Афанасьева, стой! - Олеся Стаховская

– Афанасьева, угомонись! – скомандовал парень, хватая меня за локоть. – Прекращай истерику. Дома поговорим.

Я выдернула руку и с видом оскорбленной невинности поплыла в сторону гардеробной. Семёнов шёл следом. Конвоировал. В этот момент дверь приёмной распахнулась и из неё выпорхнула Ларочка с телефоном в одной руке и кружкой в другой.

– Алёша, – позвала она. – Хорошо, что ты ещё не ушёл. Ты забыл у меня телефон и кружку.

Ага, и трусы с носками!

Я остановилась, чтобы понаблюдать за провалом Семёнова. Парень стоял посреди коридора с растерянным лицом. Что, милый, попался на горячем? Интересно, как ты теперь будешь выкручиваться, когда в деле появились новые неопровержимые доказательства твоей вины?

Но Семёнов не стал выкручиваться. Принял из рук секретарши своё имущество, тепло поблагодарил (скотина!) и преспокойно пошёл в наш общий кабинет. Поравнявшись со мной, одарил драматичным гамлетовским взглядом и продолжил путь.

Ах так, да? Ну ладно! Пойду в курилку и укурюсь вусмерть тебе назло! Я развернулась и пошагала обратно на улицу.

Добрела до курилки. Плюхнулась на лавку, достала сигареты и принялась смолить одну за другой до тех пор, пока во рту не появился вязкий мыльный привкус.

– Привет.

Подняла глаза. Надо мной возвышалась Зоя из маркетинга. Я привычно протянула ей зажигалку. Собственную она так и не завела. Да и зачем? Отсутствие зажигалки – прекрасный повод начать разговор и собрать все офисные сплетни или вывалить их на собеседника.

– С Семёновым поругались? – участливо поинтересовалась она, прикурив.

Ну да. В кабинете все уже поняли, что мы встречаемся. Но ей-то какое дело? Тоже Семёнов покоя не дает? Ждёт, когда до неё очередь дойдет? Вот ведь блин связалась с донжуаном! И что, теперь всегда так будет? Всегда будет кто-то третий в наших отношениях?

– Нет, – помотала головой на вопрос девицы из маркетинга.

Кто она такая, чтобы я с ней делилась своими проблемами? Вот отменю пятничное знакомство с родителями, завалимся с Катериной в какой-нибудь кабак, там я напьюсь в хлам и прорыдаюсь на плече у друга. А друг найдет мудрые слова и утрёт мне сопли.

– Мне тут на днях Лариса намекнула, что Семёнов к ней неравнодушен. Оказывает недвусмысленные знаки внимания. Так что будь осторожнее. Ты её знаешь. Если в кого вцепится…

При упоминании ненавистного имени моё сердце прострелило болью. Я судорожно вздохнула, подняла глаза на «доброжелательницу»… и тут увидела, что Зою окутывает серое марево. А в этом мареве мерцают чёрные всполохи, большая часть которых сконцентрирована в области сердца.

У меня неожиданно закружилась голова, пересохло во рту, сердце сорвалось в галоп.

Кажется, я нашла злодея. Ну, или злодей нашёл меня. Это с какой стороны посмотреть.

Я молча наблюдала за тем, как тощая крашеная брюнетка тушит окурок и неспешно покидает место регулярной кормёжки.

Курить вредно, товарищи! Это факт!

Превозмогая накатывающую дурноту, я дрожащими руками вытащила из кармана телефон. Набрала Семёнова. Он не ответил. Сделала повторный звонок. Его сбросили. По моим щекам покатились крупные злые слёзы. Я тут умираю, а он там развлекается! Вот помру сейчас, потом жалеть будешь! Всю оставшуюся жизнь!

Но помирать не хотелось. Смерть как-то не вписывалась в мои планы. Поэтому я принялась строчить сообщение, резкими движениями головы стряхивая накрывающий меня липкий туман: «Пиявка – Зоя из маркетинга». Слово «маркетинг» далось с третьей попытки. Я бросила телефон на скамейку, а сама наклонилась вперёд, свесив голову между коленями. Стало чуть полегче.

Через несколько минут послышался топот. Я повернула голову. Ко мне нёсся Семенов. Ну наконец-то! А я всё думала, когда же ты явишься меня спасать.

– Ариша!

Парень упал на лавку рядом со мной. Поднял, обнял, устроил мою голову на своём плече.

– Идти сможешь?

– Не знаю. Давай попробуем.

Приподнялась и плюхнулась обратно.

– Так, понятно. Жди. Машину сейчас подгоню. Я мигом!

Семёнов убежал, но его сменили Катя, Костик и руководитель проекта. Даже имя его произносить противно.

Засуетились вокруг меня.

Катя достала телефон. Видимо, собралась звонить в «скорую».

– Кать, не надо «скорую». Лёша сейчас машину подгонит, отвезёт в больницу.

Начальница замерла, присела рядом, посмотрела удивленно и весело.

– Арина? Это то, о чём я думаю?

– Точно нет, – постаралась говорить я как можно убедительней, но мне, похоже, не поверили.

Костик по моей просьбе принёс сумку. Вряд ли я вернусь сегодня на работу.

Во внутренний двор въехал «лексус». Семёнов выбежал из машины и в три прыжка оказался рядом. Подхватил меня на руки, как рыцарь прекрасную даму, и бережно понёс к автомобилю, потом усадил в кресло, пристегнул ремнём.

– Ну, ребята, поздравляю вас, что ли, – радостно сказала Катерина, вручая Семёнову мою сумку. Парень ошарашенно посмотрел на неё, но не произнёс ни слова. – Арина, вечером позвони, расскажи, как дела, как самочувствие.

Начальница удалилась лёгкой пружинистой походкой. Мда… Ситуация, однако…

– Что это с ней? – спросил Семёнов, выруливая из двора.

– Решила, что ты скоро станешь папой.

Семёнов поперхнулся воздухом.

– А это не так?

– Семёнов, ты в себе ли? Меня только что отвампирили по полной программе! От этого дети не появляются, если ты не в курсе.

– Одно другому не мешает. Ты как себя утром чувствовала?

– Семёнов, не беси меня! Нормально я себя чувствовала, пока не столкнулась в курилке с Зоей.

– Какого чёрта ты там делала?! Зачем тебя туда понесло?! Мы же договаривались! – орал на меня парень, словно это я была виновата во всех своих бедах.

– Мы много о чём договаривались! Но речь сейчас не об этом. Звони Захару Матвеевичу. Надо брать эту воблу, пока она не поняла, что её инкогнито раскрыли.

– Это подождёт. Пусть сначала тебя починит, а уж потом рыбу ловит.

До Управления добрались за пятнадцать минут. Семёнов со мной на руках в два прыжка поднялся по ступеням, на ходу крикнув какому-то парню, чтобы тот привёл ведуна в комнату отдыха. Меня сгрузили на диван, и через несколько минут надо мной склонилось три головы: Семёнова, ведуна и Рината. Последнего мне не хотелось видеть даже в таком состоянии.

Опер оценил мой взгляд. Обратился к Семёнову:

– Зря ты ведьму так быстро приволок. Надо было покатать пару часов по городу, глядишь, к вечеру стал бы свободным человеком.

Я захлебнулась возмущением. Собиралась уже выдать матерную тираду, но Захар Матвеевич решительно оттёр своих подчиненных в сторону, присел рядом со мной на диван, взял за руку. Положил ладонь мне на лоб. Через минуту стало хорошо. Через две – очень хорошо.