Рубин Карашэхра - Наталья Турчанинова

— Хул… слышишь?

— Да, — ответила она вслух и тут же повторила мысленно: «Слышу».

Эмил довольно улыбнулся и снова завалился на постель.

— Теперь иди.

Кажется, целовать ее он действительно не собирался.

— Ты не дашь мне карту Южных земель?

— А ты умеешь читать карты? — ехидно осведомился Эмил.

Разгневанная, Хул вскочила, одергивая платье, и зашипела от злости:

— Хватит считать меня безмозглой дурой! Я не глупее тебя, господин колдун! Давай сюда Ключ!

Посмеиваясь, полудемон запустил руку под подушку и вытащил сверкающий продолговатый корунд насыщенного алого цвета.

— Ух ты! — прошептала потрясенная Хул, любуясь драгоценным камнем. Она всегда была неравнодушна к драгоценностям, и Буллфер в прежние, благополучные времена задаривал свою красивую фаворитку прекрасными безделушками. («Ладно, подожди, мерзавец, я тебе тоже преподнесу подарочек!»)

— Хул, — строго сказал Эмил, наблюдая за быстрой сменой выражений ее лица. — Это не рубин. Не простой рубин. Его нельзя продать или носить на себе как брошку.

— Эмил, не будь идиотом! — с достоинством заявила Хул. — Я понимаю значение магических предметов.

Колдун с сомнением повел бровью, ничего не сказал, но все же помедлил секунду, прежде чем протянул ей камень. Хул осторожно взяла Ключ и залюбовалась переливами алого пламени в его глубине. Он был теплым, приятно грел ладони, и его совсем не хотелось выпускать из рук, но кошка аккуратно завернула камень в платок и убрала в мешочек, висящий на поясе.

— Не потеряй, — строго велел Эмил, ревниво следящий за ней.

— Не потеряю.

Она потуже затянула шнурки на мешочке, подняла голову и пристально посмотрела на колдуна.

— Ну… я пошла.

— Иди, — ответил он, не делая даже попытки приподняться.

Вот и все прощание. Хул постояла еще минутку, надеясь, что он скажет что-нибудь ободряющее, по-человечески милое, но колдун молчал и смотрел на нее странным, ничего не выражающим взглядом.

Хул резко отвернулась, взмахнув подолом красного платья, содрала со стены карту Южных земель, небрежно свернула ее, сунула в мешочек и вышла из комнаты, даже не взглянув на сообщника.

Спускаясь по узким стертым ступеням боковой лестницы, она чувствовала, как Ключ греет ее, и старалась не думать о своем последнем странном ощущении. Хул показалось, что Эмил просто… использует ее. Что ей на самом деле совсем не хочется идти в Южные земли добывать загадочный Рубин, все это нужно самому колдуну. Машинально поглаживая теплый корунд через ткань мешочка, Хул открыла дверь, надежно скрытую кустами от посторонних, и выбралась из замка.

Бледная тень телепорта, невидимая для людей, висела над тропинкой и ждала, когда кошка решит вернуться домой. Этой хитрости Буллфер научил свою подружку давно. Для перемещения туда-обратно совсем не нужны два телепорта. Достаточно перенести вместе с собой в голове четкий образ «ворот» и заставить его «вынырнуть» из памяти в момент появления в нужном месте, откуда решишь отправляться назад. Фокус этот срабатывал не всегда, не везде, и «ворота», с которых снимали мысленный слепок, должны были быть очень мощными, чтобы их магического заряда хватило на перенос по памяти.

Хул подняла голову, чтобы посмотреть на черные шпили башен, и пообещала себе, что вернется в этот замок с Рубином Карашэхра или… или сюда вообще не имело смысла возвращаться.

Она вошла в бледную тень телепорта и вынырнула уже в Подземелье.

Быстренько добежала до своей каморки и заперлась в ней. Что-то подсказывало: надо спешить — время, которого у нее раньше было больше, чем нужно. Демоница носилась по комнате, хватала одну вещь и тут же бросала ее, бралась за другую и снова откладывала в сторону. Рассыпала коробку с пудрой, налетела на треножник, чуть не опрокинула его и только тогда немного пришла в себя.

— Эмил!! Эмил, ты меня слышишь?!

— Да, — прозвучало в голове так отчетливо, словно он находился рядом с ней, в одной комнате. Хул растерянно огляделась, конечно же никого не увидела и немного успокоилась.

— Ты правда меня слышишь? На таком расстоянии?!

— Слышу. Тебе не обязательно говорить вслух, просто думай.

— И ты будешь слышать все мои мысли? Все?!

— Не все, только обращенные ко мне.

— А ты видишь, где я? Что я делаю?

— Сейчас нет. Но буду видеть, когда наша связь станет… крепче.

Послышалось ей или он действительно усмехнулся, произнося последнее слово.

— Ну хорошо, — произнесла Хул неуверенно, еще не зная, действительно ли хорошо то, что он может смотреть на мир ее глазами. — Тогда я буду собираться.

— Собирайся, — разрешил он снисходительно, а потом добавил немного ворчливо: — И вот еще что: будь добра, не дергай меня по пустякам. У меня нет времени, чтобы болтать с тобой через каждые полчаса.

— А когда тебя можно будет позвать? — осторожно поинтересовалась демоница.

— Когда доберешься до южной границы, — заявил он и «отключился».

— Эмил, — тихонько позвала кошка на всякий случай, ответа не дождалась, но не расстроилась. Ей тоже не очень-то хотелось, чтобы он все время сидел у нее в голове.

Ободренная мысленным разговором с сообщником, Хул вытащила вместительный кожаный мешок, подходящий, по ее мнению, для долгого путешествия, и стала складывать в него всяческие полезные вещи. Баночку с благовониями, кое-что из одежды, коробочку засахаренных каштанов (очень уж она любила это человеческое лакомство), немного косметики и, конечно же, Кошку-идола, бережно завернутую в мягкую ткань.

Потом Хул приподняла мешок и недовольно поморщилась — тяжело. Жаль, она не Высший демон — убрала бы весь походный скарб в личное пространство, и никаких забот. А так придется тащить все на себе.

Демоница взглянула в зеркало, с досадой обнаружила, что ее тщательно прорисованная маска пепельноволосой красавицы с тонкими бровями начинает безнадежно «съезжать» и сквозь нее проглядывает ее собственное, раздраженное, утомленное, злобное лицо. А его Хул не очень-то любила открывать.

В порыве злорадства подземная кошка позволила этой физиономии целиком проступить сквозь холеный, миловидный образ и подумала мстительно, каково этому эстету Буллферу было бы узнать, с кем он развлекался так долго. Какая она на самом деле! Скривил бы свою рыжую морду и велел убираться подальше. Ладно, Хозяин, полюбуйся пока на своего ангелочка.

Рывком развязав мешок, Хул безо всякого сожаления вытряхнула из него большую часть барахла, оставила только статуэтку (все-таки Кошка помогала ей иногда), карту и еще кое-какие мелочи. Ключ повесила на шею. Надвинула на злобно-безобразное лицо капюшон и, не меняя образа, вышла из комнаты.