Сердце дезертира - Алексей Степанов

— Всё кончилось уже, милая, всё! Вернёмся и больше никогда сюда не придём!

Она подняла к нему заплаканное лицо.

— Идиот! Перстни, цепочки… На Шейхе столько всего было… И всё разлетелось! Я ничего не успела подобрать!

— Какая же ты дура! — Рябой сам чуть не заплакал от нежности. — Зону не понять, так хоть ты всегда одинаковая!

Как Гоша ни торопил, минут пятнадцать понадобилось, чтобы все привели себя в порядок и были готовы идти. Вперёд вышел было Насвай, но Рябой дал хорошего пинка Фариду, который изо всех сил старался быть незаметным.

— Мы что, зря тебя тащим? Отмычкой поработаешь!

— Вообще-то я очень плохо вижу без очков, — попробовал протестовать Фарид. — К тому же я много знаю. Больше всех. Я многое могу рассказать, и этот рассказ, возможно, будет стоить денег…

— Деньги — это за Периметром! — оборвал его Гоша. — Вот в ту сторону и шуруй. Пошёл!

Спустя пару сотен шагов все, кроме Фарида, втянулись в обычный ритм. Замыкающий оглядывается, середка берёт на себя фланги — обычная сталкерская ходка. Это успокаивало. Будто и не было ничего: ни загадочной Норис, ни странного контролёра, ни чудаковатого Шейха, и правда обладавшего могуществом, пусть недолго, ни внезапной смерти Дезертира… Когда группа наткнулась на слепых псов и приняла короткий бой, разговоры и вовсе перешли на обычные темы.

— Голову лучше Абу, Бубне или припрятать и посмотреть, кто больше заплатит? — прикидывал Насвай. — Ну ладно, за Периметр выйдем — разберёмся! А выйдем, наверное, легко! Два Выброса подряд, когда такое было? Вояки в панике. Наверное, вообще в город убежали! Ты что, Фарид?

Секретарь встал как вкопанный и молча указал рукой вперёд. На тропе стоял Шейх собственной персоной. Грязный, оборванный, похудевший, но живой. Узнав Рябого, Шейх вроде бы смутился, но всё равно подбежал бегом к выставившим ему навстречу оружие сталкерам и бойко что-то затараторил по-своему.

— Отлично, — сказал Гоша. — Если я свихнусь — пристрелите меня, пожалуйста. Но пока я вроде в порядке, а свихнулась Зона.

— А может, одну голову — Бубне, а вторую — Абу? — предложил Насвай. — Вдвойне заплатят.

— Не унывай, жандарм, но ещё лучше помолчи! — попросил его Рябой. — Фарид, что он там несёт?

— Говорит, что убежал от контролёра, когда на мутанта упало дерево во время Выброса, — сказал побледневший секретарь.

Шейх часто закивал и ещё начал тыкать в Фарида пальцем.

— Неправильно! Неправильно!

— Что неправильно? — Рябой направил автомат на Фарида.

— Ну, ещё говорит, что я ушёл к центру Янтарного озера навсегда, — признался секретарь. — Чушь какая-то.

— Настоящая голова только одна, — вздохнул Рябой. — И ту, что у меня в пакете, я рассмотрел как следует. Так что…

— Надо подумать! — заспорил Гоша. — В Зоне такие вещи творятся, о каких я и не слышал прежде. Поэтому…

Грохнул выстрел, и Шейх повалился с простреленной головой. Все повернулись к Флер.

— А чего огород городить? — удивлённо спросила она, вешая на плечо АК. — Вы на руки его посмотрите. Настоящий Шейх был там. Зона может копии людей сколько угодно плодить, но копии бриллиантов — это и ей слабо…

Гоша, матюгнувшись, подошёл к трупу, сунул палец в рану и понюхал кровь.

— Гниль! — тут же сказал он. — Псевдожизнь. В кои-то веки Флер права.

«Так-то оно так… — думал Рябой, оглядываясь на оставшийся на тропе труп, к которому уже подбирались вездесущие крысы. — Так-то оно так, только что получается? Зачем Зона нам его подсунула? Логику её, наверное, и правда не понять. Но я и сам видел, как Фарид уходил к Янтарному озеру. Может быть, нас предупредить хотели? А кто? Разобраться бы с ним, да только отмычка всегда пригодится, а стрелять уже просто надоело…»

Решив, что это дело может подождать и до Чернобыля-4, Рябой стал прикидывать про себя, сколько им заплатит Бубна. Это было куда приятнее.