Магма - Олег Синицын

– Вот даже как!

– Он искал косвенные документы, находя в них места, касающиеся Лиамов, и натыкался на еще более интересную информацию.

Уолкер достал блокнот, перелистнул в нем несколько страниц и принялся рассказывать, иногда сверяясь с записями:

– Первым в списке, как вы знаете, доктор Кузнецов, стоит Марик Лиам. Корни не известны. Первые упоминания о нем относятся ко второй половине восемнадцатого века. В это время Бельгией правят австрийские Габсбурги. Марик, имеющий титул герцога, появляется на приемах наместника Бельгии. В 1765 году Марик строит усадьбу в Герардсбергене. Гости, приглашенные на прием, поражаются великолепной коллекции древностей и предметов искусства.

– Значит, эта коллекция существовала уже в то время, – подытожил Кузнецов. – Однако некоторые книги, которые я видел, относятся к более позднему периоду. Девятнадцатый, двадцатый век.

– Их собирали продолжатели рода Лиамов. Доподлинно неизвестно, на ком был женат Марик Лиам и откуда у него появился сын... Приблизительно в 1768 году имеются упоминания об отношениях Марика с императорским домом Габсбургов. Джон Гаррет также находит другие письма, датированные этим периодом времени. Их едва не полсотни, и все разным людям. Джон Гаррет предполагает, что Марик создал тайную организацию. Название ее неизвестно. Кто в нее входит – тоже непонятно. Марик переписывается со многими знатными людьми. Кто-то из них состоит в организации, кто-то просто оказывает услуги. Кроме влиятельных лиц и политиков причастными к организации Гаррет считает некоторых ученых-исследователей, нескольких геологов и двух высокопоставленных военных австрийской армии.

– Какие цели преследовала организация?

– Цели также неизвестны, а вот проявления ее деятельности Гаррет обнаружил. Причем не в Бельгии. В 1772 году люди, с которыми переписывался Марик, закрывают две перспективные шахты в Рудных горах Саксонских Альп. Шахты не просто закрыты, они взорваны и завалены породой. Некоторые геологи того времени были удивлены. Шахты считались не просто перспективными – они могли принести огромный доход.

– Интересно, – сказал Кузнецов.

– В 1780 году Марик Лиам умирает, и во владения вступает Даниел Лиам. Интересно, что он сразу подхватывает всю переписку, которую вел его отец. Ему двадцать пять лет, но создается впечатление, будто люди, с которыми он общается, ему хорошо известны. Гаррет предполагает, что Даниел занял место своего отца в этой организации. С 1780 по 1792 год проявлений организации Лиамов, будем ее так называть, не обнаружено. По сути, ее деятельность свелась к закрытию двух шахт в Рудных горах, да и то во времена Марика.

20 января 1792 года беженцы из Бельгии в Париже формируют Комитет объединенных бельгийцев, куда вошел Даниел Лиам. В апреле Комитет принимает новую бельгийскую конституцию. В 1794 году Франция оккупирует Бельгию, бельгийские граждане получают права и свободы. Даниел снова уходит в тень, но его связь с правящими верхами, теперь уже Франции и Бельгии, подтверждается некоторыми документами.

Организация Лиамов вместе со своим руководителем никак не проявляет себя, но то, что она не прекращает своего существования, бесспорно. Даниел Лиам по-прежнему ведет активную переписку. Что интересно, Гаррет сначала путал письма Марека и Даниела. Оба не подписывались, и почерк у них был похож.

В 1830 году в Бельгии происходит революция. Король Уильям I пытался привить на территории Бельгии голландский язык. Одним из руководителей восставших является Роальф, сын Даниела. В восстании участвуют несколько военных из организации.

– Вот где понадобились военные! – произнес Кузнецов.

– 21 июля 1831 года Бельгия приобретает независимость и провозглашается монархией. Трон занимает король Леопольд I. Роальф находится при дворе короля. Он имеет все. Власть, влияние, огромное состояние, коллекцию древностей, которая постоянно пополняется. В тридцатые-сороковые годы организация Лиамов проявляет себя очень широко. Гаррет специально не занимался шахтами, все-таки он историк. Но в письмах разных людей к Роальфу Лиаму он наткнулся на информацию о закрытии шахт в Скандинавии, Испании, а также в Южной Америке. Дальше в письмах встречается информация о серии странных убийств естествоиспытателей того времени в Италии, на Сицилии. Один молодой геолог был убит неизвестными на острове Санторин в Эгейском море.

– В Италии находится вулкан Везувий, – задумчиво произнес Кузнецов, – на Сицилии – Этна. На острове Санторин в Эгейском море также находится вулкан. Дорогой Уолкер, это же убийства вулканологов!

– Действительно, – согласился Уолкер.

– Убийства ученых-вулканологов случались и в прошлом веке!

Уолкер молчал, обдумывая этот вывод.

– Вы правы! Что же это? – спросил он потрясенно.

– В девятнадцатом веке, как и в конце двадцатого, некая ОРГАНИЗАЦИЯ, обладающая высокой степенью влияния на политические силы Европы, пытается остановить исследования в конкретной области науки. Вулканология и сейсмология. Науки о Земле. Что-то еще есть про Лиамов?

– Да. – Уолкер еще некоторое время пустым взглядом пытался что-то выудить из своих записей в блокноте. Мысли его явно прокручивали полученную информацию. – Роальф участвует в строительстве Королевского музея истории в Брюсселе.

– Однако на перилах музея изображена та же буква, что и в усадьбе, построенной Мариком. Буква "М". Роальф строил музей, но почему на перилах вместо его вензеля стоит другой, в точности такой же, как у него в усадьбе?

– Вы можете дать ответ? – спросил Уолкер.

– Я бы предпочел дождаться окончания вашего рассказа.

– Хорошо. Сын Роальфа – Адольф – в свете появляется редко, упоминаний о нем в период правления Леопольда II немного. Потомок Адольфа – Гильям известен тем, что практически за бесценок продает свой наследный особняк торговцам из Германии Бисбрукам. Продает особняк вместе с коллекцией древностей. Бисбруки из бедных торговцев превращаются в богачей, сразу покупая себе графский титул. После продажи особняка Гильям исчезает. Исчезает и организация Лиамов.

– Теперь мы знаем, что она не исчезла, – сказал Куз­нецов. – Она скрылась. Затаилась на время. Законсервировалась, если хотите. И ее проявлений я увидел достаточно. Подлоги в каталогах Королевского музея Бельгии, преследование по вымышленным преступлениям, убийства...

– Убийства ученых вы приписываете этой организации?

– Имя Мдраг составлено из первых букв имен представителей рода Лиамов. Марик, Даниел, Роалъф, Адольф и Гильям. Как я понял, нет никаких упоминаний о представителях рода по материнской линии.

– Точно.

– Почему Роальф строит Королевский музей, но увековечивает на перилах первую букву не своего имени и не своей фамилии? Почему он впечатывает первую букву имени деда? Ответ – его настоящее имя начинается на "М". Почему почерки Марика и Даниела схожи настолько, что их путают? Лиамы – это один и тот же человек. Мдраг.