Дикая магия - Энгус Уэллс

— Я тоже, — поддержала Ценнайра. — Но мы говорим не о себе, а о тех, кто скачет с нами, о наших союзниках и товарищах, чье доверие мы обязаны сохранить. Ты не согласен?

Каландрилл с мгновение помолчал, держа ее руки в своих и глядя ей в глаза, затем неохотно кивнул.

— Истинно, — согласился он наконец. — Ты права.

— Давай договоримся, что эта ночь будет нашей тайной — предложила она. — По крайней мере до тех пор, пока мы не доберемся до Памур-тенга и не встретимся с гиджанами. Ежели там Брахт и Катя поверят в меня всем сердцем, мы объявим им о нашей любви.

— Но ты боишься, что даже после этого они будут возражать? — спросил он. — Что тогда?

— Тогда, — сказала она, найдя вдруг в себе ранее неизвестную силу, коя передавалась от него и кою черпала она в своих чувствах к нему, — мы последуем их примеру. Ведь они тоже дали обет.

— Их… их обет, — медленно проговорил Каландрилл, — это совсем другое дело. Катя родом из страны Вану, и подобные обязательства накладывают на нее обычаи Вану. Ты из Кандахара, я из Лиссе. Над нами не довлеют подобные обычаи.

— И все же мне кажется, что так будет лучше, — настаивала Ценнайра.

— Возможно, — согласился он и ухмыльнулся, — но я не из Вану и не из Куан-на'Фора, и я вовсе не уверен, что смогу сдержать такой обет.

— Ты думаешь, мне будет легко? — спросила она, отвечая улыбкой на улыбку. — Для меня это будет очень трудно.

Сейчас Каландрилл походил на ребенка, у которого отобрали любимую игрушку; Ценнайра не сдержалась и рассмеялась. Обхватив его лицо ладонями, она быстро поцеловала его, но тут же отстранилась, чтобы он не успел прижать ее к себе, а то они вновь повалятся на кровать, и тогда им ничего уже не скрыть от товарищей.

— Послушай, — сказала она, держа его на расстоянии вытянутых рук, — давай остановимся на этом, по крайней мере до Памур-тенга. А после поговорим еще раз, хорошо?

Он несколько мгновений смотрел на нее, потом со вздохом кивнул.

— До Памур-тенга… Там мы остановимся на день или два, на ночь или две…

В глазах его был вопрос; она кивнула и произнесла:

— Если обещаешь сохранить это в тайне, то да, приходи ко мне, я всегда тебе рада.

— А если все же гиджанам удастся убедить Брахта? — спросил Каландрилл.

— Тогда все прекрасно.

— А если все же и они его не убедят? — настаивал он. — Что тогда?

— Тогда мы примем обет, — ответила Ценнайра, — до Анвар-тенга.

Каландрилл нахмурился, потемнел лицом, но в следующее мгновение улыбнулся и сказал:

— Где нас ждут вазирь-нарумасу, кои с благословения богов вернут тебе сердце, и тогда никто не сможет возражать.

Ценнайра томно улыбнулась и едва слышно ответила:

— Если будет на то воля богов. Я молюсь об этом.

— Я тоже, — заявил он густым басом. Потом быстро протянул руки, взял ее за ладони, не дав возможности отступить, и, придвинув к себе, с серьезным лицом произнес:

— И если будет суждено нам довести до конца наше дело и доставить «Заветную книгу» в Вану, где она будет уничтожена, я прошу тебя, получишь ты назад сердце или нет: будь моей женой.

Бывшая профессия научила Ценнайру краснеть, когда в этом появлялась необходимость, но сейчас она покраснела, даже не успев подумать.

— Ты хочешь на мне жениться? — спросила она. — Несмотря на то, что знаешь про меня?

— Да! — воскликнул Каландрилл с искренностью, звеневшей в его голосе. — Так каков будет твой ответ?

— Для меня это будет честью, — прошептала Ценнайра.

— Нет, — возразил он, — честью это будет для меня.

— Да будет так, я отдаю тебе сердце.

Они едва не рассмеялись, потому что все, что до сих пор их разделяло, осталось позади и казалось теперь мелочным. Они нежно поцеловались, но, почувствовав, как страсть овладевает Каландриллом, Ценнайра взяла себя в руки и отстранилась.

— Нет, не сейчас, не надо, — едва переводя дыхание, сказала она. — Мы дали обет до Памур-тенга. Иди, а то мы разоблачим себя.

— Мне будет нелегко, — заявил он, и она кивнула:

— Мне тоже, — и мягко подтолкнула его к двери.

Каландрилл чуть задержался и внимательно посмотрел на нее, словно хотел навеки запомнить ее черты. Он коснулся ее щеки, и она на мгновение прижала его ладонь, наслаждаясь теплом мозолистой руки, но в следующее мгновение отступила и жестом попросила его идти.

Он вздохнул и послушно кивнул, толкнул дверь и вышел в проход.

Здесь стоял полумрак, потому что лампы не было, а света, проникавшего в коридор через единственное окно в дальнем его конце, не хватало: солнце едва-едва всплыло над восточным горизонтом. Из комнат снизу до его ушей долетали разные звуки, но в коридоре никого не было, и он направился к своей опочивальне. И уже дошел до двери, когда из противоположной опочивальни вышел Очен.

Вазирь был одет по-походному. В полумраке коридора лицо его белело смутным пятном, но Каландриллу показалось, что колдун улыбается. Когда же Очен подошел поближе, подняв руку в приветствии или благословении, Каландрилл в этом уже не сомневался.

— Надеюсь, — пробормотал колдун с легкой усмешкой в голосе, — ты провел приятную ночь.

— Истинно, — кивнул Каландрилл и замолчал, не зная, что сказать.

Он был в замешательстве, опасаясь, что Очен начнет журить его.

— Ценнайра тоже?

— Да.

Очен понимающе улыбнулся.

— То, что происходит между тобой и ею, касается только тебя и ее, более никого. Я дам тебе благословение, если ты его ищешь, и совет, если ты его хочешь.

— Мне нужно и то, и другое, — признался Каландрилл.

— Считай, что благословение мое ты уже получил, — сказал Очен, — от всего сердца. Что же до совета, то… я думаю, тебе лучше не рассказывать об этом товарищам.

— Мы так и договорились, — пояснил Каландрилл. — По крайней мере мы сохраним все в тайне до Памур-тенга. Что случится после, будет зависеть от того, что скажут гиджаны, и от того, поверят ли в их слова Брахт и Катя.

— Мудрое решение, — заметил колдун.

Каландрилл благодарно кивнул, помолчал и добавил:

— Мы говорили о том, что нужно вернуть Ценнайре сердце, забрав его в Нхур-Джабале. Возможно ли подобное?

— Она этого желает? — спросил Очен.

— Да, — подтвердил Каландрилл, — спроси ее, и она скажет тебе то же.

— Отлично. — Вазирь расплылся в улыбке, но тут же посерьезнел и сказал: — Подобное возможно, но необходима мощная магия. И это опасно. Один я не в силах этого сделать, однако с помощью вазирь-нарумасу… Да, думаю, они помогут.