Дело табак - Терри Пратчетт

Арбалет был нацелен на двух заложниц, и тому, кто его держал, явно велели стрелять, если рывок за веревку даст понять, что происходит непредвиденное. Но рискнет ли он выстрелить? Нужно дозреть, чтобы тьма по капельке начала сочиться в душу, хотя бывали и те, кто родился с тьмой в душе. Они убивали ради развлечения. А вдруг и он из таких? А если нет, вдруг он поддастся панике? И насколько чувствителен спусковой крючок у арбалета? Вдруг он сработает от случайного прикосновения?

Снаружи бушевала буря. Спадала вода или нет – это казалось совершенно неважным, поскольку ее все равно было полно вокруг. Женщина краем глаза наблюдала за Ваймсом. Каждая секунда дорога…

Аккуратно рассчитывая движения, как будто кто-то мог расслышать его шаги в реве бури и скрипе лодки, Ваймс подобрался к ничего не подозревавшему охраннику, обхватил парня обеими руками за шею и рванул кверху. Стрела ушла в потолок.

– Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал, – Ваймс попытался произнести это добродушно. – Если ты собираешься дернуть за веревку, парень, то учти – дыхание у тебя закончится раньше, чем я разожму пальцы. Старший констебль Наконец, возьми арбалет и свяжи этому джентльмену ноги. Оружие можешь взять себе. Я знаю, ты любишь такие штуки.

Он, видимо, случайно ослабил хватку, потому что пленник прохрипел:

– Я никого не собирался убивать, сэр! Пожалуйста! Они дали мне арбалет и велели стрелять, если лодка вдруг остановится или если за веревку дернут. Вы думаете, я бы стал стрелять, сэр? Вы, правда, думаете, что стал бы? Я просто сидел здесь на всякий случай, если бы кто-нибудь из них вошел! Пожалуйста, сэр, я никогда ни во что такое не впутывался! Это все Стратфорд, сэр, он просто псих, сэр, сущий убийца, честное слово!

Послышался треск, и лодка задрожала. Возможно, секундомер подвел лоцмана.

– Как тебя звать, парень?

– Эдди, сэр, Эдди Нагл, я просто матрос, сэр!

Его трясло. Ваймс видел, что у Эдди дрожат руки. Он повернулся к женщине, которую поддерживал под локоть Фини, поклонился и показал тщательно припрятанный значок.

– Мэм, я командор Ваймс из анк-морпоркской городской Стражи. Этот человек дурно обращался с вами или с девочкой?

Женщина не двигалась. Ваймс подумал, что она похожа на молодую Сибиллу – спокойная, собранная, из тех, что скорее будут драться, чем визжать, но драться лишь в полной готовности.

– Они все ловко провернули, командор. Как раз когда я укладывала Грейс спать. Эти негодяи явились на судно под видом владельцев груза и вели себя как приличные люди, пока мой муж не сказал, что погода портится. Я была на камбузе, когда услышала крики, а потом нас с Грейс отвели сюда. Лично я, сэр, сказала бы спасибо, если бы вы перебили их всех, но раз нельзя, значит, нельзя. А что касается конкретно этого типа, он, конечно, и впрямь мог вести себя хуже, а потому, хоть я и порадуюсь, если вы швырнете его в реку, но не буду настаивать, чтобы вы привязали ему груз к ногам.

Фини рассмеялся:

– Груз не понадобится, мэм. Река устроила вечеринку и пригласила нас в гости. Я неплохой пловец и то не рискнул бы прыгать за борт.

Ваймс ухватил Нагла за ворот и взглянул ему в глаза. Спустя несколько мгновений он сказал:

– Нет. Я распознаю́ убийцу по глазам. Конечно, это не значит, что ты не виноват в пиратстве, поэтому мы будем за тобой приглядывать, и не пытайся что-нибудь выкинуть. Я тебе доверяю, и храни тебя боги, если я ошибся.

Нагл открыл рот, чтобы ответить, но Ваймс быстро добавил:

– Ты можешь упростить и, вероятно, продлить себе жизнь, Эдди Нагл, если скажешь, сколько еще веселых ребят на «Сисси».

– Не знаю, сэр. То есть не знаю, кто еще жив.

Ваймс взглянул на женщину, когда лодка накренилась. Странное это было ощущение – на мгновение Ваймсу показалось, что он утратил вес, а потом за спиной у него, в хлеву, среди огромных вращающихся колес, послышался какой-то шум. Обретя равновесие, он спросил:

– Я так понимаю, что вы госпожа Силлитоу, мэм?

Женщина кивнула и ответила, крепче прижимая к себе девочку:

– Да, командор. И я знаю, что мой муж еще жив… потому что живы мы.

Она замолчала, когда очередная волна подхватила лодку, и «Сисси» ухнула вниз – с плеском и глухим стуком, который отдался в позвоночнике. За ударом последовал низкий рев быка, который решил, что с него хватит. А еще – оборвавшийся крик.

Ваймс, Фини и Нагл кое-как поднялись с пола. Госпожа Силлитоу и ее дочь, как ни странно, сохраняли вертикальное положение, и у женщины на лице играла мрачная улыбка.

– Этот крик значит, что кто-то из пиратов умер, и, надо сказать, я чрезвычайно рада. Иными словами, остальные в хлеву живы. Знаете почему? Скорее всего, он забыл подпрыгнуть. Лодка взлетает и падает потому, что где-то позади нас гребаный затор стал слишком большим. От него отрываются куски и несутся за нами, вниз по течению, то поднимая уровень воды, как брошенный в воду камень, то понижая, когда они проносятся мимо – и вот тогда нужно не зевать. Если не сумеешь плясать в такт с рекой, скоро будешь плясать с дьяволом. Один из этих разбойников пошел вниз с арбалетом, когда началась заварушка. И, судя по звуку, плясун он был плохой. Наверное, до него дотянулся Чарли-Десять-Галлонов, когда он упал, бедняжка. Чарли – погонщик быков. Если он кого двинет, второго раза уже не понадобится, – госпожа Силлитоу проговорила это спокойно и с удовольствием. – Кто хочет стянуть добро с нашей лодки, пускай приготовится к серьезным неприятностям.

«А я-то думал, что это в городе живут крепкие орешки», – подумал Ваймс. Он заметил, что благоразумный Фини перезарядил конфискованный арбалет, и сказал:

– Я спущусь, чтобы удостовериться. Госпожа Силлитоу, сколько, по-вашему, на лодке еще пиратов?

– Четверо взошли на борт под видом владельцев груза, – женщина начала загибать пальцы. – Одного из них убил мистер Гаррисон, наш погрузчик, но другой пырнул его ножом, сукин сын. Я точно знаю, что один спустился в хлев, второй помогал этой нюне протянуть веревки, чтобы мы оказались в заложниках на тот случай, если кто-нибудь из уцелевших попытается им помешать, а третий пошел в рубку. Мне сказали, что все обойдется, если мой муж доставит груз в Щеботан.

Девочка цеплялась за платье матери, пока та с бесстрастным лицом продолжала:

– Лично я в это не верю, но до сих пор мужу не причинили вреда. Он считает. Непрерывно считает. Мой муж слушает Старую Изменницу и вспоминает каждый фут. Он должен перехитрить шестьдесят миль реки-убийцы. И если мой муж погибнет, она убьет нас всех.

– Фини, держи этого джентльмена под прицелом, слышишь? – приказал Ваймс. – А если он двинется, в том числе захочет высморкаться, даю тебе полное право всадить ему стрелу туда, где она причинит серьезные неудобства.

Он подошел к трапу, кивнул Фини и госпоже Силлитоу, поднял палец и сказал: