Дарующая крылья - Лёка Лактысева

Утром второго дня после выпускного бала мы с магистром О'Ринэлем приземлились во дворе у моих дорогих родителей.

Матушка с батюшкой уже проснулись: как и все сельские жители, они привыкли вставать спозаранку. А тут – ждали нас с Вейлом, волновались.

– Идем-ка, сынок, посмотрим, кто там к нам в дверь стучится? – услышала я из-за дверей голос матушки, а уже в следующий момент они распахнулись, и на меня обрушился маленький ураган по имени Вертекс.

– Привет, братишка! – я опустилась на колени и обняла четырехлетнего мальчугана.

Тот торопливо чмокнул меня в щеку и тут же вывернулся из рук, бросился к моему мужу:

– Дядя Вейл, а что ты мне привез? – ребенка невзрачная магическая личина магистра не смущала.

– Сын, а поздороваться? – прозвучал строгий голос Стефиана инг Сельтона. – Как должны себя вести воспитанные мальчики?

Ребенок тут же попытался принять скромный вид, встал ровно, поклонился:

– День настал, магистр О'Ринэль! – произнес, забавно картавя.

– Воистину настал, мастер Вертекс инг Сельтон! – пожимая парнишке руку, улыбнулся мой супруг.

– Иди, доченька, обниму тебя! – Стефиан инг Сельтон помог мне подняться, заключил в родные объятия. От отца привычно пахло лесом и медом.

Из рук батюшки я плавно перекочевала в теплые пухлые руки матушки.

– Идемте скорее в дом! Я на стол соберу! – заторопилась она, обнимая меня за плечи и уводя в прихожую.

Мы все ненадолго столпились в гостиной. Маленький Верт пританцовывал возле Вейла, дожидаясь подарков, пока не получил их. Батюшка завязал с зятем непринужденную беседу, а мы с матушкой отправились на кухню: раскладывать по тарелкам пироги, свежие ягоды, запеченное мясо и овощи.

– Смотрю, доченька, ты готовишься стать матерью, – без предисловий заговорила Мерайя инг Сельтон.

– Да! А как ты?..

– Ну, чтобы мать да не заметила, что ее дочка дитя ждет? К тому же, не забывай, я хоть и не целитель, но природница!

– Помню, –  я улыбнулась.

– Ирлинг твой, небось, у Триединого в гостях от счастья?

– Так и есть, – подтвердила я. – А братишка-то как подрос! Уже щебечет вовсю, точно соловушка!

– Ох, и непоседа наш Ветерок! Глаз да глаз за ним! – Мерайя инг Сельтон расцвела счастливой улыбкой.

– Как я рада, что Триединый подарил вам с батюшкой еще одного ребенка! – я погладила матушку по плечу.

– На все Его воля, – кивнула она, – да только вот это муж твой нам помог.

– Как так? Ты не говорила раньше! – изумилась я и даже присела на табурет, давая понять, что никуда не сдвинусь с места, пока не услышу подробности.

Матушка тоже присела, покачала головой, вспоминая.

– Ты этого не видела: наверху с отцом была, а Вейл подошел, достал из-за пазухи сверток, вручил мне со словами: «Вот подарок мой вашему дому. Положите это под матрас в изголовье вашей супружеской постели. Там, глядишь, и чудо к вам придет».

Я слушала, округлив глаза.

– И что там было, в свертке? – спросила, как только матушка смолкла.

– Рушник богатый, с вышивкой сложной, да с самоцветами, которых мы со Стефианом ни разу в жизни не видывали! Я сделала, как сказал Вейл, а через сколько-то месяцев поняла, что мы со Стефианом дитя зачали! Уж на что мы, люди, с магией ладим, но ирлинги – те насквозь магические существа! – закончила свой рассказ матушка.

Как ни пыталась, я не смогла сдержать слез:

– Вы с батюшкой мне родителями стали, так много любви и ласки подарили, что не всем детям от кровных родителей столько достается! Вот и вознаградила вас жизнь за доброту и за любовь вашу!

Мы с матушкой поднялись, обнялись, постояли так недолго.

– Ох, там же мужчины завтрака ждут, а мы тут с тобой слезы зря почем проливаем! – встрепенулась Мерайя инг Сельтон. – Идем уж, позаботимся о наших защитниках.

***

У матушки с батюшкой мы с мужем гостили два дня. Дольше некогда было: и родителям нужно было по хозяйству хлопотать, и мне пора было оказаться в своем доме. Маленькая жизнь, растущая во мне, диктовала свои условия и требовала уюта и покоя.