Путь императора - Александр Мазин

– Пират,– сказал помощник Управителя.– Кривой меч, круглый щит.

Кушога осклабился. Хархаздагал предоставил ему биться привычным оружием.

И наконец, последний.

Этот – лет на десять старше самого старшего из семи остальных. Помощник Управителя догадывался, почему выбор Мертвого Глаза пал на этого гладиатора. Восьмой родился в Самери. Должно быть, Жеб считал его земляком Хархаздагала и рассчитывал досадить. Досадить горцу, подставив под удар равнинника? Ха! Вольноотпущенник никогда не поймет, что рожденный в Ашских горах делит всех людей на две неравные части: воинов горных кланов и всех остальных. Равнинник из Самери для горца ничуть не ближе, чем равнинник из Фетиса. Впрочем, самериец не будет лишним. Крепкий парень.

– Кремень,– нарек его помощник Управителя.– Прямой меч, длинный щит, тяжелый доспех.

Хархаздагал еще раз оглядел строй будущих Черных.

– Кто хочет умереть,– сказал он,– два шага вперед.

Желающих не оказалось.

– Биться будете тройками,– сказал горец.– Кто станет защищать только себя – умрет наверняка. Первая тройка – Гвоздь, Зубастый, Угар. Старший – Гвоздь. Угар – левый, Зубастый – правый. Вторая тройка – Бунтовщик, Пират, Бос. Старший – Пират. Бунтовщик – левый, Бос – правый. Третья тройка – Кремень, Люшар. Вопросы?

– А нас только двое,– сообщил с глубокомысленным видом Люшар.

Бос хихикнул.

– Третий – победитель первой пары,– спокойно ответил Хархаздагал.– Пока за него буду я. Третья тройка – главная. Ее лидер будет убивать, а дело остальных – не дать убить его. Ясно? То же касается и старших двух других троек. Их спина – левый. Их щит – правый. Ясно? Вопросы?

Вопросов не было.

– Построение ваше такое…– Хархаздагал древком копья принялся чертить на песке.

Будущие Черные глядели во все глаза. Им больше не казалось, что их выбрали на убой.

– У тебя сильный противник,– сказал Хархаздагал Фаргалу.

– Я его убью,– заявил эгерини уверенно.– Меня учил ты.

– Его тоже учил я,– заметил горец.– Громобой – один из лучших среди Потерявших Жизнь. Он опытнее и хитрее. Если он успеет тебя раскусить, ты проиграл.

– Я его убью,– мрачно повторил Фаргал.

– Допустим,– кивнул Хархаздагал.– Ты его убьешь – и при этом останешься на ногах. Тогда тебе придется возглавить Черных, а каковы нынче будут Черные, тебе известно.

– Я убью всех,– сказал Фаргал.– Сам.

– Хорошо,– кивнул горец.– Ты убьешь их всех.

Хархаздагал не разделял уверенности Фаргала. Больше того, он догадывался, что молодой воин тоже не настолько уверен в победе, насколько старается показать. Если Фаргала убьют, окажется, что Хархаздагал не выполнил поручения старейшин. Но если Хархаздагал попробует уберечь от боя того, к кому, как сказано, следует относиться как к кровному родичу, это позор для всего клана Горы Ветров.

Но пусть у парня будет еще одно преимущество. Никто во Дворе на знает, как сражается Фаргал (Хархаздагал всегда тренировал его с глазу на глаз), но сам он должен знать, чего ожидать от противников. И от соратников тоже, поскольку девять отборных гладиаторов – это много даже для такого воина, как Хархаздагал, не говоря о его ученике, пусть даже дьявольски способном.

– Пойдем,– сказал самериец.– Посмотришь на тех, с кем выйдешь на Арену.

* * *

Хархаздагал подвел его к окну. Сверху Фаргал увидел обширный, присыпанный желтым песком двор, в котором тренировалось человек тридцать гладиаторов.

– Твои – справа,– сказал горец.

Эгерини взглянул в указанном направлении и увидел восьмерых воинов в полном вооружении, выстроившихся шеренгой и шеренгой же перемещавшихся. Двигались они красиво, щит к щиту, ровный ряд копий. Еще один человек, в котором Фаргал узнал младшего наставника Вакуша, звонко командовал:

– Враг слева! Враг справа! Двойная атака: сзади и с фронта!

По последней команде гладиаторы перестроились. Четверо, описав копьями в воздухе полукруг, развернулись спиной к остальным. Слаженно, четко, но, как решил Фаргал, недостаточно быстро для хорошей атаки. У эгерини зародилась мысль, которую следовало обдумать.

– Обрати внимание на второго слева,– сказал Хархаздагал.

Фаргал обратил, но ничего особенного не заметил. Крепкий боец. Разве что рыжий?

– Его зовут Полосун, и он терпеть не может работать копьем. Я никогда бы не поставил его к Зеленым. При первой же возможности он захватит меч кого-нибудь из твоих. Если ты победишь Громобоя,– добавил Хархаздагал на всякий случай, чтобы не дразнить Судьбу.– Полосун – хороший боец, но сейчас он – слабое место. Запомни.

Фаргал запомнил, но, как ни приглядывался, не мог найти изъяна в действиях рыжего. Может, Полосун и не любил копье, но пользоваться им умел.

Фаргал отвлекся, разглядывая других гладиаторов. Молодой воин нашел, что большинство работает очень неплохо. Очень неплохо!

Локоть Хархаздагала воткнулся эгерини в бок.

– Не глазеть! – рявкнул горец.– Дважды говорить не буду.

– Прости!

– У тебя только один шанс,– обычным голосом произнес Хархаздагал.– Ты должен разбить их строй. Если шеренга Зеленых разом двинет на твоих сопляков, половина покажет спину, а вторую половину нанижут на вертела раньше, чем ты мигнешь.

– А как мне разбить их строй? – спросил Фаргал, наблюдая за отточенными движениями восьмерки.

– Придумаешь,– сухо ответил Хархаздагал.– На флангах у них лучшие бойцы: Передон – тот, что слева,– десять лет служил наемником и во Дворе уже шестой год. Вполне мог бы сам возглавить партию. Справа – Уголь. Мать его была рабыней с архипелага. Он родился здесь, во Дворе, и вышел на Арену в шестнадцать лет. Сейчас ему двадцать восемь. Очень ловок и очень хитер. Рядом с ним Соловей. Не мастер, но драться умеет. Слева от Соловья – Борона. Силен, как буйвол, но умом не блещет.– Хархаздагал хмыкнул, затем продолжал: – Следующий – Смерч. Впадает в безумие от запаха крови и становится очень опасен. Вам повезет, если вы свалите его раньше. Грохот и Бугай. Твои земляки-эгерини. Держатся друг за друга и вместе стоят троих. Это все. Теперь смотри и запоминай.

И Хархаздагал ушел, оставив эгерини у окна.

* * *

Старший советник Трона благородный Саконнин с жалостью глядел на своего Императора.

– Пусть только сунутся на наш берег Агры,– говорил Йорганкеш.– Пусть только сунутся – и мы втопчем их в грязь!

Старший советник мог бы напомнить, что южный берег Агры тоже принадлежит Карнагрии, но промолчал. Саконнин был лоялен по отношению к Йорганкешу, потому что Император есть Император. Но если так пойдет дальше, Карнагрия развалится на части.

– Тысяцкий Черных Андасан мог бы возглавить войско, пока ты в столице,– осторожно предложил Саконнин.– Андасан неплохо показал себя три года назад в пограничных стычках с эгерини.