Близится буря - Андрей Круз

Не промахнуться… сначала того, что на смену идет, точнее, уже пришел, вон они, разговаривают, я голоса слышу, слов только не разберу.

В голову… Тут пуля летит по дуге, пристреляно оружие на сотню, здесь меньше… так что поправочку… на глазок… при этом прицела почти не видно…

Легкий вдох без выдоха, локти упираются в песок…

Прицел замер как влитой…

Спуск.

Хлопок, рывок рычага, вылет горячей гильзы, и вижу, что не убит. Попал я в него, но он не упал, за шею схватился, стоит на ногах. А второй сразу же дернул в караульную будку, в укрытие. Я стрельнул в него, тоже не попал, выстрелил опять в первого, идущего неровным шагом куда-то в сторону дома, опять попал и опять не убил, но он все же свалился на колени.

А затем из будки караульного грохнул уже настоящий выстрел.

Куда прошла пуля — не знаю, мне показалось, что стрелок пока так и не разглядел, откуда велся огонь, ведь вспышек никаких не было, он только так, направление уловил, но этого хватило для того, чтобы наша тайная операция превратилась в явную.

Серафим Рыбин пальнул из «павловки», сразу свалив стрелка, прикрытого лишь толстыми досками, — от винтовочной пули они никак не защита. Опять же убил или ранил — этого мы не знаем.

С дальнего конца усадьбы сразу же донесся треск нескольких выстрелов, но что там и как — понятия не имею. Обнадежило то, что звук опять же патрона винтовочного, а караульный, который туда топал, нес абордажный карабин, а у того, которого он должен был сменить, я не разглядел толком, что за оружие, так что не знаю.

— Все, бегом за мной! — скомандовал я, вскакивая на ноги. — Лука, контроль!

Теперь уже не скрытность, теперь быстрота решает все. Лука же пусть убедится в том, что нам в спину стрелять не станут, так что никакой жестокости, это голый практицизм, в его военной форме.

Добежали до выложенной камнем дорожки — стало легче, наподдали. Из окон пока не стреляют.

Добежали почти что до самого края террасы, когда из окна первого этажа грохнул первый выстрел, по звуку — карабин под револьверный, не перепутаешь.

Сам Белый? Сомневаюсь, он сейчас спать был должен, а спальни всегда на втором этаже, значит, и стрелять он будет со второго.

— Держи его там! — скомандовал я Серафиму, который, кивнув, тут же несколько раз выстрелил в сторону окна из револьвера, просто подняв руку над полом террасы, а я сам, пригнувшись и прикрываясь настилом террасы, побежал в обход.

Дом этот строился не под оборону, слишком много мертвых зон, хотя бы та же терраса — помост на низких сваях, под которым можно добраться докуда угодно, пусть сам дом стоит все же на каменном фундаменте. Вот я так под краем этого самого помоста до угла на четвереньках добрался, высунулся, уже держа карабин наготове, никого не увидел, вскарабкался на террасу, подскочил к первому окну от угла.

Стекол сейчас здесь нет, сетка в окнах. Из-за нее никто не стреляет пока, поэтому рискнул, махнул ножом сверху вниз и вбок, затем просто перешагнул в комнату — подоконники здесь низкие.

Никого. Где-то рядом, прямо за стенкой, кажется, вновь хлопнул карабин, еще выстрелы донеслись с противоположной стороны дома.

Так, где я? Что-то вроде гостевой спальни, кажется. Кровать не застелена, мебель чехлами накрыта — никто тут не гостевал в последнее время. Дверь? Дверь открыта оказалась, только ручку повернул. За ней сразу большой зал, в середине него лестница на второй этаж. Глянул за угол — человек стоит на колене у окна, с винтовкой, дергается, нервничает. Рубашка светлая — уже не наш, поэтому пальнул в него смело, не задумываясь. На этот раз попал точно, прямо в затылок, он как подкошенный свалился.

— Серафим, чисто! — крикнул я, надеясь на то, что Серафим по запалу крика моего не пропустит.

Не пропустил. Я уже на лестницу подниматься начал, когда Серафим ввалился в окно. Где-то еще стреляют с первого, и по первому до кучи, но, к нашему счастью, не там, где мы сейчас, второй охранник где-то в дальнем от нас углу этажа окопался, отстреливается.

— Луку за мной направь, а сам помоги с тем справиться.

— Понял!

Ну и молодец, раз понял.

На втором этаже большая комната вроде очередной гостиной, куда лестница выходит, от нее в оба крыла по коридору, в каждом коридоре двери в «морскую» сторону и окна в противоположную. Ну и где искать Белого? Где хозяйская спальня может быть?

По второму этажу с той стороны тоже терраса идет, из-за нее, кстати, в близко подошедшего противника стрелять не получится: перекрывает она весь обзор к чертовой матери. По террасе ползком можно к любому окну подобраться, но если тебя на ней застанут — укрыться негде.

Плохое место и для обороны, и для нападения, лабиринт какой-то, где на каждом шагу место для засады и в каждую точку можно пройти с разных сторон, да еще и с этажа этого при желании можно спрыгнуть в любую сторону: там песок внизу, так что все на везение, никакая тактика тут не сработает. Одному соваться — вообще идиотом быть надо.

Поднялся ко мне Лука, стрельба снизу прекратилась. Зато во дворе усадьбы уже крик и шум, голоса все больше женские — перепуганная прислуга в панике, похоже. Пару раз револьвер стрельнул, затем я голос Байкина услышал — он пытался публику по их жилищам разогнать, чтобы под ногами не путались.

Так, ладно, хватит сопли жевать, Серафим с Леонтием снизу поднимаются, нас тут уже четверо получается.

— Вы двое, держите проходы. — Я показал пальцем на коридоры в обе стороны. — Лука, давай за мной, прикрываешь меня.

Карабин я отложил — не от кого звук уже прятать, — вооружился револьвером. Стараясь идти так, чтобы резиновые подошвы не скрипнули на навощенном полу, перебрался к двери, что на террасу ведет, прислушался — тихо вроде. Но это именно что вроде, за посторонним шумом тут что угодно пропустить можно.

Затем где-то послышался приглушенный хлопок, а по деревянному полу покатилось что-то шипящее и тяжелое.

— Граната!

Мне до двери на террасу один шаг, так что его ноги сделали сами, до того как мозги включились. Следом за мной ломанулся Лука, сзади гулко и дымно грохнуло, но в этот момент я уже изо всех сил бежал по самой террасе к двери, что виднелась между дальними двумя окнами. Там его спальня, оттуда он гранату кинул.

Дверь приоткрыта, так что я через нее бомбой пролетел, рассчитывая на то, что Белый сам взрыв пережидает и никто в меня не выстрелит. Не успел.

Белый был в комнате, и был не один — за кроватью, забившись в угол, сидели две голые женщины. Ровно в тот момент, когда я влетел в спальню, пират собирался метнуть в коридор следующую гранату. И когда увидел меня, то просто швырнул ее мне навстречу.

Мне даже показалось, что он пытался попасть ею мне прямо в голову, но я увернулся. Тяжелый металлический цилиндр пролетел мимо, угодил в стенку, отрикошетил от нее на пол, а я прыжком сиганул на кровать, пытаясь залечь плашмя в расчете на то, что меня прикроет массивная спинка, достающая пола, и сам матрас: он оказывался между мной и гранатой. И успел заметить, что Белый бросился в эту же сторону, за кровать — других укрытий в комнате больше не было.