Дочь кучера. Мезальянс - Евгения Мэйз

– Я знал! Знал! Знал!

Король кричал, грозясь выдавить из него последние силы и дух. В конце концов и вовсе закружил на месте.

– Ты должен рассказать мне, что произошло! – сверкал светлыми глазами Лайнелл. – Где ты пропадал все это время?!

Он все же поставил Эверта на место, взял за плечи, оглядел еще раз и улыбнулся широкой улыбкой. Встреча с другом была приятна, искренние эмоции пленяли своей простотой, но Эверт хотел домой. Наверняка, его «кудряшка» извелась от беспокойства. В прошлое его отсутствие его не было всего несколько часов, а тут счет пошел на дни.

– Как ты выжил? Что видел там?

Байен внес принадлежности, увидел его и чуть было не грохнул таз с водой на пол. Удержал. В последнюю секунду нацепил привычно-бесстрастное выражение лица и прошествовал внутрь.

– Позже! Вечером! Дай мне прийти в себя.

От короля нельзя было отвертеться вот так просто. Эверт рассказывал о том, как его накрыла тьма и как просторно вдруг оказалось в ней. Монстры стали отступать, а он вместо того, что попробовать найти выход вдруг пошел за ними и оказался совсем не там, где предполагал. Слабосветящийся портал внутри тьмы привел его не в гнезда чудовищ и не в другие миры, а к стенам Индэгарда.

– Это не удивительно, – фыркнул король, утираясь расшитым полотенцем. – Вы ведь были на подступах…

– До города было рукой подать, но все же не дюжина шагов, что я сделал, – возразил Эверт со своего места. – Это был другой Индэгард.

В нем были люди. Ему даже показалось, что он умер или ранен, видит то, что уже не вернется никогда.

– Можешь считать меня сумасшедшим, но я попал в прошлое.

В нем не было Лайнелла и знакомых ему лиц. Дом его родителей и тот был другим. Город только приобретал знакомые ему черты, но он был прекрасен, утопая в зелени виноградников и аромате фруктовых деревьев.

– Я видел Эдуарда I и твоего отца. Я видела множество других людей. Они застыли во времени и пространстве, но были живы. Кто-то вернулся в прошлое и заставил его замереть, меняя его… Теперь я понимаю почему рушится настоящее.

Все события связаны. Кто-то продолжает исправлять прошлое, двигать людей в нем словно шахматные фигуры по доске.

– Почему не что-то? Байен, неси нам кофе!

– Потому что я видел магию, и она была другой. Она оставила следы: это были руны, символы и знаки. «Что-то» всегда неразумно и хаотично. Сначала они привели меня в музей естествознании, а потом в дом королевского изобретателя Инда Лэне, в воздушную гавань и Серебряные рудники[1].

– Что?! В дом Инда?

Трудно представить, что в этой истории замешан Инд. Легендарный изобретатель всегда с пренебрежением относился к магии, но был предан двум королям и делал все для развития страны.

– Здесь все говорит о заговоре, ваше величество. Индэгард, музей естествознания, ботанический сад и все остальные места связаны. Поэтому этой беседе так необходим Генрих. Его память и знания помогут разгадать эту загадку, вычленить того, кто все это время ускользал от меня.

Эверт остановил расспросы. Это будет долгий рассказ, и он был предпочел рассказать обо всем увиденном, не выпуская из своего повествования ничего из-за простого желания увидеться с Лирой. Эверт предвкушал ее взгляд и радость. Он был уверен и мечтал сжать ее в объятиях.

–Тогда тебе стоит поспешить домой. Он у тебя.

Эверт взглянул на часы на каминной полке.

– В столь ранний час? Что-то случилось?

– Ты, – просто объясняет ему король. – Тебя не было столько времени.

Он пропадал и на куда более долгие сроки. Что могло случиться за неделю, что в его доме понадобилось присутствие Генриха?

– Мы взялись поддержать юную графиню до тех пор, пока ты не вернешься и...

Эверт нахмурился: он верил своим друзьям, но ничего не мог поделать с тем огоньком ревности что вдруг возник в нем при слове «поддержать».

– Не рановато ли вы списали меня со счетов? Что значит это ваше «поддержать»?

Он поднялся со своего места, возвышаясь над королем

– Мы не выпускали ее из вида, чтобы держать ситуацию под контролем. Эти «перевертыши» готовы играть по нашим правилам, но чуть что не так забывают обо всем и шлют в задницу.

Лайнелл на мгновение нахмурился.

– Траубе взялся учить ее фехтованию.

– Зачем это?

Для чего Лире владение оружием? Он разве не сможет защитить ее?

– Кто во что горазд, – ответил Лайнелл, разглядывая его, – Признаться, я бы и сам взялся за это, но Генрих разубедил меня. Он говорит, что юная графиня весьма неоднозначно влияет на меня… Она и правда забавная, смешит меня… Я бы наверняка пропускал удары.Не хотелось бы, чтобы она решила, что все противники такие.

Король улыбнулся каким-то воспоминаниям. Это объяснение и улыбка не помогли Эверту, а сделали только хуже.

– Погоди злиться, Эверт. Тут много чего произошло.

Эверт понял, что еще немного и вспыхнет.

– Что это? Мор? Голод? Нападение плотоядных мух? Миграция горных великанов? Что?

– Сабрина, – произнес Лайнел и замолчал на две секунды, предоставляя ему возможность осознать все, – а еще толпа разгневанных девиц, которых ты отверг когда-то. Нет ничего хуже оскорбленной женщины…

Все верно, но не настолько она оскорблена. Это же сколько полос в газете нужно выделить, чтобы осветить всю его личную жизнь?

– Скоро вернусь!

Эверт создал портал, наплевав на переполненный кристалл на груди. Он выдержит. Не в первой. Он переместился в особняк. В первые несколько секунд Эверт осознавал, что потерялся в пространстве. Дом изменился, стал светлее и как будто бы просторнее. В нем стало больше растений, создающих тени, объем и вариации света.