Эсми Солнечный Ветер - Анна Гаврилова

Как ни странно, поход по магазинам увлек. Качество товаров, конечно, было непривычным, но я реально втянулась. В итоге получила удивительный опыт — покопалась в развалах, нанюхалась дешевых духов и накупила целую сумку всякой… явно ненужной всячины.

Но покупки, конечно, не главное. Смысл в обстановке, в которую я попала. Она была иной, очень далекой от того, что я видела на Риторе раньше.

Нет, ничего сверхъестественного или пугающего — просто по-другому. Другие люди, другие вкусы и заботы, проблемы и устремления.

Пожалуй, если бы я выросла в среде риторской или какой-либо иной аристократии, я бы ужаснулась. Однако мое прошлое ни особой роскошью, ни благополучием не отличалось, поэтому… я просто смотрела. Наблюдала и пыталась почувствовать царящую вокруг атмосферу. Это было интересно.

Все то же прошлое давало возможность не паниковать. Не озираться, не шарахаться, не вздрагивать. Более того, как по мне — я вполне успешно сливалась с окружающим миром. Если и выделялась, то лишь чуть-чуть.

Впрочем, минусы тут тоже были. Вернее, один, но очень жирный… Дело в том, что окружающие, в отличие от меня, от новостей не бегали. Хуже того — интересовались и активно обсуждали. И так как заткнуть уши я не могла, то…

Во-первых, я узнала о том, что новость о покушении прошла не только по подпольным каналам — центральное галавидение Риторы тоже заговорило.

Во-вторых, мне стало известно о создании оперативного штаба для поиска… ну, собственно говоря, меня.

В-третьих, я услышала о вознаграждении, назначенном за помощь и достоверную информацию, и сумма вызвала легкий шок. Целое состояние. Особенно с точки зрения трущоб.

Но настоящее любопытство вызвало кое-что другое…

В одном из магазинов я выбрала пару футболок и, придя к выводу, что на этом все, отправилась на кассу. Однако обслуживать покупательницу никто не спешил — продавщица была занята разговором с заскочившей к ней… ну, видимо, подругой.

— Эр Руз облажался, — безапелляционно, и явно не в первый раз, сказала «подруга». — Он не должен был такого допускать. Не имел права!

— Но он же не всесилен, — возразила продавщица. — И рук у него только две. И глаз — не десять!

— А при его возможностях десяти глаз и не нужно, — не пожелала согласиться «подруга». — С его властью и деньжищами даже одного глаза достаточно.

Продавщица состроила гримасу, призванную донести до собеседницы, что та — тупица. Однако женщина не прониклась и продолжила гнуть свое:

— Он притащил девочку на нашу планету, втравил в эти игры, а безопасность не обеспечил. А ты берешься его защищать? — И после короткой паузы: — Как по мне, это не мужик. И такой император нам точно не нужен.

Вот теперь продавщица не только гримасу состроила, но и глаза закатила. Ответила, причем весьма эмоционально:

— Так на это и расчет!

И тоже после паузы:

— Ты разве не понимаешь, что для этого все и затеяно. У Тами было единственное слабое место, по нему-то и ударили. И самое обидное, не просчитались. Леди Эсми, конечно, выжила, но такие курицы, как ты, — продавщица кивнула на «подругу», — еще лет сто вопить будут.

Удивительно, но «подруга» не обиделась. Только приосанилась и горделиво вздернула подбородок.

А продавщица продолжила:

— И вообще, ты рассуждаешь так, будто ему самому это покушение надо. Будто он даже не почесался, чтобы ее защитить. А то, что на него теперь весь Альянс окрысился, — это так, побоку. И все вот эти международные расследования… Тами прямо спал и видел, как бы во что-нибудь эдакое влезть.

Реагировать на спор не хотелось, но при упоминании Альянса я непроизвольно закашлялась. С самого начала понимала, что межпланетная общественность вмешается, но не думала, что это случится так скоро, буквально через сутки.

Интересно, как в Альянсе узнали? Лейла донесла Стиритту? Или… Впрочем, какая разница?

— Можно? — пользуясь тем, что клиента таки заметили, спросила я. И протянула выбранные футболки.

Продавщица неохотно взяла вещи, потом еще более неохотно приняла наличные, а едва я устремилась прочь, вернулась к спору:

— По мне, тут нужно обвинять не Тами, а Ксанроса. Если бы наш император не тормозил с объявлением преемника…

Дальше я уже не слышала. Могла немного задержаться и погреть уши, но зачем?

Вместо этого предпочла выйти на улицу и замереть, подставив лицо теплому солнцу. Мне было не то чтоб хорошо, но почти. Мысли и сомнения могли подождать.

Хотя одна мысль сквозь возведенный барьер все-таки пробилась… Женщины рассуждали так, будто точно знали — Тамир к отключению ЗОТУ не причастен. Интересно, почему?

Когда я решила, что с шопингом пора заканчивать, набрела на рынок. Он располагался прямо под открытым небом, на довольно небольшой площадке. И торговали здесь в основном фруктами. Пройти мимо? Нет, я не могла.

В результате снова окунулась в непривычную, но весьма любопытную атмосферу. Запахи, гомон, какие-то споры и такая понятная, но все еще непривычная речь.

Да, во «втором гигаполисе» разговаривали исключительно на местных наречиях. Причем в секторе Риб-16, куда я попала изначально, использовали одно, а тут, в секторе Нотро, — абсолютно другое. Ну а на рынке смешались, кажется, все! Это звучало так интересно, что я невольно заслушалась.

Еще вспомнила о Тамире — ведь именно он вложил в мою голову знание риторских языков. Интересно, если бы муж мог предвидеть, насколько это пригодится, он бы поступил так же?

Впрочем, стоп. Никаких выводов и тем более обвинений. Не сейчас. Для начала нужно унять эмоции.

Не сразу, но я все же сумела абстрагироваться. Вновь забыть о Тамире, чтобы сосредоточиться на окружающей суете — на развернутом под открытым небом рынке.

Первые минуты просто ходила и, что называется, впитывала, а потом тоже в эту жизнь влилась. Попробовала торговаться, слегка пококетничала с каким-то парнем и, конечно, купила фруктов. Они оказались на удивление свежими и сочными. Ничуть не хуже тех, что подавались к столу в доме свекрови.

Пообедала тоже здесь, в мобильной кафешке. Заодно познакомилась с одной из разновидностей местного фастфуда — мясом, завернутым в большой съедобный лист.

Единственное — чуть не прокололась, едва не спросила у повара, как растение, которому этот лист принадлежит, называется. Но вовремя опомнилась и благоразумно прикусила язык.

А когда уселась за столик и принялась жевать, поняла — все, с бегством от новостей пора заканчивать. Просто, сама того не желая, услышала еще один довольно специфический разговор…

— И все-таки леди Эсми повела себя странно, — заявил какой-то мужчина. — Видел, как она среагировала? Нет, ну ты видел?

— Да все видели, — пробормотал его собеседник. Оба сидели за соседним столиком, совсем рядом со мной.