Факультет интриг и пакостей. Книга 1. Три флакона авантюры - Александра Черчень

— Ты в последнее время чересчур нервный… — мягко заметил Сибэль, поудобнее устраиваясь на мате. Сидел серокожий в свободных штанах и рубашке, пепельные волосы были заплетены в косу, а когтистые пальцы по-прежнему нежно поглаживали ножку бокала. Бутылка с напитком стояла возле упыря, на полу, там же, где и тарелка с сырым мясом. Сегодня, в виде исключения, вся закуска была свежая.

Алинро лишь встряхнул головой и промолчал.

Упырь спрятал улыбку в уголках бледных губ и не стал настаивать. Зачем? Неживой был терпелив… И эта добродетель не раз себя оправдывала. Ну, а причина скверного настроения лиса сегодня наверняка была та же, что и постоянно в последнее время. Мавка. Вернее, очередная попытка ей помочь… И ведь знал же, что альтруизм до добра не доводит!

Алин кинул косой взгляд в сторону эльфа, который по-прежнему пристально смотрел на него. В красных глазах сверкал интерес… Упырь и не думал тактично скрывать свое любопытство.

— Дело в убийце! — начал говорить Нар-Харз, вновь предпочитая полуправду. — Упустили…

— Но из-за него ли ты так бесишься? — Сибэль, склонив голову набок, многозначительно прищурился. — Сомнительно… Алинро, ходят слухи, что у тебя в Академии появилась привязанность! Притом на редкость строптивая…

Алин мысленно пообещал этим слухам в лице неугомонного близнеца поотрывать хвосты по самые уши.

— Слухи отчасти верны! — неохотно согласился кицунэ, и не думая рассказывать остроухому обо всех нюансах взаимоотношений с этой самой «привязанностью».

— Так все дело в ней?! — Картинное удивление клыкастого и выразительно вскинутая бровь.

— Не совсем! — уклончиво ответил Нар-Харз, нанося последний удар по ни в чем не повинной груше и останавливая ее последовавшее вращение. Он прижался лбом к холодному боку тренажера, остужая влажную, разгоряченную кожу, и сугубо деловым тоном закончил: — Недавно на занятиях я обратил внимание, что выглядит она… так себе. Вяленькая, бледненькая и ненормально тихая. Если учитывать, что обычно эта егоза постоянно ерзает и глазками направо-налево стреляет!.. Я решил выяснить, в чем дело.

Упырь сдержал смешок и комментарий на тему того, что причин для такого поведения у молодой девушки может быть воз и маленькая тележка. От того, что ноготок сломался и болит, до неразделенных страстей! Ну, или печалей из-за чрезмерной настойчивости некоторых белохвостых… Озвучил же серокожий, разумеется, совсем иное:

— Ого! Если это то, что я думаю, то причина обнаружилась легко… — Упырь пригубил напиток, зажмурился и облизнулся. — Ум-м!.. Люблю редкую кровь, а особенно — «вино жизни» из вен моих бывших сородичей. Хотя еще у дриад неплохой букет.

Лис не стал комментировать гастрономические пристрастия приятеля и уж тем более интересоваться, что именно приключилось с «закуской» главы СБ перед тем, как она стала собственно «закуской». Кицунэ продолжил развивать более важную, на его взгляд, тему:

— Да! Все так… На ауре девчонки были характерные следы! — Лис прекратил обнимать грушу и отстранился, повернувшись к собеседнику. — Истончение энергетической оболочки, кое-где так и вовсе прорехи! Общее потускнение самой ауры. Плюс еще кое-какие очень специфические отметки.

— И?

— Я все выяснил… И оказался прав!.. — отрывисто бросил Алинро и, развернувшись, снова впечатал кулак в грушу.

На деле получить объяснения оказалось гораздо сложнее. Разобиженная Подкоряжная в ответ на прямой вопрос не только задрала хорошенький носик и поджала пухлые губки, как обычно, но еще и прокляла его от всей своей мавьей души, чтоб ей пусто было… На этих воспоминаниях Нар-Харз раздраженно ругнулся и снова серией ударов атаковал ни в чем не повинный тренажер. Драный приворот теперь еще и с довеском, как будто его одного было мало!..

Словом, отвечать мавка отказывалась. Пришлось подойти к поиску ответа окольными путями! И что? Потратив чуть больше времени, чем обычно, Алинро все равно узнал то, что его интересовало. Как он и думал — истощил мавку призрак… Скорее всего, тот самый, который уже оставил за собой некоторое количество трупов.

Кицунэ снова вцепился в несчастный спортивный снаряд.

Удар, удар, отход! Удар, удар…

Пальцы ноют даже под защитой — давненько он не тренировался с такой отдачей!..

Лис дрался со своими внутренними демонами.

Некроэльф смотрел.

…Нар-Харз сейчас чисто с эстетической точки зрения являл собой потрясающее зрелище! Воин… Худощавый и жилистый, гибкий и очень подвижный. Стремительный и опасный.

Возбуждающее аппетит сочетание!

Упырь молчал и наслаждался воспоминаниями, неторопливо сворачивая мясо в рулетик и накрывая его сверху веточкой зелени — для эстетического удовольствия. Он не отрывал от лиса красных глаз.

«Вот что значит настоящий, верный друг… Ты не пропадешь с таким даже после смерти. Не успеешь испортиться!»

Некроэльф улыбался, вспоминая славные времена своего боевого и, главное, сытого прошлого.

Лис же злился, погруженный в свои мысли.

Нет, ну это надо же, а?! В Академии столько всяких-разных студенток, а гребучая падаль прицепилась именно к этой!

Северный лис и сам не мог бы толком сказать, отчего эта мысль вызывает в нем такую иррациональную ярость. Очевидных причин, пожалуй, вырисовывалось три: во-первых, никто, кроме него, не имеет права третировать его цель. Он эту мавку первый заметил, он ее на крючок поймал — он ее и тиранит! Никто не смеет без спроса ловить рыбку в его водах! Тем более даже «тирания и приставания» имели под собой основания. Так было нужно. Причем не ему, хотя расплата, как обычно, обрушилась на исполнителя. Алинро поморщился, вспомнив, как его припечатало «благословением» Водяного.

Бах, бах, бах — отзывается на его ярость боксерская груша, цепи подвеса протестующе лязгают, кулаки под накладками врезаются в тугой кожаный бок, пот течет по лбу младшего Нар-Харза…

Во-вторых, приворот все еще действует, развеиваться даже не думает, косвенно это подтвердил сегодняшний «допрос» Невилики. И какая-та наглая дохлая тварь будет пытаться сожрать то, что он сам еще толком так и не попробовал?! А не охренели ли вы, господа привидения? И не пойти ли вам… куда подальше?

Лис остановил грушу, погасил вибрацию. Чуть отступил — и крутнулся на месте, ударив ногой набитый песком мешок. И сразу, на встречном движении «поймал» «противника» кулаком. Снова остановил снаряд… Майка на кицунэ успела промокнуть, и лис прервался, стаскивая ее. Прохладный воздух приятно остудил разгоряченную влажную спину, скользнул по животу, расчерченному рельефными мышцами пресса.

Кицунэ утер с лица пот скомканной одежкой и небрежно отбросил влажный ком на стойку с боевыми шестами. Не забыть бы потом забрать…

И, в-третьих, задание как таковое. Близнецы разработали отличную схему. Продумали план. Уже приступили к исполнению… И успели вложить в него кучу сил и средств! А теперь, когда стало окончательно ясно, что шансы на успешное выполнение поставленной задачи весьма и весьма неплохи, случается такое?! Какой-то призрачный недобиток смеет совать свое неупокоеное рыло в их, Нар-Харзов, планы?!