Мрачно темнеющий свет - Джессика Клусс

Мария. Ее волосы были заплетены в косу, бегущую по спине, а круги под глазами свидетельствовали о том, что она провела бессонную ночь. Я села, и мир снова начал распадаться на кусочки, но после нескольких глотков картинка восстановилась. Мое туго перевязанное плечо пульсировало, но боли почти не ощущалось. Почти.

Мы были в одной из комнат дворца; правда, хорошую мебель из нее вынесли, а ковры свернули. На месте картин остались четкие квадратные следы. Выглянув в окно, я увидела двух мужчин – патруль, – в руках у них были посохи.

Значит, Орден не уничтожен полностью.

– Как долго я спала? – Мой голос прозвучал так, будто принадлежал старухе.

– Два дня, мисс, – рядом со мной села Лилли. Ее светлые волосы с золотистым отливом были растрепаны, лицо испачкано, но руки ничуть не дрожали, когда она клала мне на лоб компресс.

Я спросила Марию:

– Что с Ди?

– Он жил, но я ввела его в сон. – Она опустила глаза. – Ему придется приспособиться.

Лилли охнула, выжимая компресс.

– А что с остальными? – Мое сердце забилось чаще. – Что с Королевой?

Мария посчитала на пальцах.

– Ее Величество в безопасности. – Она кивнула на патруль в окне. – Монстры постепенно уходят, но некоторые еще здесь. Ордену пришлось установить вокруг дворца защитные барьеры, пока они не решат, что делать.

– А как же горожане? – спросила я.

Мария и Лилли обменялись мимолетными взглядами.

– Не беспокойся сейчас об этом, – сказал Мария, поднося к моим губам чашку. – Ты пей, пей. Это снимает боль, но, видимо, придется придумать что-то более действенное.

– Действенное? – Я ничего не понимала. Если эта рана меня не убила…

– Рук укусил тебя… – Мария не спрашивала, она утверждала. – Он сейчас Древний… своего рода.

Она встретилась со мной взглядом, кроме доброты, в нем была честность.

– Ты – Нечистая.

Все мысли исчезли. Я осторожно дотронулась до плеча. Я знала, что это означает. Ухмылки и полные отвращения взгляды, когда ты проходишь мимо. Ты – всего лишь пустой сосуд для монстра, который оставил на тебе свои отметины. Рук – то, что раньше было Руком, – теперь был моим хозяином.

– А Королева знает? – спросила наконец я.

– Ага. Она знает, и еще знает…

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Магнус. Видок у него был еще тот: весь в грязи, волосы, присыпанные пеплом, казались седыми. Кителя на нем не было, рубашка порвана. По лбу змеился длинный и уродливый порез, лицо припухло от свежих синяков, но он был жив. Он подбежал ко мне, и я сжала его руку, обратив внимание, что грязное лицо было исчерчено дорожками от слез.

– Ты гений, – пробормотал он. – Как, черт побери, ты это сделала? – Его взгляд метнулся к моему плечу. – Все еще болит? Сильно?

– На какой вопрос тебе ответить сначала? – улыбнулась я.

– Ага. Вот он знает. – Мария легонько ударила Магнуса, заставляя его уйти. – И лорд Блэквуд тоже.

– Он жив?

– Более чем, – сказала Лилли. Она хотела продолжить, но тут дверь снова открылась, и в комнату зашли два чародея в красных солдатских мундирах.

– Она проснулась, – сказал один из них, глядя на меня. Я не могла прочитать выражение его лица. – Император желает ее видеть.

– Ей нужен отдых, – заспорила Мария, но они не слушали.

Император? Значит, Ее Величество кого-то назначила. Скорее всего, капитана одного из эскадронов.

Император зашел в комнату и встал передо мной.

Это был Блэквуд.