Копье и кость - Анастасия Машевская

– Быть не может, – пробормотала Бансабира, входя внутрь.

– Что вы сказали? – переспросил Дан.

– Госпожа, похоже, – подоспел Ниим, – крепость покинута.

Бану была согласна. И будто в подтверждение слов телохранителя, когда войско уже захлестнуло петлями длинных арканов зубцы стен, сотник Серт толкнул внутренние ворота. Они отворились медленно, с жутким скрипом. Свистом Серт подозвал сотню и с копьями наперевес ворвался в замок. Он был пуст.

Заперев ворота, армия дотошно обшарила всю крепость снизу доверху. Ни крошки еды, река засыпана, колодец забит падалью. Бану скрипнула зубами – надо ждать хозяев.

Расставив стражу, танша велела остальным расположиться на отдых.

Армия Нера Каамала оказалась в двусмысленном положении: с одной стороны, Нер приходился Раггарам союзником, и они не могли на него напасть, не нарушив договора, с другой – он был мужем Бану Кошмарной, и уже за это был вполне достоин помереть.

Поразмыслив, командиры золотых решили оставить Каамала в покое, но при этом часть воинства золотых теперь держалась неподалеку от него – убивать его не станут, но и с места сдвинуться не дадут.

Крепость обложили мигом. Расставленные по периметру лучники дали залп, вынудив алых и золотых отойти на почтительное расстояние.

Бансабира поднялась на вершину башни, подставляясь нещадному ветру. Несколько офицеров присоединились к госпоже. Подоспел Серт.

– Танша, скверные вести.

– Говори.

– Мы проверили все тайные ходы и тоннели на юге и востоке – все завалено.

Вокруг раздался обеспокоенный вздох.

– Разбирать пробовали? – ледяным тоном осведомилась танша.

– Да, грозит обвалом.

– Что на севере и западе?

– Сейчас этим заняты.

– Хорошо, продолжайте.

Серт кивнул. Бансабира следом отрядила еще полтора подразделения сотнику в помощь, вновь уставившись на станы врага вокруг крепости.

– Что прикажете нам, госпожа? – спросил Бугут.

Бану ясно увидела их неминуемую участь.

– Ждать.

Бану была уверена: стоит подождать неделю или, самое большое, две – и враги явятся на переговоры. Это было более чем разумно. «Золотогривый» тан Серебряного дома, богатей Яфур Каамал наверняка отдал бы за сына и невестку, мать его единственного внука, огромные деньги. В противном случае Сабир плевал бы на все, развернул армию и разнес Каамалов до основания каждой крепостной стены. Ежедневно Бансабира, потренировавшись, поднималась на самую высокую башню замка и смотрела вдаль. Если выпустить стрелу с горящей паклей, наверняка где-то там в небо взметнется еще несколько сотен таких стрел. Но, увы, наличие у Бансабиры столь незначительного подкрепления не напугает Ранди Шаута, а скорее посмешит и позволит обнаружить местонахождение Нера. В отличие от Раггаров, у Шаутов нет соглашения с Серебряным домом. В случае столкновения с Каамалом Ранди нет смысла щадить Нера.

Вопреки надеждам, ожидание ничего не принесло. Прошла неделя, началась другая. Враги не торопились. Видимо, хотели довести до того отчаяния, в котором проигравшая сторона идет на любые уступки.

Бану опять стояла на вершине башни. В этот раз рядом были только Дан, Гистасп, Ниим и Вал. Уставшие, с ободранными руками, телохранители все еще защищали таншу, хотя теперь было неясно – от кого. Впрочем, если дело повернется худо, может возникнуть угроза бунта. Надо быть начеку.

– Тану, – к ним подоспел Шухран, – к западной стене подошли подкрепления для Раггаров.

Бансабира внутренне вздрогнула – что значит, к западной стене?! Они прошли мимо Нера, не тронув его? Или Каамал уже мертв вместе с добрыми семью сотнями ее солдат?!

Тану кивнула, попросила позвать Серта. Правда, тот почти сразу явился сам.

– Новости?

– Есть, госпожа. Мы заперты со всех сторон.

Бану непроизвольно сглотнула.

– И этих завалов тоже не разобрать.

В глазах поплыло. Бансабира удержалась на ногах не без труда, как и остальные.

– Отошли половину людей под надежным командованием к северу крепости. Пусть проверят, можно ли раскопать русло реки. Если нет, пусть попытаются вырыть новый колодец. А сам проверь все еще раз, и если все впрямь настолько скверно, начинайте рыть тоннель.

– Слушаюсь, – без тени надежды протянул Серт.

Реакция остальных собравшихся на вершине была отчаянно молчаливой – Гистасп затрясся всем телом. Ниим упал на колени, закрыв лицо руками, Вал сжал в ладонях голову. Даже Бану, уверенности ради, уперлась ладонями в парапет. Дан выразил общее настроение наиболее развернуто, протяжно взвыв:

– Тану!!!

– Помолчи, Дан, – попросила танша. У нее и так в висках стучало со страшной силой.

Дан будто и не слышал:

– Тану, это конец, да?

– Не знаю. – Паника Дана Смелого начала приводить таншу в чувство. Кто-то должен сохранять голову.

– Но вы ведь понимаете, что происходит? – В голосе вице-командира звучала такая надежда, что было очевидно – он предпочел бы, чтобы ему соврали. Даже если ему заранее скажут, что соврут. – Вы понимаете, что происходит, да? – повторил Дан настойчивее.

– Нет, – невозмутимо ответила Бансабира. – Но это не повод орать. Мне кажется, ты уже достаточно отдохнул, займись делом.

– Тану, я…

– Помоги Серту, я сказала.

Дан кивнул и скрылся из виду. Бану коротко оглядела остальных. Кажется, сработало, вроде успокоились. Гистасп вон даже опять ухмыляется.

Прошла еще неделя. Бансабире доложили последние результаты «работ»: ни в одном доступном месте невозможно ни соорудить хоть какой-то лаз, ни уж тем более вырыть колодец – против твердой каменистой почвы их мечи и топоры оказались бессильны. Топоры не выдерживали ударов и слетали с рукоятей, клинки гнулись, тупились, ломались.

Бансабире пришлось признать: враги даже не планировали вступать в переговоры. Их просто возьмут на измор. Затравят, как крыс. И в этот раз вина полностью лежала на ее плечах.

Кажется, урока, который совсем недавно из столкновения с Ранди Шаутом вынес Дан, она вынести не смогла. Ведь какой генерал, такие и полководцы. И если Шаут обдурил ее офицера, значит, обдурил саму таншу. Сейчас все повторилось, но в куда большем масштабе. Иначе как объяснить, что их так ловко загнали в ловушку?! Нет, не тогда, когда Бану не пожелала связываться с Раггарами, уповая на их союз с семьей мужа и неприкосновенность с их стороны, и повела войска дальше этой тропой. И не тогда, когда, уступив натиску своих людей, Бансабира зашла в заброшенную крепость. Ранди Шаут скрутил ее по рукам и ногам еще тогда, когда Бансабира решила не ввязывать в происходящее деда, чтобы не испортить отношений, которые еще предстояло налаживать. Шаут понял, что Бану не пойдет ни через Сиреневый танаар, ни через юг, чтобы не оказаться между молотом и наковальней – желтыми и черными. Но он точно знал, что она двинется обратно: ведь Ранди перебил столько ее людей, прежде пленив мужа. Верная, правильная, неукоснительно соблюдающая честь клана, Бану однозначно планировала месть, смеялся Шаут. Поэтому и стал действовать на том тракте, который фактически сам ей оставил.