Троемирье. Игры с демонами - Елена Картур

Лгать смысла не имело, но и говорить правду тоже. Впрочем, директор прекрасно умел играть словами, говорить правду таким образом, что она была хуже всякой лжи.

Да, директор знает о том, что Эрик очень сильный темный маг, да, он в самом деле убил будущую темную ведьму и вернул ребенка в деревню. Разве за это арестовывают? Забрал из деревни преступника для жертвоприношения? Ну, вполне вероятно. Он вернулся в Школу с марганом. Но разве призывать низших демонов запрещено законом? Да, это не одобряется, но многие темные маги так поступают. Да вы почитайте отчет Эленвеля Оринго. Никакого криминала – каникулы молодые маги провели благопристойно. Какие демоны?! Да разве светлый эльф стал бы покрывать такие преступления?

Блюстители покинули директора в сомнениях, но было понятно, что Эрика это не спасет. Это всего лишь отсрочка – на сутки максимум, а то и всего лишь на несколько часов. Затем они применят свои особые методы дознания и узнают все. Даже то, о чем сам Эрик только догадывался.

Можно ли что-то сделать за эти несколько часов?

Первым делом директор послал сообщение Эленвелю: его следовало предупредить. Если Блюстители узнают правду – его арестуют, как сообщника. А они узнают!

Потом директор попытался найти Аню, но поисковик вернулся ни с чем, показав только, что девушка еще утром покинула Школу и словно бы растворилась в городе. С одной стороны, это хорошо. У Блюстителей хорошие ищейки, но вряд ли лучше самого директора. В конце концов, ищеек набирают из людей, особенно чувствительных к чужой магии, но не магов. Но с другой стороны, исчезновение девушки так вовремя и совершенно бесследно вызывало некоторое беспокойство. Сама она так спрятаться не могла.

– Я ее прикрыл, – раздался за спиной знакомый мягкий голос.

Директор уже привычно поморщился. Нет, Гость не появился полностью, так что дискомфорта от его присутствия не было. Просто эта его привычка к показушности слегка раздражала директора. Разве Посланник самих Высших Сил должен себя так вести?

– Ты заранее знал, что это случится? – практически без удивления спросил директор. – Мог бы меня предупредить! Теперь все наши планы в любой момент могут развалиться. Я ведь правильно понимаю – Эрик не должен погибнуть?

– Не должен, – согласился Гость. И добавил раздумчиво: – Хотя теперь это не имеет такого значения.

– У него остались максимум сутки, – недовольно сообщил маг. – Как только будет доказана вина, его просто тихо удавят. Если сейчас организовать спасательную операцию, все наши планы будут раскрыты. К тому же мне вряд ли удастся убедить коллег в необходимости такого шага.

– И не нужно, – пришел ответ. Голос Гостя раздавался из разных точек кабинета, словно тот все время перемещался во время разговора. – Убийцу не нужно спасать – это во-первых. Все идет как надо. Придется ему немного помучиться ради общего дела, ничего страшного, а даже если он и погибнет, для наших планов это уже не играет важной роли. Во-вторых, о своем друге-эльфе можешь не беспокоиться. Разум Эрика я прикрыл, так что Блюстители узнают лишь то, что необходимо.

– Почему ты назвал Эрика убийцей? – заинтересовался директор. Он, в общем-то, и сам знал, но задал вопрос на отвлеченную тему, давая себе время обдумать полученную информацию.

– Потому что он убийца, хотя в этой истории ему придется сыграть роль жертвы.

– Что ты задумал? Как ты хочешь сохранить жизнь Эрику, если не собираешься его спасать?

– Никак. Если все сделаем правильно, этого не понадобится, – ответил Гость. – И хватит пустых рассуждений. Слушай, что нужно будет сделать. Во-первых, поторопи своих коллег с подготовкой покушения на короля.

– Насколько поторопить? – насторожился директор.

– У вас максимум пять дней.

– С ума сошел, – констатировал маг почти равнодушно. – Ты хоть представляешь, как мы все это проделаем? На нашей стороне еще слишком мало магов. К тому же король в столице, и охраняют его так, что никакие демоны не помогут, даже если мы с ними договоримся.

– Кстати, во-вторых. Найди девочку и договорись с ее демоном. В операции должно участвовать не меньше десятка его сородичей. Отдельно договорись насчет молоденькой демоницы, желательно из дома Пламени. Где найти девочку, знает рыжий мальчишка. Что же касается короля – он приедет в Алендар посмотреть на казнь настоящего демона. Он не сможет отказаться от подобного зрелища. Охраны с ним будет мало. В основном вам придется справляться с местными Блюстителями.

Директор начал медленно понимать, зачем понадобился арест Эрика. Посланник уже распределил все роли. И землянину действительно предстояло сыграть роль жертвы. Это было плохо, потому что жизнь Эрика внезапно перестала иметь какое-то значение для Посланника.

– Нам не справиться без своего человека в окружении короля, – устало привел последний аргумент маг.

– Свой человек будет. Младший принц ненавидит своего отца – он не откажется от сотрудничества. Особенно если пообещать освободить его дар.

– Но блокировка дара необратима! – воскликнул директор.

Никто ему не ответил. Гость исчез не прощаясь.

Маг лишь печально вздохнул. Очень неприятно чувствовать себя марионеткой. Пусть даже и Высших Сил.

* * *

Очнулся Эрик, только когда его впихнули в небольшую камеру, одновременно сняв заклинание, парализующее сознание. Непослушное тело от сильного толчка нелепо завалилось вперед, киллер едва успел сгруппироваться и правильно упасть, чтобы не разбить лицо и руки. Дверь за спиной поспешно захлопнулась, отсекая его от внешнего мира. И от магии.

Эрик практически сразу почувствовал, что потерял доступ к своему дару. Он вроде бы и есть, но воспользоваться им – невозможно. Это было довольно неприятно, и в то же время смутно знакомое ощущение. Киллер далеко не сразу понял, что с этим ощущением он прожил практически всю свою жизнь – по крайней мере, до встречи с Алаиз. Оказывается, за прошедший год он так сжился со своим даром , что успел забыть, каково это – быть обычным человеком. Как выяснилось – очень паршиво.

Первые два часа его колотил сильный озноб, а сознание истерически билось в невидимую стену в попытках дотянуться до недоступной магии. Никакому самоконтролю это состояние не поддавалось, и в конце концов Эрик лег на холодный пол, закрыл глаза и попытался отрешиться от окружающего мира. Получалось плохо. Самому себе он напоминал наркомана в состоянии ломки.

Спустя несколько часов ему стало легче. Настолько, что Эрик решил осмотреть повнимательней свое временное пристанище. Камера была небольшой, квадратной. Два шага от стены до стены. Стены пол и потолок облицованы какими-то странными плитами серого камня с неприятными буровато-алыми прожилками. Место, где должна быть дверь, – тоже. Киллер заподозрил, что именно этот камень каким-то образом блокирует магию. Прикоснувшись кончиками пальцев к одной из стен, он ощутил озноб и мурашки по всему телу, но больше ничего.