Снести империю добра - Владимир Мясоедов

— Я сокрушааал тебя раааньше, сокрушу и сейчааас! — проблеял то ли себе, то ли окружающим Реннариус и вновь попытался наскочить на противника.

Но метнувшееся к рогатой голове лезвие заставило его отступить. Магическая растительность, занявшая собой весь зал, пошла в атаку. Увы, лианы-душители и острая, словно лезвия ножей, трава не сумели причинить урона архидемону. А ожившие деревья никак не могли протолкаться к нему. Из-за неожиданного появления врага с тыла они оказались позади воинских порядков. К тому же целиком выбравшийся в громадный зал архидемон больше не был один. Следом за ним в проход живой рекой вливались орки. Много орков. Весьма необычных орков. С такими красными глазами, что зрачков не было видно. С грубо нанесенными, пылающими алым светом татуировками. А острая кромка разнообразного оружия отливала антрацитово-черной тьмой.

— В этот раз тебе не спастись, ублюдок! — пророкотал архидемон, надвигаясь на попятившегося полубога. Копыто Реннариуса наступило на лучницу, сбитую с ног шарахнувшимися прочь от архидемона эльфийками, и с мерзким влажным хрустом раздавило ей голову. — Между нашими родами давние и кровные счеты, которые сегодня наконец-то окажутся оплаченными! Вперед, слуги мои! Режьте их! Бейте их! А потом мы попируем!

На Реннариуса синхронными движениями в высоком прыжке бросились сразу пять совершенно одинаковых орков. Полубог двоих поймал руками, а одного рогами. Еще одного пнул левой ногой. Фантомы развеялись, а их создатель, размахивавший здоровенным двуручным топором, отлетел с развороченной ударом подкованной ноги челюстью.

— Опять этот наглый предводитель козявок?! — воскликнул Реннариус. — Я же его убил!

— Аррр, ты всего лишь оторвал мне руку, которой я вырезал из тебя кусок мяса! — оскалился развороченными клыками вождь порабощенных демонами орков. Желтоватые острые зубы на глазах вставали на место, а десны и губы переставали кровоточить. — Но знаешь, после того, как я съел твою вырезку, у меня за сутки отросла новая. Причем ничуть не хуже старой!

— Я несу возмездие во имя луны! — воскликнула правительница темных эльфов.

Ее глаза вспыхнули серебряным светом, как и кожа. Мощный молочно-белый луч сорвался с поднятого над головой серебряного диска и буквально испарил первых два или три десятка орков, врезавшихся в порядки врага. Еще столько же отделались тяжелыми ожогами. Предводитель этой братии всего лишь заслонил свое лицо топором. А после того как опасность исчезла, сразу же метнул его в размахивающего деревянным посохом и что-то колдующего Фуриона. От последнего аж во все стороны кровавые щепки полетели.

— Ох, спина! — простонал соправитель Священной Империи темных эльфов и упал с развороченным напрочь боком. — А-а-а! Помогите!

Его одежду мгновенно запятнала смесь крови и древесного сока. Какой-то орк из вновь ворвавшихся в помещение попытался повторить подвиг своего командира и метнул в раненого дротик. Однако покрытое тьмой острие, ударив друида в щеку, лишь едва-едва смогло разорвать напоминающую древесную кору кожу. Чтобы справиться с ней, обычного оружия, похоже, было недостаточно. А засевший в ране топор, судя по всему, являлся далеко не слабым артефактом. Ну, и сыграла роль рука, запустившая его в полет.

— Добейте его, чтобы не мучился, — посоветовал окружающим позабытый всеми гоблин и опустил каменную плиту на место. Конечно, архидемона или даже большое количество жаждущих драки орков она задержать не могла… но у них и без коротышки с его отрядом было кем заняться. — Так, Селена, не отпускай Пузико. Но и не придуши ненароком. Она у нас, во-первых, правитель суверенной державы, а во-вторых, очень полезный в хозяйстве человек и пароход… тьфу ты, телепорт.

— Ну, ты меня еще по лесам браконьеров выслеживать поучи! — недовольно буркнула бывшая глава рейнджеров, дружески обнимая женщину-архимага одной рукой за талию, второй за шею. Очень цепко. Так, чтобы пленница скорее потеряла голову, чем смогла сбежать.

— Что это значит? — Волшебница, которой слишком сильно перекрыли кислород, закашлялась. — Ты что, переметнулся на сторону демонов?!

— Да упаси меня сиськи! — замахал руками зеленый коротышка, прислушиваясь к шуму битвы за каменной плитой. В это время его отряд дружно пятился назад, пытаясь выйти из узкого коридора обратно на оперативный простор. — Не конкретно Селены, а вообще. Просто пока очень злые мальчики бьют очень нехороших девочек, у нас есть время на то, чтобы быстренько обделать все свои дела. В частности, взять главный приз, обещанный на после войны. А то мало ли как она там повернется. Нет, мне, конечно, хотелось бы самому понаказывать местных обитательниц. Однако сил на всех может и не хватить. Тем более тут выискались такие конкуренты. Холхюк, что у тебя?

— Эта слишком молодая, работает недавно и на глубинные уровни ее не пускали. — Охотник на демонов поднял руки с лица пускавшей слюни эльфийки.

Исполняющая роль помощника шамана Острога сразу же подсунула старшему коллеге новую жертву, которая пучила глаза и пыталась мычать сквозь кляп. Пленниц отступающий коротышка набрал с запасом. Дернул на себя телекинезом не только Джоану и быстро сориентировавшуюся в обстановке Селену, но и нескольких представительниц потенциального союзника. Занятые дракой с орками ночные эльфы потери далеко не самых ценных воинов не заметили. Или не успели на нее отреагировать раньше, чем проход закрылся.

— Ну, куда ты мне эту суешь? — проворчал Холхюк. — Не видишь разве, какой у нее узор брони? Она не из местных стражниц, давай ее к уже отработанным.

— Не надо! — отчаянно заверещала связанная эльфийка.

Поза не давала ей увидеть, что уже прошедшие через лапы демонолога товарки остаются вполне себе живыми. Просто находятся в глубоком обмороке, вызванном уходом вселенного в них духа. Других методов развязать язык за пару мгновений, кроме контролируемой им одержимости, Холхюк не применял.

— Я младший оруженосец одного из телохранителей госпожи Рэны, которая часто навещала госпожу Эрев в ее покоях! И мне пару раз выпадала честь прислуживать им за обедом! Там нельзя сделать и шага в сторону, или тебя убьют духи наказанных за свои грехи преступниц! Говорят, оттуда есть ходы к сокровищнице с артефактами, личным заклинательным залам и спуск к камерам с особыми заключенными!

— Почему бы живущему на одном месте несколько тысяч лет некроманту и не оборудовать себе рабочее место в шаговой доступности? — задал риторический вопрос гоблин. — Ладно, убедила. Если найдем там то, что ищем, получишь свободу и билет до любого угодного тебе места. В противном случае, сама понимаешь, лучше бы тебе было молчать. Эй, народ, слушай мою команду! Пока идем до места, захватывайте с собой все, что плохо лежит! Во-первых, нашему главному бухгалтеру наверняка лень выписывать вам премии. Во-вторых, все потом на орков спишем. В-третьих, если нас зажмут, мне хоть будет чем во врагов кидаться.

— Как-то это неправильно, — прозвучал откуда-то из недр сплоченного строя тонкий детский голосок. — Это же… ну… воровство. А брать чужое нехорошо.

— Кто сказал? — У гоблина от удивления шея вытянулась так, словно он уже овладел навыками трансформации тела. И теперь почти успешно пытается принять облик жирафа. — Покажите мне этого идеалиста, каким-то чудом еще не снявшего розовые очки в нашем суровом мире!