Ветер Севера. Аларания - Марина Суржевская

– Ты забрал у меня самое дорогое, Арххаррион, – сипло выдавила из себя Алира, – ты забрал у меня все! Но и у тебя есть слабость! Даже ты не сможешь вернуть эту девчонку из Мира Теней, не так ли? А я убью ее раньше, чем ты успеешь подойти, поверь мне!

– Чего ты хочешь? – резко спросил он.

– Чего я хочу? Чего я хочу? Я хочу, чтобы ты корчился в муках, демон! Чтобы стонал от боли! Вот чего я хочу! И я знаю, как сделать тебе очень больно! Подарю тебе голову вот этой глупой девчонки, которую ты объявил своей лаяной! Как тебе мой подарок, Арххаррион?

– Стой! – он все так же не смотрел на меня. – Отпусти ее, и сможешь сделать со мной, что захочешь. Ты ведь жаждешь моей смерти, зачем тебе Ветряна? Убив ее, ты тоже погибнешь, и сама знаешь это.

– Думаешь, я тебе поверю? Поверю, что позволишь приблизиться к себе? – прошипела Алира. – Да ты убьешь меня, как только я отпущу девчонку.

– Я свяжу себя клятвой лабиринта, – спокойно сказал Арххаррион.

Я пыталась поймать его взгляд, чтобы понять, о чем он. Но он все так же смотрел только на жрицу. И она точно знала, о чем говорит Арххаррион.

– Нерушимая клятва лабиринта, – сипло повторила она, – ты не сможешь причинить мне вред, если поклянешься ею…

– Да, отпусти ее. Дай клятву Лунного храма, что не тронешь Ветряну, а потом уйдешь и никогда не вернешься. А я дам тебе клятву лабиринта.

– Рион, – прошептала я, – не надо давать ей клятв…

Сталь еще сильнее врезалась в мою кожу, и демон дернулся, сжал кулаки. Алира хрипло рассмеялась.

– Хорошо, Арххаррион, – сказал она, – договорились. Ты первый.

Он наклонил голову и медленно произнес фразу на незнакомом мне языке. Лабиринт за его спиной снова вспыхнул.

– Клятва вступит в силу, когда ты отпустишь Ветряну, – закончил он.

– Клятва принята, – расхохоталась жрица и опустила руку.

Я поднесла ладонь к горлу, все пальцы оказались в крови. И вскрикнула, потому что Алира метнулась к демону и вонзила клинок ему в бок. Не убила – ранила, но поразило меня не это, а то, что Рион стоял и даже не пытался ее остановить. Клятва лабиринта не давала ему причинить Алире вред.

– Ветряна, уходи, – велел он, – я приказываю!

Приказывает?

Мое сознание словно раздвоилось, как будто я была одновременно в своем теле и в то же время наблюдала со стороны. Вот Ксеня катается по земле, безуспешно пытаясь освободиться от пут. Вот Данила пришел в себя и сел, не понимая, что произошло. Вот вспыхивает алым светом лабиринт. Вот бьются в невидимый барьер демоны. Вот Рион стоит спокойно, и Алира с хохотом примеряется, куда еще ударить его ножом.

Вот я с бледным лицом и залитым кровью лифом платья. Последний схит. Я стою в окровавленном платье и смотрю, как убивают моего любимого. Мой демон, мой мужчина, моя жизнь. Моя неприступная стена, защита, счастье и боль. Мне не нужен этот мир без него. Без него мне ничего не нужно.

Я сделала два шага, подняла ладонь и выпустила то, что было во мне. Было всегда, вместе с ветром и светом, вместе с дождем и жизнью, вместе с любовью и болью. Шестая стихия. Смерть. Наверное, я неправильный схит, не такой, как остальные. И даже если Арххаррион был готов умереть, чтобы спасти мою жизнь, я никогда ему этого не позволю. Потому что для защиты любимого тоже могу убить. Сила смерти медленно поднялась с моей ладони и опустилась на грудь жрицы, останавливая ее руку, замедляя стук сердца. Убивая.

Алира упала, так и не успев понять, что произошло.

А уже через миг Рион прижимал меня к себе, гладил по волосам, покрывал мое лицо поцелуями, и в желтых глазах отражалось пламя лабиринта. Только сейчас я поняла, как сильно он за меня испугался.

– Ветряна, хорошая моя, дай я посмотрю! Подними голову… – говорил он, пытаясь осмотреть мою шею.

Я отмахивалась – царапина. И тянулась к нему, пыталась положить ладони, чтобы затянуть его раны. Но он их прижимал к губам и снова целовал меня, словно не мог оторваться.

А потом… Потом мы оба почувствовали это. Странную щемящую пустоту, что образовалась под сердцем. Горечь утраты. Источники… Источники Подлунного Мира угасали.

Арххаррион вскинул голову, оторвался от меня. Мы повернулись к алой спирали. Всполохи огня становились все меньше и бледнее, краснота сменилась золотом, а потом и она начала таять. Рион молчал, в его желтых глазах отражался угасающий лабиринт.

– Источники гаснут, – сказал он, – все.

Я кивнула, прислонилась к его плечу. Рион обнял меня, и наши пальцы сплелись. Мир умирал… Все, кто обладает магией и Силой, почувствовали этот ужасный момент. В один миг все Источники Подлунного Мира начали свое угасание. И мой Источник в Риверстейне тоже. Где-то у сердца образовывалась пустота. Маятник равновесия качнулся в сторону Бездны. Мы стояли и смотрели, как спираль становится серым пеплом. Барьер Алиры пропал вместе с ее смертью, и стражи застыли вокруг сердца Хаоса, молча и без движения. Больше не было смысла воевать. Больше не за что было воевать…

В эту ужасную минуту наш мир застыл, замер, пытаясь сделать вдох. Понимая, что он почти последний… Застыли демоны у гаснувшего лабиринта. Застыли мои друзья в Риверстейне. Застыли эльфы, волки, орки и гномы… Этот прекрасный, прекрасный мир, где было столько чудесного, волшебного и настоящего, остановился в губительном осознании. Мир, что подарил мне любовь. Моя жизнь была наполнена испытаниями и болью, но сейчас, видя отражение лабиринта в темных глазах Арххарриона, я поняла, что это была великолепная жизнь. Самая лучшая из всех возможных.

Я смотрела на тонкие линии Силы, что все еще дрожали в воздухе, бесконечные линии, тянущиеся во все стороны, на многие версты. Я видела их всегда, эти нити, они окутывали наш мир, словно легчайшие паутинки, дрожали на моем ветру, серебрились в воде, оплетали корни деревьев. Сплетались между собой невидимыми узелками…

«Смотри туда, куда не смотрят другие, Таяра», – так сказала моя мама.

Схиты видели нити Силы. Никто, кроме нас, не мог рассмотреть их, а я так привыкла к ним, что уже перестала замечать. И все они были словно указующий путь.

– Рион, – прошептала я. Дрожь внезапной догадки заставила меня прижать ладонь к губам.

Он молчал, все так же глядя на лабиринт. Для него, как для Хранителя, угасание Источника было особенно болезненным. К тому же Арххаррион понимал, что сейчас видит не просто смерть Источника – он видит скорую смерть всех демонов.

– Рион! – словно очнувшись, закричала я. – Да послушай же! Все правильно! Так и должно быть! Источники должны угаснуть!

Он повернул ко мне голову, по его телу поползла Тьма, изменяя его, обращая в человека. Я схватила его за руку, настойчиво глядя в глаза.

– Нужно найти Первозданный Источник, Рион!

– О чем ты? – спросил он.