Выбор сердца - Кира Леви

Зверь или? Ответ на этот вопрос тронул улыбкой мои губы, но внешне я старалась никак не выдать, что заметила присутствие того, кто выслеживал меня. Пройдя вперед ещё шагов двадцать, я резко бросилась в сторону, сходя с тропы и стремительно оббегая по кругу так, чтобы оказаться в тылу неловкого следопыта.

— Попался? — я подкралась к сыну сзади, когда он выглядывал из-за куста, стараясь увидеть, куда я делась.

— Ну, мама! — возмутился горе-охотник. — Как ты меня увидела?

— Не увидела, — я присела на корточки перед расстроенным малышом. И, приблизив лицо, шумно вдохнула. — Запах, Дарий. Нужно заходить к добыче с подветренной стороны.

Я обняла ребёнка и прижала к себе, с удовольствием вдыхая его аромат. Мальчик завозился и выпутался из рук.

— Идём?

— Да. Предлагаю подняться в пещеру, стать лагерем, а уже оттуда выйти на охоту.

Мальчик согласился со мной. И мы стали подниматься всё выше в горы. Я только однажды брала его с собой так далеко. Прожив в этих местах три года, я исходила вдоль и поперёк доступную территорию. Нашла несколько пещер, в которых мы с Элем стали собирать драгоценные камни. Много нам не было нужно. Брали столько, чтобы создавать артефакты и продавать на ярмарках в ближайших городках, зарабатывая на нужды членов семьи. В одну из таких вылазок я и нашла ту пещеру, в которую мы с Дарием сейчас направлялись. Она была особенной. Имела вход на стороне земель Ледяного предела, а выход на другой стороне. У Огненных.

В пещере было сухо и тепло. В отличие от погоды снаружи. Неожиданно начал идти снег, и значительно похолодало. Хантер развалился у входа и бессовестно задрых, прикрывая нос передней лапой.

Внутри с моей прошлой стоянки осталось приспособленное место и заготовленные заранее дрова. Поэтому первым делом я занялась костром и приготовлением перекуса из того, что взяла с собой в наш поход. Дарий с интересом обследовал пещеру, возбуждённо расспрашивая обо всём, что видел. То и дело подбегал и показывал разные мелочи: то большого жука, то длинную сороконожку, то осколок алмаза. Последнее меня заинтересовало, и я попросила показать, где Дарий нашёл его. Я ещё не проводила тщательное обследование этой пещеры на наличие жил, выходящих на поверхность. А алмазы отличные накопители.

Пока я подсвечивала факелом стены, внимательно рассматривая сколы породы, Дарий снова убежал вперёд и как-то притих. Не слышать сына больше пяти минут — к беде. Это значит, куда-то влез. Оставив обследование на потом, я направилась вслед за ним по туннелю. Минут через семь я нашла его испуганно прижимающимся к стене у узкого выхода.

— Дарий, — тихо позвала, приблизившись и тронув за напряжённо поднятое плечико. — Что случилось, милый?

— Мамочка, — зашептал он, поворачивая ко мне широко раскрытые полные интереса льдисто-голубые глазки, — кто это там в небе?

Я аккуратно сместилась, выглядывая из проёма. На небосводе, хорошо просматриваемом с высокой точки, куда выходила пещера, были видны сражающиеся драконы. Два Ледяных и три Огненных. От неожиданности моё сердце сделало кульбит. Не в силах оторваться от открывшегося вида, я прижалась к каменной стене и с жадностью наблюдала за их полётом. Почти четыре года я не видела драконов воочию.

Огненные гнали Ледяных со своей территории, выпуская струи пламени. Ледяные уворачивались и выпускали в ответ магию льда. Она-то и меняла погоду. Снег падал и с этой стороны горы.

Сражение в воздухе продолжалось. Я ни за кого не болела, но переживала, чтобы никто из них не пострадал. Огромные красивейшие драконы были так легки в воздухе и прекрасны. Их полёт завораживал так, что я ощущала свою причастность, вспоминая свои собственные полёты во сне, как наяву. Сердце набатом стучало в ушах.

— Мам, — напомнил о себе сын, дёргая за руку. — Кто это?

— Драконы.

— Я тоже хочу к ним!

— Стой! — я успела его перехватить, прежде чем он выскочил на открытый пятачок. — Опасно. Тебя могут зацепить.

В это же время одного из Ледяных драконов ранили, и он с криком сорвался вниз, падая на скалы впритык ко входу в пещеру. Удар туши был таким сильным, что задрожала земля. И нас с Дарием окатило ледяной магией, наполняя силой. Это свидетельствовало об одном — дракон погиб.