Берсеркер Скверны - Руслан Мельников

Четверо всадников на рослых – гораздо крупнее, чем сибирские или ордынские, – быконях выехали к костру с четырех сторон сразу. Они появились из леса, не особо таясь. Это были тяжеловооруженные воины в доспехах из металла и пластика и в массивных глухих шлемах. Черные кресты на латах людей и защитных попонах быконей ясно давали понять, кем являются наездники.

«Инквизиторский патруль», – сразу понял Виктор.

Двое Инквизиторов держали обнаженные мечи и прикрывались прямоугольными щитами с жирными крестами, выведенными черной краской от края до края. У одного щит был пластиковый и прозрачный. Насколько знал Виктор, такими раньше – еще до Бойни – иногда пользовалась городская стража, подавлявшая бунты недовольных. Крест, чернеющий на прозрачной поверхности, почему-то казался особенно зловещим.

Клинки двух других всадников пока лежали в ножнах, а щиты висели у седел. Один крестоносец, уперев в массивный быконский налобник тяжелый арбалет с тугой капроновой тетивой, готов был в любой момент выпустить стрелу. Другой целил в сидевших у костра людей из короткоствольного кавалерийского самопала с широким раструбом на конце ствола.

Одолеть тяжеловооруженных Инквизиторов не было никаких шансов. Спасаться бегством от всадников – тоже бесполезно.

Виктор бросил быстрый взгляд на Костянику. Слава богу, она в очках! Крестоносцы не могли видеть красных глаз мутантки. А судя по тому, что их не перебили сразу, рыцари Святой Инквизиции сначала хотели поговорить с чужаками.

– Оружие на землю, – негромко приказал Виктор, наблюдая за всадниками. Провоцировать фанатиков не стоило.

Первым заговорил мечник с прозрачным щитом, подъехавший к костру ближе других.

– Вер зинд зи?! – глухо пророкотал Инквизитор из-под шлема. – Ху а ю?

Виктор озадаченно переглянулся со спутниками.

– Веа ду ю ком фром? Во коммен зи хер?

– Что, мля, за «ху»? Что за «хер»? – нахмурился Костоправ – Я че-то не врубаюсь, Золотой, это он нас посылает прямым текстом, что ли, едрить его против шерсти?!

– Ху а ю?! – в голосе крестоносца послышалось раздражение.

– Ага, как же, – буркнул лекарь. – Это я тебе его даю, едрить твою в коромысло!

Та-а-ак! Если Костоправ еще чуток повысит голос, его реплики будут слышны даже в глухом рыцарском шлемаке. И не факт, что они не будут поняты.

– Погоди-ка, – Виктор, пока не стряслось беды, отстранил лекаря и сам выступил вперед.

Улыбнулся, развел руками:

– Извините, не понимаем.

– Ну да, типа, сами мы не местные, ёпс! – фыркнул из-за его спины Костоправ.

– З-заткнись, – процедил Виктор.

И улыбнулся крестоносцам еще шире.

– Мы не отсюда, – вновь заговорил он, пытаясь при помощи жестикуляции объяснить то, что хотел сказать словами. – Издалека. Из-за моря.

Темные смотровые щели шлемов пялились на них словно пустые глазницы.

– Приплыли с викингами. Корабль разбился. Мы спаслись.

– Рашен? Русишь? – кажется, в голосе крестоносца, державшего пластиковый щит, послышалось удивление.

А потом пришел черед удивляться Виктору.

– Рус? Русский? Ты русский? – спрашивал рыцарь.

– Да-да-да, – закивал Виктор. – Вы говорите по-русски?

– Говорю, – холодно и без особого энтузиазма прогудел крестоносец. – Имел несчастье служить в миссии Святой Инквизиции на ваших варварских землях.

«Ну, на наших-то вряд ли», – подумал Виктор. В Великом княжестве Сибирском, слава богу, Инквизиторов пока не видели. Вероятно, речь шла о миссионерской деятельности в Бухте или где-то в тех краях. Виктор вспомнил брата Фридриха, с которым пришлось пообщаться на Соловках. Тот тоже бывал в южнорусских землях. Наверное, для крестоносцев – в порядке вещей отслужить определенный срок в какой-нибудь удаленной миссии Ордена.

О Сибири Виктор решил не рассказывать, «варварские земли» тоже предпочел пропустить мимо ушей. Пихнул в бок Костоправа, уже шагнувшего вперед и возмущенно раззявившего варежку:

– Молчать!

Шикнул остальным:

– Всем молчать. Говорить буду я.

– Так, значит, ты утверждаешь, что вы плыли с викингами, корабль которых разбился? – поинтересовался переговорщик. Голос его был полон недоверия. Рыцарю требовался какой-нибудь весомый аргумент.

– Там, – Виктор кивнул в сторону моря, – в камнях застрял нос драккара. Можете проверить.

И ведь не поленились – проверили. Инквизитор с пластиковым щитом – он, судя по всему, был не только единственным знатоком русского языка, но и главным в патруле – что-то приказал второму мечнику. Тот погнал быконя к каменистому берегу.

Потекли томительные минуты ожидания. Оставшиеся крестоносцы не сводили глаз с чужаков. Быкони, укрытые защитными попонами с крестами, стояли как вкопанные: выдрессированная, видать, скотинка. Арбалетчик и стрелок с самопалом не опускали своего оружия. Предводитель патруля тоже не прятал меча в ножны.

«Только бы драконью башку не унесло, – мысленно заклинал Виктор. – Только бы не унесло!» Если Инквизиторы сочтут, что их обманывают, дальнейшего разговора могло и не сложиться.

* * *

Посланный на разведку всадник наконец вернулся и что-то негромко доложил начальству.

– Ты прав, рус, – обратился к Виктору обладатель пластикового щита. – У берега лежат обломки судна и череп морского змея, порожденного Скверной. Викинги цепляют такие черепа на носы своих кораблей. Насчет драккара ты не врешь.

Виктор вздохнул с облегчением. Увы, как оказалось – рано.

– Но куда подевались сами викинги, на судне которых вы приплыли?

Допрос под прицелом арбалета и самопала продолжался.

– Все погибли, – ответил Виктор.

– Хм… Они погибли, а вы выплыли?

– Мы хорошо плаваем, – соврал Виктор. – К тому же на нас не было доспехов.

А это уже – чистая правда. Ни на ком из них, действительно нет даже легкой кольчужной рубашки.