Последние дни. Том 2 - Тим Пауэрс

Кокрен открыл дверь и неуверенно шагнул на тротуар, а мимо него, подпрыгивая, покатилась к кювету дымящаяся игрушечная свинья. Дождь снова лил стеной; машина, следовавшая за «Сабурбаном» (белый «Сатурн»), остановилась, пассажирская дверь открылась, и оттуда вышел грузный седовласый мужчина.

Кокрен замахал ему рукой.

– Cet ivrogne m’est rentré dedans! – крикнул он, перекрывая рокот ливня. И тут же умолк; ему отчаянно захотелось убежать на обочину и упасть ничком в мокрую траву. Фраза, которую он почему-то произнес по-французски, означала: «Этот пропойца врезался в меня». – У вас, – снова крикнул он, прислушиваясь к себе, чтобы быть уверенным, что говорит не по-французски, – есть сотовый…

Седой мужчина, вышедший из машины, смотрел на него с изумлением неожиданного узнавания. Кокрен смахнул рукавом воду с глаз и ощутил в груди леденящую пустоту, узнав доктора Арментроута…

Кто-то дергал Кокрена за рукав и кричал; он обернулся и увидел Коди, которая вроде не была ранена.

– Машина завелась! – орала она. – Машина цела, и никто не пострадал, мы даже ни в кого не врезались. Залезай!

Она не обратила внимания на Арментроута. Кокрен кивнул ей и поставил ногу на пол грузовичка, чтобы забраться внутрь, но тут увидел, что Арментроут садится в «Сатурн».

Пит нажал на акселератор, и машина задрожала: она определенно была готова ехать дальше.

Но и «Сатурн» был готов сорваться с места. А Кокрен сейчас не помнил ничего, кроме тех слов, которые Арментроут сказал ему три недели назад: «Я вылечу вас, Сид. Обещаю». Все еще воспринимая движения и звуки как отдельные фрагменты, Кокрен нащупал под промокшей ветровкой грязный револьвер, вытащил его, прицелился чуть ниже края белого капота «Сатурна» – посередине, между фарами – и нажал на спуск.

Вспышка показалась ослепительной, зато звук выстрела его измученные барабанные перепонки восприняли всего лишь как глухой удар. Он снова выстрелил, а потом Пламтри высунулась из машины и крепко вцепилась в его воротник. Грузовик медленно двинулся. Кокрен еще раз резко нажал на спуск, одна из фар «Cатурна» разлетелась; он бросил пистолет на пол машины и вскочил внутрь.

Пит, похоже, сразу вдавил акселератор в пол, потому что Кокрена бросило не столько на сиденье, сколько на колени Пламтри, и дверь за ним захлопнулась сама собой. Из-за возобновившейся грозы в машине стало совсем темно.

– …ты творишь?! – выкрикнул Пит, и Кокрен заорал в ответ:

– Это был доктор Арментроут! – За мгновение Кокрен успел нормально сесть и добавить: – В той машине. Он погнался бы за нами. Тот самый, который стрелял в Кути, помните?

Рокот мотора сделался еще громче, Пит обогнал попутную машину и снова немного сбросил газ. Он включил фары, но дорога впереди лишь смутно просматривалась сквозь сияющую завесу дождя.

– Хорошо, – задушенно бросила Анжелика, – хорошо, что ты подстрелил его. – Она озиралась по сторонам, недоуменно вытаращив глаза. – Пит, что нас долбануло? И как эта тачка снова завелась? Мы же…

– Бог вас «долбанул», – сказала миссис Винчестер из темного угла рядом с Кокреном, и в ее дрожащем голосе он уловил нотку удовлетворения, – хоть и совсем не так сильно, как мой дом в 1906 году.

– Я стрелял не в него, – громко произнес Кокрен. – Я стрелял в машину, в радиатор.

– Сейчас нужно выбраться на 280-е и забрать Кути и Арки, – сказал Пит.

– Нет, – возразила Анжелика, – там было еще несколько белых «Cатурнов», и Арментроут, сука, живой. Мы можем навести их на Кути, тем более что наша тарантайка – это маяк, как в магическом, так и в самом прямом смысле. И выключи уже эти фары.

– Анжи, это злые колдуны, – сказал Пит и все же наклонился выключить свет. – Как ты думаешь, что они здесь делают? За нами следят? Головой поручусь, они ищут нового короля, Кути. Возможно, они уже нацелились на дом Кокрена.

– Ах, ты прав, ты прав! – не скрывая отчаяния, ответила Анжелика. – Выбирайся на автостраду, гони по скоростной полосе, чтобы выявить преследователей, а потом резко сверни на первую же выездную рампу, чтобы они проскочили мимо. Кути позвоним из телефона-автомата.

– Время не терпит. Пусть этот человек, этот Кути, сам позаботится о себе, – сказал голос миссис Винчестер.

– Я слышала это! – добавила Коди. – Они наверняка убьют мальчика, а мы просто не сможем воскресить Крейна без его помощи, и без Арки тоже.

А потом бесстрастный голос Валори продекламировал:

– Какими же словами молиться тут? «Прости убийство мне»?

– Телефон есть на автозаправке, – сказал Пит, перебрасывавший ногу с акселератора на тормоз и обратно так энергично, что мокрая подметка взвизгивала. – Нам все равно необходимо заправиться.

Кокрен испугался, что они сейчас убьются: настолько буквально Пит принялся выполнять указания Анжелики. Не обращая внимания на множество фар, приплясывавших позади на непонятном расстоянии, он почти под прямым углом свернул из крайнего левого ряда, и машина пронеслась по глянцевому серому асфальту, пританцовывая на рельефной разметке, как серфер на волнах. В результате Пит чуть не проскочил съезд, и когда левые колеса скользнули по обочине, Кокрена опять бросило на Пламтри.

Пит тут же выровнял руль, довольно плавно, даже не скрипнув тормозами, сбросил скорость до двадцати миль в час, мирно въехал на заправку и направил машину на заднюю часть площадки, где находились туалеты и телефоны. Фары он так и не включил.

– Ни… – начал он, переставив рычаг коробки передач на нейтральную, но его голос сорвался, и он повторил более твердым голосом: – Никто за нами не рванул.

– Похоже, что нет, – слабым голосом отозвалась Анжелика и, тряхнув головой, распахнула дверь. – Давайте позвоним…

Она застыла, держа на весу под дождем ногу, которую успела высунуть из машины. Кокрен проследил за ее взглядом, обращенным к световому конусу, спускавшемуся от фонаря к телефону-автомату.

В первый миг ему показалось, что свет полон мошкары, но потом он разглядел, что колеблющиеся полосы света – это отблески дождевой воды, стекающей по прозрачным фигурам: то фрагмент перекошенного подбородка, то часть согнутой конечности, то невидимые влажные губы, искривленные в дебильной гримасе.

– Что-то нынче вечером страшно взбудоражило всех призраков, – сказала Анжелика. – Может, их притягивают магниты в телефоне, а может, каждому приспичило кому-то позвонить, но ни у кого нет четвертака. – Она взглянула на Пита через плечо. – Я слишком плохо замаскирована для этого. Дыхание, сам разговор – в этой каше? Мой голос… А ведь Арки может и по имени меня назвать! Я не могу скрыть свое… мои психические приметы, имя, день рождения от всех них. Уже через пять секунд в моей голове будут сидеть, как пираньи, не меньше пары из них.

– Так же мыслит «племя, что живет в сем малом мире». – уверенно сообщила миссис Винчестер устами Пламтри, на что Коди добавила: – У всех нас, деток из школьного автобуса, есть и выдуманные даты рождения, и чужие фотки на документах. – И невыразительный голос Валори подытожил: – Ты будешь играть в маске, а говорить можешь каким угодно тонким голосом.