Экипаж черного корабля - Федор Березин

Вообще-то восстанию следовало начинаться одновременно — изнутри и снаружи. Снаружи это в тех танковых «пятернях», которые занимались очисткой местности от человекообразной расы эйрарбаков. Разумеется, не тут был главный плацдарм для осуществления переворота. Основным по праву считался захват самого гига-танка. А там не получилось бы использовать любимые «Циклопы-10» с их дальнобойными арсеналами, напичканными смертью, все нужно делать простым пехотным снаряжением и лучше совсем тихо, с помощью молниеносного напряжения мышц и мертвых удавьих хваток — так можно без шума продвинуться гораздо дальше по чужим «экипажным» палубам.

И все же где тонко, там и рвется. Даже солидный перевес танко-пехоты над комитетчиками не дал значительных преимуществ. Сложности все те же: узость и ограниченное количество коридоров — малым числом охранников удается достаточно долго (иногда — до подхода подкрепления) удерживать люковые проемы. Кстати, как только начался бой, заговорщикам повезло спонтанно призвать в свои ряды дополнительные сотни соратников. Можно констатировать, что психологически созревание бунта пришлось в самый раз. Основному количеству «пассажиров» надоели непонятные пертурбации гига-машины неясно куда и зачем, а тем счастливчикам, что иногда высовывали нос наружу, приелся жесткий контроль эрэнкашников. К чести зачинателей заговора, они учитывали в своих расчетах общий настрой танкового народа и были уверены в массовой поддержке выступления против засилья «друзей». Однако даже массовости и удачного захвата нескольких арсеналов не хватило для благополучного сноса всех существующих преград. Легко шло поначалу, пока растерянные комитетчики не понимали, в чем дело. Но надо помнить их опыт в подавлении бунта «купольников», и, хотя теперь в отличие от того раза все для них возникло спонтанно, поклонники Честного Меча сработали на редкость быстро. Между прочим, то, что танкисты жестоко расправились с передовыми, застигнутыми врасплох постами, сыграло против мятежников, теперь «меченосцы» знали, что стоять надо насмерть, ибо пощады не будет.

И совсем недалеко, всего лишь в районе шестой палубы, пространственная экспансия бунта захлебнулась, отрыгнулась кровавой пеной после нескольких повально вымерших атак. И на некоторое время все зависло в равновесии. Оттуда, снизу, избыток мощи не мог прорваться выше, к нервным узлам чудовищной машины, а жесткий когтистый кулачок комитета не имел сил придушить и даже загнать назад вырвавшуюся из-под контроля стихию.