Кровавая жатва - Шэрон Болтон

— Может, после нашей кончины здесь установят мемориальный знак, — сказал Гарри. — Вы замерзли?

— А что? — спросила Эви. — Хотите предложить мне свое пальто?

Гарри продолжал смотреть перед собой.

— Можете разделить его со мной, — предложил он.

Эви ждала, что он вот сейчас повернется и улыбнется ей. Но Гарри этого не сделал.

— Вы выглядите утомленным, — сказала она, хотя на самом деле он выглядел не просто утомленным. Он, казалось, похудел и постарел. Человек, которого она встретила сегодня утром в больнице, не был тем Гарри, которого она знала. Его место занял кто-то другой. И этот кто-то все еще был здесь.

— Да, первую половину ночи я провел, думая о вас, — сказал он, по-прежнему не сводя глаз с дома на другой стороне улицы. — А потом вы мне позвонили.

По сосущему ощущению в желудке Эви догадывалась, что сейчас должна быть уже середина дня, но солнце все еще не пробилось сквозь туман. Он продолжал висеть над торфяниками, и она почти чувствовала, как он, липкий и холодный, пробирается к ней в легкие.

— Мне нужно узнать, как там дела у Джиллиан, — сказала она, сознавая, что на самом деле ей меньше всего на свете хотелось бы снова очутиться в той квартире. — Проводите меня до машины? — спросила она.

— Нет, — сказал он и, скрестив руки на груди, облокотился на спинку скамейки.

— Нет?

Только вчера вечером он целовал ее, танцевал с ней, а сейчас не может проявить элементарную вежливость?

— Вам нужно остановиться ненадолго, — сказал он, наконец взглянув ей в глаза. — Нам обоим нужно. Короткая передышка для размышлений в этот очень необычный день.

— Вы собираетесь посвятить меня в свои ритуалы, викарий? — рискнула заметить Эви. — Если вы заставите меня склонить голову, я начну хихикать.

— Понять не могу, как пациенты могут воспринимать вас серьезно.

По крайней мере, он хотя бы начал снова улыбаться, она достучалась до него.

Краем глаза Эви заметила какое-то движение ниже по склону холма и вытянула шею, чтобы лучше видеть. Гарри обернулся. По дорожке от дома отъезжала машина Элис. С заднего сиденья на них смотрела Милли, потом она помахала им. Развернувшись, машина помчалась с холма вниз мимо полицейского кордона. Раштон и инспектор Нисден уселись в синий «универсал» и отправились вслед за Флетчерами.

— С Милли все будет в порядке? — спросил Гарри.

— Я в этом совершенно уверена, — быстро ответила Эви. — Покраснение вокруг глаз и носа к завтрашнему дню должно пройти. В худшем случае она пару дней может быть уставшей и раздражительной.

— Они обнаружат следы эфира у нее в крови? — спросил Гарри.

— Практически наверняка, — ответила Эви.

Из дома Флетчеров появился еще кто-то. Светловолосая Ханна Уилсон, социальный работник.

— Мисс Стерва говорила там что-то о Судебном приказе о защите при чрезвычайных обстоятельствах, — сказал он. — Нам стоит переживать по этому поводу?

— Я позвоню ее начальству, когда доберусь обратно, — сказала Эви. — Договорюсь, чтобы меня держали в курсе любых заявлений в суд. Кстати, вы молодец, что удержались и не стали заглядывать ей в декольте.

— Блондинки меня не вдохновляют. Вы будете оспаривать их действия?

Пока Эви думала над ответом, Ханна Уилсон села в маленький красный «хэтчбек» и уехала.

— Если я посчитаю это необходимым, Гарри, то сама обращусь с ходатайством, — сказала она. — И не надо горячиться. Эти дети действительно подвергаются риску. Учитывая события прошлой ночи, думаю, что это уже ни у кого не вызывает сомнений.

— Но если забрать их от родителей, это…

— Приказ о защите не означает, что детей заберут от родителей, он просто дает местным властям полномочия, чтобы защитить их от причинений им вреда. У Гарета Флетчера, кажется, родители живут неподалеку?

Гарри кивнул.

— Думаю, да, — сказал он. — В Бернли.

— В этом случае магистрат может вынести решение о том, чтобы дети поехали к бабушке и дедушке и побыли там некоторое время, при полном согласии и содействии Элис и Гарета, разумеется.

— Какое именно время?

Она покачала головой.