Масон - Екатерина Неженцева

Кстати, теперь ей очень легко давались любые тёмные заклинания. Всё благодаря знаниям, которые Орик сумел сохранить для своих потомков. Хоть вся сила рода и перешла к Хлое, но знания никуда не делись, чем Хел с удовольствием пользовалась. Именно это наследие предков помогло ей разрешить ситуацию с тёмными.

Как и предсказывал Джаред, совет попытался использовать Хлою в своих политических играх. И каково было удивление советников, когда Хелен наложила вето на их общение с сестрой, до её совершеннолетия. Просто Хел подкрепила свои слова древними заклинаниями Нордийских, которые считались утерянными. В итоге все бурчали, кривились, но вынуждены были смириться с неизбежностью.

Хлоя по-прежнему оставалась в пансионе, откуда её переведут в МАСОН, и лишь после этого она займёт трон в империи Дартон. До того момента, право голоса принадлежало Хелен, как главе рода и опекуну сестры, что весьма огорчило и советников, и саму девушку. Ведь ей очень не хотелось влезать в политику. И тогда на помощь пришёл Джаред.

После долгого обстоятельного разговора они решили, что Прайм будет решать все вопросы самостоятельно от имени жены. Единственное, что требовалось от Хелен, это в обязательном порядке дать своё согласие на подписание мирного договора между империями и нейтральными королевствами. Тут уж никто не стал спорить, потому что этого долгие годы добивались абсолютно все.

Соответственно договор был подписан и теперь в империях проводили новую политику. Жителей настраивали на позитив и всячески показывали, что светлые и тёмные маги могут ужиться вместе, как делали это в далёком прошлом.

Самым счастливым при этом был отец Джареда, который пришёл в себя после того, как Рин поместили в магическую клинику, полностью лишив магии. Здесь пришлось поучаствовать Хлое и силе Нордийских. Ведь только она могла сладить с Даркейнами.

К слову, весь род Даркейнов подвергся допросам и последующим наказаниям. Их связали магической клятвой и отныне они не имели никаких прав на власть. А вот тёмным эльфам из рода Арх’Эррат запретили появляться в тёмной и светлой империях. Илларинария Аль’Арин намекнула, что готова простить их, и принять обратно в лоно семьи. Только заядлые ушастые шовинисты отказались от такой чести и закрылись в своём тесном мирке.

История пошла на новый виток, и Хелен надеялась, что со временем забудутся все ссоры и распри, навязанные чужой волей целому миру. Но предугадать будущее не дано никому, поэтому оставалось жить настоящим и не повторять ошибок прошлого.

За спиной послышался звук шагов, и Хел поняла, что Джаред всё-таки заметил её отсутствие. Быстро нагнав жену, тёмный недовольно проворчал:

– Ты могла бы и предупредить, что будешь сбегать из спальни, как лунатик. Зачем тебе понадобилось идти сюда среди ночи?

– Прости, не захотела тебя будить, – несмело улыбнулась девушка. – Я и сама не знаю зачем.

Она не солгала, потому что понятия не имела, почему так рвётся в хранилище. Прайм тяжело вздохнул и направился вместе с любимой вниз по лестнице. Он уже успел понять, что на такие странности необходимо реагировать незамедлительно. Ведь это не простой каприз, а явное послание магии Нордийских.

Из записей предков, Джаред давно понял, что именно академия была главным детищем Орика. Нордийский создал поистине невероятных размеров артефакт и наполнил его своей энергией. Жаль, что об этом забыли. Ведь в своё время Прайм согласился обучать тут адептов, только ради возможности лично прикоснуться к великому творению.

Улыбнувшись, Джаред посмотрел на жену. Эта академия преподнесла ему подарок, о котором он не мог и мечтать. Осталось обезопасить любимую от неприятностей, с её любовью к приключениям. Хелен будто не понимала, насколько опасно блуждать в одиночестве по закрытой части библиотеки, и тем более спускаться сюда. Хорошо, что магия Нордийских признала мужчину и открывала перед ним дверь в это хранилище. С такими мыслями он положил руку на талию жены и окутал её согревающими чарами, всё-таки здесь стоял ужасный холод.

Спустившись в знакомый зал, Хелен замерла, ошарашенно глядя на картину у стены. Она ожидала увидеть там изображение Орика или же своё, да хотя бы Хлою в виде демона! Только в глубине картины не было никого, лишь клубящаяся тьма, которая звала и манила к себе девушку. Джаред не успел сказать и сделать абсолютно ничего, когда Хел рванула вперёд и прикоснулась к этой дымке.

Тьма вырвалась из картины и радостно закружилась вокруг девушки, постепенно сужая круг и впитываясь в её тело. Прайм пытался подойти, только не мог пошевелиться и сгорал от страха за любимую. Но к всеобщему удивлению, ничего плохого не произошло. Магия исчезла также, как и появилась, и ничто не напоминало о её присутствии.

Хелен шумно выдохнула и ошарашенно захлопала ресницами. Магия не доставила никаких неприятных ощущений, но девушка вдруг почувствовала, как вся эта энергия собралась внутри, где-то в районе живота. На её плечи легли сильные родные руки мужа, отчего стало очень тепло и хорошо. А в следующий миг на картине появилась пожилая пара в окружении взрослых детей и внуков.

– Это же… – прошептал шокировано Прайм.

– Мы, – так же обалдело выдала Хел.

– Но, они же демоны, – выдохнул мужчина.

Джаред имел в виду детей с внуками, которые словно ожили и начали меняться, становясь похожими на Хлою с её чёрными пластинами. Картина вновь поменяла свои очертания, и теперь там была взрослая девушка, в которой Хел моментально признала сестру. Хлоя сидела на троне в своей черной броне и с короной на голове, на её коленях спал такой же малыш, а за её спиной стоял мужчина, лица которого не было видно.

Но когда изображение вновь изменилось, лицо Прайма удивлённо вытянулось. Там стояли они с Хелен, абсолютно такие, как сейчас, словно это было отражение в зеркале. Только глаза любимой сияли счастьем, а его наполнились невероятной нежностью. Рука жены лежала на животе и сразу становилось понятно, что вскоре у них появится наследник.

– Я что…беременна? – испуганно прошептала Хел.

Развернув любимую к себе лицом, Джаред обнял её и пробормотал в макушку:

– Чего же ты испугалась, глупенькая? Это же невероятно здорово!

Хелен слегка отстранилась, посмотрела на мужа и озадаченно произнесла:

– Они же все будут демонами, – а затем хихикнула: – Нам придётся вернуть академии прежнее название. Мне уже любопытно увидеть, в каком шоке будут светлые.

Представив лица светлых магов, Хел с Джаредом весело рассмеялись. Просто они не знали, что в этот момент по всей академии разрушаются чары светлых магов. Кругом менялись надписи, восстанавливалась закрытая часть библиотеки. А над воротами появилась огромная вывеска, которую так долго скрывали от посторонних глаз:

«Магическая академия семи стихий Орика Нордийского».