Элирм III - Владимир Посмыгаев

С момента нашей последней встречи с Гундахаром прошло больше суток. Всю дорогу мы следовали по составленному им маршруту, планомерно уничтожая воронки одну за другой. При этом наш путь пролегал от окраин Натолиса к его центру, закручиваясь в виде спирали. И чем дальше мы продвигались, тем отчетливее слышали вопли зунгуфского ур-кур-кана.

Белар и его люди были совсем рядом. Один раз мы даже чудом с ними разминулись, вовремя спрятавшись в здании городского суда.

В отличие от нас они маршировали не скрываясь и заливали буквально каждый кубометр пространства килотоннами люменов. Факелы, проекции, «светлячки», магические «свечи» и похожие на прожекторы инвольтационные фонари — в дело шло абсолютно всё, что могло хоть как-то отогнать преследующего их рыцаря смерти.

В своём новом амплуа Гундахар оказался безжалостен. Не имея возможности порубить их на части, он избрал для себя стратегию звукового садизма и бесконечно действовал им на нервы. А стоило кому-то из противников психануть и зарядить в его сторону заклинанием — растворялся во тьме, а затем появлялся с противоположной стороны, громко напевая песню про зунгуфскую деву Энквию, что коротает холодные ночи одна в ожидании своего возлюбленного принца Криолитьяна Тхон.

С виду это звучало вполне безобидно, но не когда оно продолжается часами. В отличие от наших врагов генерал не испытывал потребности во сне, не уставал и прекрасно ориентировался в темноте. Более того, стоило им хотя бы на минуту утратить бдительность, как Гундахар тотчас же начинал бросаться кирпичами и булыжниками. А один раз даже сбросил им на головы полутораметровый колокол, сорванный с крыши часовни. Тот грохот был слышен за километры.

Так или иначе, но старания рыцаря смерти не проходили даром. Люди Белара, как и он сам, выглядели чрезвычайно уставшими и измотанными. Некоторые из них по-прежнему продолжали озираться и периодически испуганно вздрагивали, однако большая их часть уже успела перейти на стадию принятия. Они поняли, что отдохнуть и расслабиться не удастся. Уцелеть, скорее всего, тоже.

В тот момент, когда они проходили мимо здания суда, я увидел в окно как один из «Небесных» отстал, затем свернул в небольшой переулок и перерезал себе горло. Видимо решил, что с него хватит и точка возрождения — наиболее подходящий вариант из возможных.

«Сраный дезертир! Исключить из клана и внести его черный список! В Небесном Доминионе нет места трусам!» — проорал тогда Фройлин, после чего, наверное, в тысячный раз послышалось громкое эхо:

Энквия не грусти! Принцесса не грусти!

Улыбку на лицо! Всё будет хорошо!

Криолитьян придёт! И кол свой принесёт!

И будет… вам всем Энквиэ Тхон-Тхон-Тхон-Тхон…

«УМРИ ТВАРЬ!!!» — паладин не выдержал и разрядил во тьму целую обойму с пулями из божественной стали. Затем еще одну и еще — «СДОХНИ! СДОХНИ ПРОКЛЯТЫЙ УБЛЮДОК!».

Наконец он остановился.

Повисла тишина.

Даже находясь на столь почтительном расстоянии, я видел его перекошенное от злобы лицо со вздувшимися на лбу венами.

«Господин, вы убили его?» — спросил кто-то из солдат.

«Хвала Пантеону!» — обрадовался второй — «Он сдох!»

«У-р-ра!»

И раз-два-три-четыре…

Энквия не грусти! Принцесса не грусти!

Улыбку на лицо! Всё будет хорошо!

Криолитьян придёт! И кол свой принесёт!

И будет… вам всем Энквиэ Тхон-Тхон-Тхон-Тхон…

«А-А-А!!! БУДЬ ПРОКЛЯТ! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!»

Бум! Бум! Бум!

На протяжении долгих десяти минут улицы города содрогались под натиском атакующих заклинаний. Весь воздух в радиусе сотни метров был насквозь пропитан озоном, ядом и инвольтационными испарениями, однако это им не помогло. Не успели облака пыли развеяться, как генерал вновь завел свою дьявольскую шарманку, умудрившись при этом воспользоваться суматохой и украсить своё излюбленное оружие еще парой-тройкой засечек.

Признаюсь, мне даже стало их жалко. По идее нам стоило хотя бы временно зарыть топор войны и сплотиться во имя сражения с общим врагом, но то рвение, с которым эльф преследовал нас последние дни, как и публичная клятва обнулить меня и моих друзей, не оставляло альтернатив. Он не отступится, это точно. Но, с другой стороны, мы тоже не лыком шиты. И мне плевать, какие мотивы движут им. Примитивная обида, жажда отмщения или давление со стороны высшего руководства клана. После того, что мы пережили, в моем сознании что-то навсегда поменялось, и глубоко укоренилась мысль, что пришел момент направить все силы, всю храбрость и ум на то, чтобы добиться своего. Хватит старательно избегать конфликтов и искать призрачного спасения в нейтралитете. Образумится и отвалит — хорошо. А если нет, то будем действовать на упреждение и сами его убьём. Не для того мы пролетели через пол галактики и сорок семь лет блуждали вблизи черной дыры, чтобы бояться какого-то остроухого засранца. По сравнению с тем, что нас ждет, его козни — не заслуживающая внимания мышиная возня.

— И как он не устаёт… — слова Германа вырвали меня из полудремы.

Сунув руку под правую ягодицу, я смахнул в сторону колющий зад осколок черепицы и прислушался.

…улыбку на лицо… всё будет хорошо…

— Он несколько тысячелетий провел в тесном карцере. Один. Считай для него это курорт.

— Да уж. Дерьма он отхватил — не проглотить. Я бы не выдержал.

— У него была достойная мотивация. Да и по-прежнему есть.

— Тоже верно.

Чуть поразмыслив, я материализовал подушку и подложил себе под затылок. Требовалось хорошенько отдохнуть перед финальным рывком.

Мы расположились на чердаке одного из заброшенных зданий в километре от центра города. Судя по всему, когда-то давно это была пивоварня. Поднимаясь по чудом уцелевшей лестнице, я видел огромные резервуары для брожения пивного сусла, медные вентили, бочки, кастрюли, мельницы и разбросанные по полу лопатки-мешалки. При желании можно было пройтись по округе и устроить капитальный рейд мародерки, но я берег место в «хранилище» для по-настоящему важных вещей: кирпичей, булыжников и обломков стен с хаотично торчащими кусками арматуры. Как и всего остального, что можно было без зазрения совести обрушить на головы врагов. Желательно с летальным исходом. И чем больше, тем лучше.

— Влад, я тут подумал — обратился ко мне Герман — Ты же тоже можешь колдовать иллюзию звука, так? Представляешь, что будет с Беларом и его людьми, если песня Гундахара заиграет повсюду? Из каждого камня, переулка и подворотни? Или можно пойти еще дальше и создать ему сотню виртуальных проекций. Они тогда вообще с ума сойдут.

Осознав, что подремать не получится, я активировал интерфейс NS-Eye и принялся объединять оставшиеся камни призыва. Учитывая те, что мы достали сами и те, что украл Гундахар, картина получилась следующей: 419 камней Друккарг, 156 Уцраор и 32 Вайиту. Если объединить Терракоторых воинов, а затем Железных, то Стальных получится ровно сто.