Штрафбат магического мира - Дмитрий Морозов

— Они пропустили матёрое чудовище. Он уже подчинил их себе. Ещё мгновение, и они обернутся, посмотрев ему в глаза.

Глаза! Жёлтые, яркие, полные внутреннего огня — словно на дне их плещется магма. Они полны силы, полны магией земли. Поймать взгляд — и резко притянуть его к себе. Стены корчатся и исчезают, зал прячется, сворачиваясь и исчезая в пространстве. Лёгкий смешок и задумчивое: «Жаль. Он был почти готов».

Под ногами — холод туннельного камня. В глазах зверя — удивление, сменяющееся жаждой битвы. Жгуты чужой магии, стремящиеся обвить, подчинить себе дерзкого, осмелившегося покуситься на чужую добычу. Рёв магмы — и возникшие вокруг серые стены небытия.

— Что ты творишь! — Илис, мгновенно появившись из ниоткуда, подлетает к парню. — Поймать взгляд василиска! Чтобы выжить после такого, нужно быть архимагом ну или мастером магии Разума.

— Или специалистом по магии Земли. Я понимаю. Но я не мог допустить, чтобы эта тварь убила моих друзей.

— Ты был в храме Смерти! Нужно было подождать пару мгновений, пока тварь не убила бы кого-то, и, используя силу смерти, спасти остальных. А так вы погибнете все! Это стало бы твоим последним испытанием. Спасти всех ценой кого-то одного!

— Значит, я ещё не готов к этому пути. Я жадный и не хочу жертвовать никем. Лучше помоги мне — мне нужно вернуться.

— Это бессмысленно. Стоит тебе оказаться напротив этой твари, и тебя вновь забросит сюда. — В глазах Илис зажглись две красные капли. Две слезинки. Ладар подошёл и нежно вытер щёки любимой.

— Перестань. Тебе нельзя плакать. Ты плачешь кровью.

— Я знаю. Слёзы — это кровь души, а у меня, кроме неё, ничего и нет. — Илис грустно улыбнулась. — Пойдём. Я провожу тебя.

— Позже. — Ладар улыбнулся. У меня ещё битва не окончена, ты не забыла? Если я не могу драться с василиском из своего тела — буду драться отсюда. Ты можешь развеять небытиё?

— Могу, но это больно.

— Ничего, боль — это тоже признак жизни.

Резкий, быстрый взмах — и пропадающие серые стены. Рикс висит над собственным телом, наблюдая, как холод глубин проникает в тела людей, переделывая их по собственному разумению. Багровые, пышащие жаром подземных горнил, магические конструкции. Они не текут — застывают, создавая грани кристаллов. Дай им несколько секунд — они окрепнут, и ничто уже не сможет их сломить.

Рикс действует мгновенно, на интуиции, на опыте взлома именно таких, замерших в преддверии смерти ловушек. Мгновенный, точный, резкий удар в центральное переплетение застывающих нитей, в один из ключевых узлов — и часть конструкции осыпается с тихим шелестом. Остальные оживают, свиваются змеями, готовясь найти и покарать нарушителя, но ещё два разрубленных узла нарушают их танец, прежде чем они нападают.

И тут василиск переходит в атаку. Он действительно стар и опытен, его воля тут же создаёт новые магические щупальца — и восстанавливает старые. Багровые змеи чуждой человеку магии начинают шарить в пространстве, выискивая добычу. И находят! Свинцовая тяжесть заставляет опуститься вниз, к застывшим, торжествующим глазам. К приоткрытой в предвкушении пасти. Хочется вырваться, но силы убывают, их мало, слишком мало для настоящих магических поединков.

«Можно ли назвать обвиняемого магом?» — «Нет, ваша честь, у него слишком крохотная сила для этого…»

Тяжело, как дьявольски тяжело! Рикс рвёт чужие путы, чувствуя: ещё немного, и сама душа его лопнет, не выдержав навалившейся чужой силы. Страшно, но он поднимается вверх, волоча за собой звериную магию. На пол-локтя. На локоть. И тут словно тёплый огонёк зажигается в груди, отгоняя мысли о поражении и прибавляя сил. Ируг! И жизнь леса заставляет багровые огни корчиться, отдергивая обожженные ленты. Тяжесть не ушла, она по-прежнему смертельно опасна, но друзья подставили плечи, и можно поднатужиться и рвануться вверх. Ещё! И ещё!

И тут стоявший вполоборота к василиску гном внезапно оживает и со всего размаху вбивает своё копьецо в его череп, проламывая его, пришпиливая к полу. Стремительный взлёт — и чернота.

— Рикс! Очнись! — Несколько пригоршней ледяной воды заставляют, застонав, открыть глаза. Тело ломит, в голове гул, зато перед глазами, полускрытое ветвями деревьев, небо!

— Знаю, гляделки с василиском — это похлеще бочонка подгорной росы, неделю потом не встанешь! Но шкура готова, тебе нужно произнести вот это. Никто другой не может, пойми! Ты уж постарайся!

В руки суют бумагу с бессмысленными словами. Странно. Запинаясь, Рикс начинает читать — и чувствует, как магические токи понемногу начинают кружиться вокруг него, создавая непонятный узор. Что-то интересное и требующее изучения, но туман добирается до сознания, и сил хватает лишь на механическое шевеление губ.

Костюм сидел плотно. Не давил и не жал, аккуратно обхватывая всё тело, заставляя кровь быстрее бежать по жилам. Присесть, повернуться. Голова ещё кружится, но ощущение новой брони стоило того.

— Не такая она и тонкая.

Дружный смех в ответ.

— Сам выбрал старого и матёрого! У всех остальных намного тоньше! Зато и прочность выше, и магию держит лучше. И внешнюю неплохо отражает, и свою запасает. Поносишь недельку, излишки собственной магии скопятся, будет двойной-тройной резерв. Может, и больше, учитывая твои крохи, но на всё, как ты понимаешь, нужно время.

— А как им пользоваться?

И вновь друзья начинают хихикать. Окаменение коснулось всех. Вакенши, как самый восприимчивый к магии земли, пострадал больше других — ему пришлось удалить пальцы на ногах, и теперь он ходит прихрамывая. Впрочем, несмотря на прислонённую рядом палку, смех его звучит не менее весело, чем у остальных.

— Вот когда ты свой резерв почувствуешь, сам поймёшь, как, что и откуда черпать.

Приятно открывать глаза раньше всех. Штрафбат спит, солнце только-только начинает расцвечивать горизонт, первые птахи негромко посвистывают, готовя свои трели. Мир просыпается — и ты просыпаешься вместе с ним, радуясь, что наконец-то у тебя ничего не болит, ты полон сил и день будет просто замечательным… И тут взгляд натыкается на волны зарождающегося портала.

— Рота, подъём!

Двое магов неспешно прогуливались перед строем. Их глаза пристально вглядывались в бойцов, словно прикидывая — справятся? Нет? Третий продолжал вещать:

— Через час наступит конец перемирию. Раннее утро, никто и не думает о каких-то операциях. Мы откроем вам портал на один из холмов льеха. Обычно такие операции проводились ночью, никто не ждёт вас утром, причём практически в момент окончания перемирия. Время у вас будет. Вы — лучший из отрядов штрафбата. Если кто-то и справится, так только вы. У вас есть время позавтракать и снарядиться. Мы пока подготовим основные ориентиры для заброса. Разойтись.

Ируг ругался. Вполголоса, но очень яростно. Отказавшись от завтрака, они взяли самый минимум оружия и теперь сидели у землянки, угрюмо ожидая отправки. Все молчали. И только Ируг не переставал ругаться.