Незримые Академики - Терри Пратчетт

Трев пожал плечами.

– Мистер Натт, вы, типа, должны выяснить, какие проблемы у мистера Натта.

– Да, – сказал Натт, и его интонации слегка изменились. – Удобно ли вам, мистер Натт? Да, спасибо. Цепи почти не давят. Ошень карашо. А теперь рассказайт мне про вашу маму, мистер Натт. Это понятие мне знакомо, но у меня никогда не было матери, насколько я помню. В любом случае спасибо, что спросили.

То ли монолог, то ли диалог продолжался. Трев и Гленда сидели на ступеньках, пока тихий голос не произнес:

– О, та, библиотека. Что-нибудь такое есть в этой библиотека, мистер Натт?

– В библиотеке много книг.

– А что еще в библиотека, мистер Натт?

– В библиотеке много кресел и лестниц.

– А что еще есть в библиотека, о чем вы не желайт мне рассказывайт, мистер Натт?

Трев и Гленда подождали. Наконец послышался ответ:

– В библиотеке стоит шкаф.

– Этот шкаф какой-то особенный шкаф, мистер Натт?

Снова пауза, снова слабый тонкий голосок:

– Я не должен туда заглядывать.

– Почему он наполовину говорит как убервальдец? – спросила Гленда у Трева, забыв, какой у Натта примечательно тонкий слух.

– В исследованиях подобного рода вопросы задаются с легким убервальдским акцентом, чтобы пациент чувствовайт себя карашо и спокойно, – ответил Натт. – Я буду ошень благодарен, если вы больше не станете перебивайт.

– Извините, – сказала Гленда.

– Нишего страшного. Итак, пошему вы не должны открывайт шкаф, мистер Натт?

– Потому что я обещал ее светлости, что не буду.

– Но вы открывайт шкаф, мистер Натт?

– Я пообещал ее светлости, что не буду.

– Но вы открывайт шкаф?

Пауза.

– Я пообещал ее светлости, что не буду.

– Вы многое узнайт в замке, да, мистер Натт?

– Многое.

– Вы научились делайт отмычки, мистер Натт?

– Да.

– Где дверь сейчас, мистер Натт?

– Прямо передо мной.

– Вы уже открываль дверь раньше, мистер Натт. Вы думайт, что вы этого никогда не делаль, но вы уже делаль. Нужно, чтобы вы все-таки открываль ее теперь еще раз.

– Но то, что за ней, – очень страшно!

Двое подслушивающих вытянули шеи.

– Нишего страшного. Нет нишего страшного. В прошлом вы открываль дверь, потому что были глюпым ребенком. А теперь, чтобы понимайт, вы должны открывайт ее со всей мудростью взрослого. Открывайт же дверь, мистер Натт, и я войду туда вместе с вами.

– Но у меня нет отмычки.

– Природа вам поможет, мистер Натт.

Гленда задрожала. Возможно, у нее просто разыгралось воображение, но из свечных подвалов они как будто перенеслись совсем в другое место.

Перед Наттом тянулся коридор. Он чувствовал, как с него спадает все – цепи, одежда, плоть, мысли. Остался только коридор, по которому навстречу ему плыл шкаф со стеклянными дверцами. Свет отражался в скошенных гранях. Натт протянул руку и выставил коготь, который прошел сквозь дерево и стекло, как сквозь воздух. В шкафу была всего одна полка, а на ней – всего одна книга, с серебряной надписью на обложке. Книгу опутывали стальные цепи. Их оказалось гораздо проще снять, чем в прошлый раз. Натт сел на стул, которого до тех пор там не было, и принялся читать. Книга называлась «Орк».

Крик издал не Натт, а кто-то сверху, из путаницы труб. Худая женщина в длинном черном платье свалилась на каменные плиты и по-кошачьи огляделась. «Ведьма, что ли? – подумала Гленда, испуганная этим внезапным явлением. – Нет, больше похоже на птицу».

Существо открыло рот и закричало:

– Опасность! Опасность! Берегись! Берегись!

Оно метнулось к кушетке, но дорогу ей преградил Трев.

– Глупец! Орк съест твои глаза!

Голоса зазвучали дуэтом, потому что из мрака выскользнуло второе существо. За спиной у него развевался то ли плащ, то ли крылья. Люди-птицы непрерывно двигались, метались туда-сюда, стараясь подобраться ближе к кушетке.

– Не бо-о-ойтесь! – крикнуло одно из них. – Мы на ва-а-ашей стороне! Мы здесь, чтобы защитить вас!

Гленда, дрожа от ужаса, с трудом поднялась и скрестила руки на груди. Эта поза всегда придавала ей уверенности.

– Да кто вы вообще такие? – поинтересовалась она. – С какой стати вы сваливаетесь с потолка и орете? И с вас перья сыплются! Гадость какая. Здесь готовят еду… во всяком случае, неподалеку отсюда!

– Давайте валите отсюда! – поддержал Трев.

– Да уж, теперь они поймут, – сквозь зубы сказала Гленда. – Сразу видно, ты долго думал, что бы такое сказать.

– Вы не понимаете, – проскрипело одно из существ. Лица у них были странные, как будто кто-то скрестил птицу с женщиной. – Вам грозит огромная опасность!

– От вас? – уточнила Гленда.

– От орка! – ответила женщина-птица и разразилась криком: – Орк!!!

В тени, сидя перед открытым шкафом, призрачный Натт перевернул страницу. Он почувствовал рядом чье-то присутствие, поднял голову и увидел лицо ее светлости.

– Почему вы запретили мне открывать эту книгу?

– Потому что я хотела, чтобы ты ее прочел, – ответила она. – Ты должен был узнать правду сам. Именно так и положено ее узнавать.

– А если она ужасна?

– Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос, Натт, – произнесла ее светлость.

– Да. Ужасна она или нет, она остается правдой.

– А еще? – спросил голос, точь-в-точь учитель, подбадривающий смышленого ученика.

– А еще правду можно изменить, – сказал Натт.

– Мистер Натт – гоблин, – заявил Трев.

– Ага, ну да, – ответила женщина-птица. И эта фраза прозвучала чертовски экзотично для существа, чье лицо все более напоминало птичий клюв.

– Если я закричу, сюда сбегутся люди, – предупредила Гленда.

– И что?

«Вот именно, что? – подумала Гленда. – Они будут стоять, гадать, что случилось, и задавать те же самые вопросы, что и мы».

Она снова шагнула вперед, когда одно из созданий попыталось добраться до кушетки.

– Орк всех убьет, – произнес третий голос, и очередная тварь, от которой воняло падалью, рухнула с потолка прямо перед Глендой.

– Мистер Натт – добрый, ласковый, он никому никогда не причинял вреда, – возразила Гленда.

– Если только по заслугам, – поспешно добавил Трев.

– Но теперь орк знает, кто он такой, – сказала женщина-птица. Они втроем то наступали, то отступали, словно исполняя зловещую павану.