Чужая - Александр Сухов

— Хофофо мифый. — Услышал я в ответ. По всей видимости, Айран испытывала те же самые проблемы, что и я, а произнесенная ею фраза означала, кажется, «Хорошо, милый».

Молодец она у меня, не теряет присутствия духа даже в самой безвыходной ситуации.

— Что с нами? — задал вопрос я, получилось: «Фто ф нафи?»

Айран не успела ответить, вместо нее заговорил тот самый хмырь, что спеленал нас как слепых котят:

— С вами пока что ничего плохого. Я просто обезопасил вас от ваших же собственных глупостей. Постойте немного, отдохните. Кстати, молодые… гм… люди, выражаю вам от своего лица преогромную благодарность. Этот наглец Пайи заявился на нашу встречу с призрачным стражем и начал качать права. Видите ли, мало ему физического бессмертия и доступа в астральную базу данных. Пожелал высшего уровня посвящения. Тоже мне, еще один Темный Владыка! Смех, да и только! Вообще-то я бы и сам управился, но благодаря вашему вмешательству мне удалось сэкономить уйму времени. Вот только зря вы проявили непочтительность и неуважение к моей персоналии: один чуть мечом светящимся не зарубил, другая и вовсе пыталась развеять мою бренную плоть в атомарную пыль. Непочтительно, господа к существам высшим! И, я бы сказал, крайне недальновидно. Вот если бы вы, уничтожив призрачного стража, бросились мне в ноги и стали молить о пощаде, я бы, конечно же, учел ваши заслуги, но теперь вы погибнете вместе с этим миром. Как видите, я настолько предусмотрителен, что даже ваше появление использовал себе во благо.

— Погоди, Владыка! — громко закричал я. — Давай поговорим!

На что я надеялся в этот момент, я и сам не знаю. Наверное, умирать страшно не хотелось. Впрочем, даже если суждено погибнуть мне, Айран и Квагшу вовсе не обязательно было этого делать, поскольку они не принадлежали этому миру в той мере, которой принадлежал ему я, поэтому они имели полное право его покинуть. Все это я худо-бедно объяснил Темному Владыке своим непослушным языком. Получилось неблагозвучно, но маг (или кто он там на самом деле) понял мою мысль.

— Глупец, ты даже не понимаешь, пешками в какой игре все вы являетесь. Завтра в самом занюханном уголке бескрайней Ойкумены самая распоследняя тварь будет с пеной у рта рассказывать о том, как Темному Владыке удалось обставить этого задаваку Хороса. Я планомерно плел свою сеть, чтобы завладеть Сердцем Безумного Бога. Гм… сердца! Любите вы — смертные поэтизировать банальные вещи. Никакое это не сердце, к вашему сведению, а всего лишь сверхмощный широкополосный источник магических возмущений, созданный в незапамятные времена расой Предтеч. — Темный зло осклабился и продолжил: — Единственное, что не входило в мои планы — это то, что тебе, Хранитель, каким-то образом удастся избежать отправки в Нижние миры. Ну, ничего, все, что ни делается — все к лучшему. Не погиб на Лагоре — умрешь здесь, ибо очень скоро я проведу испытания самого страшного во вселенной оружия, в результате кусок данного континуума объемом примерно в кубический парсек схлопнется в бесконечно малую точку, а вся заключенная внутри него материя превратится в так называемую темную энергию, о существовании которой ваши ученые пока только догадываются. С этого момента все миры Метавселенной падут к моим ногам, поскольку никто не захочет разделить судьбу обитателей этого жалкого мирка, населенного жалкими безобразными тварями, возомнившими себя Царями Природы…

Боже мой! Я думал, что только в кино злодей изливает душу обреченному на смерть существу. Нет же, оказывается, на самом деле существует всемирный закон злодейской исповеди. Ну не будет ему покоя и морального удовлетворения пока он не покуражится вдоволь над существами беззащитными или спеленатыми как наша троица. Ладно, пусть выговорится, может быть, за это время сюда подоспеет отряд регистраторов во главе с Хоросом или Чигуром. В данный момент это было самое заветное мое желание. Зря я послушался Экселенце и перед тем как войти в дом не доложил обо всем дежурному. Теперь дело швах. Хороса где-то носит, Чигур ни сном, ни духом. Сейчас этот людоед активирует артефакт и наступит полный и окончательный финиш для шести с лишним миллиардов разумных существ, населяющих Землю. Интересно, каким образом он собирается покинуть обреченный мир? Ведь не будет же он тут сидеть и ждать пока вся материя данной солнечной системы трансформируется в загадочную темную энергию.

— …Короче, вы пока постойте, а я займусь делом, — завершил свою тираду Темный Владыка. Скомкано как-то закончил вовсе не в духе киношных злодеев. Похоже, решил не метать перлы своего красноречия перед ничтожными смертными существами.

Он повернулся спиной к нашей троице, нарочито демонстрируя полное небрежение к пленникам, и склонился над металлической шкатулкой, бормоча себе под нос:

— И где же тут у нас запорное устройство?.. Ага!.. Вот оно. Оригинально, оригинально!

Я еще раз попытался преодолеть узы, меня опутывающие. Ничего не получилось.

Скосил глаз, посмотрел на Квагша. Определенно стажер в полной отключке — много крови потерял, бедняжка. Хотя неизвестно, кому сейчас легче. Мне, в состоянии абсолютной невозможности помешать злодею, творить кровавое злодейство или этому парню, вполне вероятно путешествующему в настоящий момент в своих видениях по родному Большому Топкому Болоту.

Затем перевел взгляд на любимую. Айран хоть и была бледна, держалась молодцом, даже улыбнулась мне краешком рта. Удивительная женщина. Жаль, что встретились мы в столь неудачное время. Я бы, не раздумывая, сделал ей предложение. Нет, она не должна погибнуть! Лист, придумай же что-нибудь, хотя бы ради своей любви к этой женщине!

И тут мою голову посетила одна воистину гениальная мысль. Средство против Темных Владык всех мастей, между прочим, весьма эффективное все это время покоилось в моем кармане, а я как дурак, пытался проломить лбом кирпичную стену. Вот только в нынешнем моем положении это средство для меня все равно, что на обратной стороне Луны находится. Хотя, чем черт не шутит.

Я еще разок напряг мышцы глаз и начал усиленно моргать своей подруге, стараясь максимально привлечь ее внимание. Умница Айран все прекрасно сообразила и в ответ пару раз моргнула. Тихонько, чтобы не услышал Темный Владыка, прошептал:

— Айран, девочка моя, помоги хотя бы на несколько секунд освободить из оков мою правую руку.

Получилось не очень внятно, но чародейка поняла и в ответ еще несколько раз поморгала, мол, попробую. При этом в ее взгляде было столько любви и нежности, что я невольно воспрял духом — недаром заметил один мудрый человек, что именно любовь спасет мир. Вполне вероятно, я чего-то путаю, и мудрец имел в виду красоту, а не любовь, но в данный момент именно моя любовь к этой женщине должна спасти мир, как бы высокопарно это ни звучало.

В следующий момент ее лицо приобрело предельно сосредоточенное выражение, несмотря на полную атрофию, практически всех групп мышц, на ее светлом челе появилась морщинка. Какое-то время я ничего не чувствовал, но вскоре правую руку начало невыносимо щекотать. Затем в нее как будто тысячи иголочек вонзились. Неприятно, но вполне терпимо. Онемение начало отступать, чувствительность вернулась. Я с благодарностью посмотрел на побледневшую от перенапряжения Айран. И с трудом преодолевая скованность мышц, начал опускать руку вниз к набедренному карману комбинезона.