, моя красавица, без сомнения, – согласился Райс. – Присаживайся.

Вика подвинулась, и влюбленные сели рядом. Она закинула ногу на ногу и призадумалась. Она была рада, что Райс нашелся, но тот факт, что их приключения так быстро закончатся, почему-то не вдохновлял ее. Затем она поймала себя на мысли, что ее ненасытная азартная сущность требовала продолжения банкета, такой финал ее не устраивал. Позабыв о жертвах и перенесенных опасностях, Вика разочарованно произнесла:

– Неужели это конец? Ты исчезнешь навсегда, и пиши пропало, все закончилось.

– Тебе мало? – возмутился Стас. – Вспомни, через что нам пришлось пройти. Твое легкомыслие меня поражает.

– А что, собственно, закончилось? – добавил интриги Райс. – Для кого-то все только начинается. Невозможно что-либо закончить, можно лишь перевести это в другое направление, в иную плоскость. Я предлагаю не кончать.

– Андреас, я не согласна, – вмешалась Настенька. – Мы кончаем с земным миром и улетаем в далекие миры, ты обещал мне!

– Я не отказываюсь от своих слов, только не спеши, не так быстро. Я же сам телепортировался к вам буквально с корабля на бал. Надо отдохнуть и набраться сил, затем можно и отправляться.

Успокоившись, Стас устроился в кресле. Как никто другой, он был счастлив видеть гастролера и его пассию в последний раз.

– Слушай, ответь честно: ты заранее все спланировал? Чилкинская подсказка об этом разваливающемся особняке сработала? Разберем по порядку: оставленный навигатор, наши блуждания по разным гастролерам, Груздева, Зуриков, Тополин, таксист, наконец, этот долбаный Чилкин, неизвестные инквизиторы, убивающие всех подряд, кроме нас и тебя – в сумме получается целая шахматная партия из десятка фигур. Объяснишь? Меня не устраивает, что мы как пешки выполняли твои команды.

– Я вас лично ни к чему не принуждал, вы выбрали сами. Свобода выбора оставалась за вами, и сейчас вы вправе делать, что вам заблагорассудится. Я рискнул, и риск оправдался, – довольно произнес Райс. – Все счастливы? По-моему, да. С вашей головы не упал ни единый волосок, этого ты не будешь отрицать.

– А как же погибшие люди? Ты использовал их.

– Они могли спастись, но не воспользовались своим шансом. Шанс был, но сплыл. А раз так, то они были обречены на верную смерть. Повторюсь: каждый сам делает свой выбор. И если ты этого не понимаешь, то это, как у вас говорится, твои проблемы. Давай покумекаем. Кто там, говоришь, отошел в мир иной?

– Груздева и, может, Зуриков, а Тополин, собственно говоря, повесился по доброй воле.

– Это не последние жертвы, – заметил Андреас. – Начнем по порядку. Наша достопочтенная Груздева – заскучавшая и неповоротливая особа. Ей не хватило жизненной энергии, чтобы спастись. Я навещал ее, предупреждал, уговаривал бросить рынок и нестись на всех парусах за пределы вашего смутного города. Я даже предлагал ей, пока все утихнет и успокоится, надежное убежище в подвалах Чилкина. Она отказалась. Груздева предчувствовала скорый конец и безропотно приняла его, перестав бороться. Она сдалась и поплатилась. Инквизиторы помогли ей сделать правильный шаг.

– Она любила тебя! – выпалил Стас, надеясь вызвать каплю сочувствия у гастролера.

– Ох, а кто меня не любил? – гордо произнес Андреас и обратился к Настеньке: – Ты любишь меня?

– Я люблю тебя! – возбужденно произнесла Настя. – И я нашла тебя.

– Видите, а Груздева не хотела бороться за свою любовь. А тот, кто не борется, умирает.

– Ты жестокий человек! – выпалила Вика, прижимая к животу руки.

Возбудившись, Стас поднялся с кресла и стал ходить взад-вперед по комнате, заложив руки за спину:

– А как насчет остальных?

– Я не договорил, – ответил Райс. – Зуриков, мой славный младший приятель. Были времена, когда мы отвязно веселились и путешествовали по просторам неизведанных измерений. Его смерть мне непонятна. Наверное, Летчик также поплатился за собственную пассивность. Не понимаю, почему он осел в Москве? Чем прельщает этот грязный муравейник, полный бомжей и проституток? Коля увлекся черт знает чем, связался с дебилами и подсел на наркоту. Они вскружили ему голову, запудрили мозги, опьянили разум. Конечно, молодчик не справился и стал жертвой собственной слабости. Станислав, я искренне верил, что ему удастся спастись! Конечно, предупреждал его не единожды. Николай не слушал меня, не воспринимал всерьез и надеялся на удачу, но удача обманчива. Он этого не понимал и поплатился. Честно, даже не хочу о нем говорить. Сердце ноет, когда я понимаю, что никогда не увижу моего хулигана. Ведь он был мне как младший брат, я буквально готовил себе замену, а все пошло прахом.

– Я согласна с тобой, – вмешалась Вика. – Николай был добрый паренек, но дурная компания его испортила. Я с ним общалась полчаса, но за этот короткий срок поняла, что он тебя любил и уважал. Подвергая себя риску, он предоставил нам важную информацию. Я искренне сочувствую.

– Что вы скисли? Мы-то живы! – попыталась приободрить всех Настасья. – Какое нам дело до покойников? Мы не в морге, чтобы их препарировать.

– Правильно, Настюша. Ты чудо! – похвалил Андреас. – Нужно жить дальше несмотря ни на что, чем мы и займемся.

– А Тополина и мне жаль, – грустно призналась Зитман, – я у него в долгу. Что ж вы мне не сказали, что он мертв?

– Профессор просто не хотел тебя травмировать, – сказала Вика. – Он справедливо полагал, что тебе будет очень больно узнать о его смерти. Но, судя по всему, ты не очень болезненно это восприняла.

– Я же не последую за ним, – справедливо заметила Настя. – У меня есть Андреас, я не одна.

– Профессор гордился бы тобой! – торжественно произнес Андреас. – Что тут скажешь: у Тополина сдали нервы. Он находился в полной безопасности, ему ничто не угрожало. У инквизиторов нет улик, он законопослушен и абсолютно чист. Живи и в ус не дуй, так нет, принесла и сюда нелегкая! Кто бы мог подумать, что гений науки не справится с собственной нервной системой. Ты, наверное, знаешь, Станислав, он был мой наставник, я многому у него научился. Если бы не его мудрые советы, то не сидел бы я сейчас перед вами. Фактически он создал меня, слепил из разного дерьма, и получился ваш ненаглядный Андреас. Он и есть мой истинный прародитель, а я его астральный сын. Тополина сегодня утром проводили в последний путь. Я инкогнито присутствовал на похоронной церемонии и своими глазами видел, как гроб старика засыпали землей. Я стоял в стороне и плакал, вспоминая наши посиделки в лабораториях и его откровенные академические анекдоты про ботаников и доцентов, наш первый придуманный маршрут межизмерительных перелетов, совместные странствия и его нескончаемые лекции по генетике. Парадоксально! Станислав, ты не задумывался, почему от нас уходят лучшие близкие люди?