Эления - Дэвид Эддингс

Тиниэн посмотрел на лук в руках Берита и спросил:

— Что, при помощи этого?

Спархок улыбнулся и рассказал Тиниэну об их плане. Когда все вместе поднимались по лестнице Спархок положил руку Телэну на плечо и сказал:

— Это опасная затея, мой мальчик. Будь осторожен.

— Ты слишком много беспокоишься, Спархок. Я бы мог это проделать и с закрытыми глазами.

— Я напишу записку для Долманта…

— Ты что, спятил, Спархок? А если меня остановят? Так я запудрю им мозги, а с твоей бумагой мне не отвертеться. Долмант ведь знает меня и поверит и так. Так что выкладывай все, Спархок.

— Ну, ладно. Только еще одна просьба: не пытайся по дороге заняться своим ремеслом.

— Конечно нет, Спархок.

Спархок вздохнул и быстро рассказал мальчику, что он должен будет передать Долманту.

План Телэна сработал удачно. Стрела Берита падающей звездой пронзила ночной сумрак и зарылась в соломенной крыше конюшни. Несколько секунд ничего не было видно, потом по соломе пробежал срывающийся голубой огонь, послышался треск, пламя стало чадно-оранжевым и начало разрастаться, становясь все ярче и светлей.

— Огонь! — пронзительно закричал Телэн.

— Огонь! Пожар! — подхватили остальные.

Солдаты церкви побежали, грохоча тяжелыми сапогами, на крик и свернув за угол, тут же наткнулись на вопящего хозяина конюшни.

— Люди добрые! — надрывался бедняга, заламывая руки, — да что ж это такое! Моя конюшня! Мой дом! Все горит, господи Боже мой!

Капитан растерянно глядел то на него, то на ворота Замка, не зная что ему делать.

— Мы поможем вам, капитан! — крикнул Тиниэн. — Откройте ворота!

— Нет! — закричал в ответ капитан. — Оставайтесь внутри.

— Да ведь сгорит же пол священного города, болван! — заорал Келтэн. — Огонь сейчас перекинется на другие дома, и тогда поздно будет что-то делать.

— Эй, ты! — гаркнул капитан хозяину конюшни. — Быстро тащи ведра, и покажи, где тут у тебя вода. — Потом крикнул кому-то из солдат: — Беги к воротам, пусть все, без кого можно обойтись, идут сюда, да побыстрей! — Затем, щурясь поглядел на рыцарей, стоящих на парапете.

— А мы все можем помочь вам, капитан! — крикнул Тиниэн. — Здесь, во дворе есть колодец. Мы можем наполнять ведра и передавать их вашим людям за ворота. Мы сейчас думаем только о спасении Чиреллоса, все остальное отходит на второй план.

Капитан застыл в нерешительности.

— Пожалуйста, капитан, — голос Тиниэна так и дрожал от искренности. — Я прошу, разрешите помочь!

— Хорошо, — наконец согласился капитан. — Откройте ворота, но запомните — никто из вас не должен покидать пределов Замка.

— Мы обещаем, — заверил его Тиниэн.

— Прекрасно сработано, — усмехнулся Улэф, наподдав Тиниэну кулаком в плечо.

Тиниэн рассмеялся и сказал:

— Вот видишь, мой друг. Иногда говорить тоже полезно. Может, попробуешь как-нибудь?

— Мне привычнее, да и надежнее мой топор.

— Ну, мне пора, мои Лорды, — объявил Телэн. — Может быть кому-то нужно что-нибудь из города, раз уж все равно я буду там?

— Ты бы лучше думал о том, что должен сделать, — сказал ему Спархок.

— И будь осторожен, — проворчал Кьюрик.

— Пойду-ка я с ним, — сказал Берит.

Телэн посмотрел на рослого послушника.

— Даже и не мечтай об этом. Будешь только путаться у меня под ногами. Прости меня, глубокоуважаемый учитель, но ты слишком велик, чтобы ходить тихо, да и у меня нет времени обучить тебя этому, — с этими словами мальчик побежал вдоль парапета и исчез в темноте.

— Откуда у вас этот чудесный юноша? — воскликнул Бевьер.

— Ты бы не поверил, когда б мы тебе сказали, — ответил Келтэн.

— Наши братья-пандионцы несколько ближе к земле, чем мы, Бевьер, — пояснил Тиниэн. — Мы, чьи глаза обращены к небесам, не можем тягаться с ними в знании изнанки жизни. Все мы, однако, служим единому Богу, и Ему одному судить об истиной сущности наших деяний.

— Славно сказано, — сказал Улэф.

Солдаты выливали на пылающую крышу воду ведро за ведром, но огонь еще не сдался и продолжал трещать, пожирая солому и рассыпая вокруг искры. Долго не могли справиться с ним, но когда наконец пламя было потушено, хозяин конюшни с радостью обнаружил, что сгорела лишь солома да стропила и распорки крыши, а запас кормов для скота уцелел, хоть и прокоптился порядком.

— Браво, капитан, браво! — выкрикивал Тиниэн, стоя на парапете.

— Не перестарайся, — тихо сказал ему Улэф.

— Но я впервые вижу, чтобы солдаты церкви делали что-то полезное, такое начинание нужно поощрить.

— Мы можем поджечь еще несколько домов, если это зрелище так тебя радует, — усмехнулся генидианец. — Можно вообще устроить, чтоб они тушили пожары всю следующую неделю.

Тиниэн подергал себя за мочку уха.

— Нет, — сказал он задумчиво. — Боюсь, они потеряют интерес к этому когда пройдет новизна, и они еще, чего доброго, махнут на нее рукой, пусть, мол, город горит. — Он взглянул на Кьюрика и спросил:

— Мальчик ушел?

— Да, проворно, как змея в крысиную норку, — со скрытой ноткой гордости ответил Кьюрик.

— Надеюсь, в один прекрасный день ты расскажешь нам, с чего это парнишка называет тебя отцом?

— До этого дня нужно еще дожить, сэр мой Тиниэн, — буркнул Кьюрик.

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

С первым лучом рассвета, посеребрившим края неба на востоке, на улице, проходящей вдоль ворот Замка, послышался мерный топот множества