Часодеи. Часовое сердце - Наталья Щерба

А к вечеру полил дождь. Он не прекратился и ночью, наоборот — усилился. Где-то далеко-далеко громыхало со страшной силой, иногда небо освещалось могучей ветвистой молнией; через распахнутое окно в комнату то и дело врывался ветер, творя в разбросанных повсюду вещах еще больший беспорядок.

В домике номер 22 еще не спали.

Заложив руки за голову, Ник лежал на кровати.

— Из-за такого ливня могут Игру отменить, — глубокомысленно заметил он. — В лесу грязно будет. Как думаешь?

Несмотря на непогоду, Фэш сидел на подоконнике, поджав ноги. Казалось, он глубоко задумался, но вопрос друга услышал.

— Тебя волнует эта Игра? Наши дела куда важнее.

Ник сел в кровати и порывисто произнес:

— Тогда давай просто заберем карту у вожатого. Сейчас!

Фэш окинул его снисходительным взглядом.

— Я тоже думал над этим. Но это нечестно. Да и представь, какой случится в лагере переполох! Зачем нам лишний шум? Астариус и твой отец точно не одобрят.

— Нечестно?! — Ник покосился на друга с недоумением. — Наша планета может погибнуть!

— Все будет хорошо, — рассеянно произнес Фэш, явно продолжая размышлять о чем-то своем. — Мы заберем карту и останемся в лесу, пока не расцветет Алый Цветок. Василиса перережет стебель… — Он замолк, будто сбился с мысли. Но тут же встрепенулся: — Нам останется только охранять ее от остальных. И не дать Марку забрать уже срезанный Алый Цветок.

Ник согласно покивал.

— Не могу понять, почему Василиса все забыла? — сказал он, чуть погодя. — Как думаешь, может, она узнала нечто важное, когда путешествовала в прошлом, и просто не хочет нам говорить?

Поморщившись, будто съел что-то гадкое, Фэш рассерженно мотнул головой:

— Не мели ерунды! Все с ней в порядке. Наверное, просто волнуется. Девчонка ведь.

Ник явно хотел возразить, но, видя, что Фэш не расположен разговаривать, залез под одеяло.

— Ладно, завтра разберемся, — пробормотал мальчик, закрывая глаза. — Надо выспаться…

Фэш остался сидеть на подоконнике в той же позе: сцепив руки под подбородком, он смотрел на опустевшую из-за дождя и позднего времени дорожку, едва освещаемую тусклым светом фонарей.

Вернулись соседи — двое футболистов. Мокрые с ног до головы, они долго и шумно возились, перебирая вещи и обсуждая лагерные дела, но вскоре улеглись спать и затихли.

А дождь все лил и лил… Внезапно громыхнуло с особой силой — где-то близко, у леса. Фэш с тревогой посмотрел на Ника, но тот крепко спал. Еще минуту мальчишка сидел, не шелохнувшись, чутко прислушиваясь к дыханию друга. После чего пригнулся и бесшумно соскользнул в мокрую траву, под яростный ливень.

По дороге к потайному лазу ему никто не встретился, и он незамеченным выбрался за территорию лагеря. Пришлось бежать напролом, сквозь тонкие и хлесткие ветки, стегавшие по лицу, плечам и спине; бежать быстро, чтобы успеть вовремя.

Несколько раз он падал, поскользнувшись на мокрой земле, но тут же поднимался и продолжал свой путь. Фэш думал только о том, чтобы его как можно скорее нашел следящий огонек, ведущий к замку Змиулан. Вскоре тот показался — маленький огненный шарик, похожий на шаровую молнию, повертелся возле его носа и, увлекая, повел в самую чащу.

Возле турбийона его ждали. Одинокая фигура девчонки, закутанной в плащ, со смешной широкополой шляпой на голове.

Он без особого труда узнал Захарру — вернее, догадался, что это может быть только она.

— Ты что з-здесь делаешь?

Фэш, хоть и бежал, сильно промок и замерз, поэтому у него зуб на зуб не попадал.

— Он знал, что ты придешь, — громко, чтобы перекрыть шум дождя, произнесла Захарра. Мальчик не видел лица сестры, но по голосу понял, что она очень переживает.

И правильно делает — есть причины для волнения.

— Да, он не ошибся, как всегда… Мне нужно с ним поговорить.

За дождевой завесой Фэш все-таки разглядел лестницу: проход в замок был открыт.

Захарра молча развернулась и знаком попросила следовать за ней.

Астрагор сидел в своем излюбленном кресле с высокой узорной спинкой и рассеянным взором смотрел в окно, где продолжала бушевать гроза: тоскливо и страшно завывал ветер, бросая пригоршни капель в оконное стекло. В камине, сделанном в виде пасти золотогривого льва, Дух помешивал жаркие красные угли и молчал, еще больше нагоняя страх на Фэша — своего бывшего ученика, одного из лучших. Невольно взгляд мальчика перенесся на странную картину в золотой раме, расположенную чуть повыше камина: ее поверхность вновь была черной и абсолютно пустой.

— Значит, пришел навестить старика? — Астрагор шумно развернулся вместе с креслом к посетителю. — Как мило с твоей стороны, племянник.

Он сделал едва уловимое движение рукой: появилась низенькая табуретка для гостя. Но Фэш, неловко переступив с ноги на ногу, остался стоять.

— Я знаю, что это ты провел часовой мост для Василисы Огневой, — громко произнес мальчик. — Ты отправил ее так далеко в прошлое!

Астрагор прикрыл глаза. При свете огня кожа на его лице казалась похожей на старый коллекционный фарфор, испещренный сеточкой трещин. В который раз Фэш подумал, сколько же великому Духу на самом деле лет… Он бы не удивился, если бы год рождения дяди относился к эпохе самых первых Духов-часодеев.