В оковах мрака - Кресли Коул

Оставшись наедине с девушкой Конрад положил руку на основание шеи, сжимая её — характерный жест, выдающий внутреннее смятение, и уронил:

— Ты, наверное, ненавидишь их… Запятнанные кровью. Наоми покачала головой:

— Для меня они красные, как огонь. А ещё их цвет то темнеет, то светлеет, когда ты смотришь на меня… и я это просто обожаю. К тому же, в тёмных очках ты выглядишь, как кинозвезда.

— Ну да, или как наркоман.

— Полагаю, одно не исключает другое, moil grand, — заметила девушка, и Конрад невольно улыбнулся. Наоми сделала глоток шампанского и сменила тему: — Я думала, чтобы попасть сюда, нужно резервировать столик как минимум за несколько месяцев.

— Как правило, так и есть. Наоми выгнула бровь:

— Как правило?..

— Я думал, ты уже поняла, что для тебя я готов сделать невозможное возможным.

Еда лишь подтвердила это заявление. Одно за другам сменялись блюда и дороше вина. Наоми наслаждалась восхитительными напитками и яствами, не оставляя попыток выведать, какой всё-таки сюрприз он ей уготовил. Конрад потягивал виски, для виду ковырял вилкой в тарелке и самодовольно улыбался в ответ на все попытки девушки заставить его расколоться…

— Какой же ты воображала, вампир, — сдалась Наоми.

— Сюрприз слишком хорош, чтобы его испортить. Как ужин? Некоторые блюда оказались весьма экстравагантными, другие подчёркнуто изысканными, но все без исключения были невероятно вкусны. Она улыбнулась, глядя на Конрада поверх бокала:

— С`est exquis сomme tes levres.

Это значило — чудесен на вкус, как твои губы. Вампир резко выпрямился в кресле, когда Наоми провела затянутой в чулки ножкой вверх по его ноге.

Можешь сколько угодно изощряться в своих уловках, — чуть охрипшим голосом сообщил Конрад, впившись взглядом в вырез глубокого декольте платья, подменного им, — но что бы ты ни делала, я не сдамся. На десерт им подали набор птифуров в миниатюрном комоде из серебра ручной работы. В каждом из маленьких выдвижных ящичков этой необычной менажницы для десертов лежало пирожное, и ни одно не повторялось.

— Ну, всё, — заявила Наоми, пробуя по кусочку каждую сладость, — я отсюда точно не уйду.

— Не волнуйся. Мы ещё не раз сюда вернёмся.

У Наоми сжалось cердцe, но она заставила себя улыбнуться.

— Согласна не меньше, чем на раз в неделю, хотя бы ради этих птифуров.

— Ну что, готова к сюрпризу? — спросил Конрад, когда с ужином было покончено.

— Конечно, просто умру, если ты протянешь ещё немного! — выпалила Наоми, и тут же пожелала забрать свои слова обратно. Внутри неприятно кольнуло, но девушка постаралась скрыть от Конрада свою тревогу. Вампир по своему обыкновению закрыл Наоми глаза и переместил их ещё раз. Наоми почувствовала, как изменилась погода, в воздухе разлились новые запахи. И она услышала другой язык — французский.

Положив тёплую ладонь на обнажённую спину Наоми, вампир повёл её куда-то, где было гораздо более людно и темно, чем в том месте, куда они прибыли.

А потом он убрал руку с её глаз.

Наоми приоткрыла рот и ахнула. Они стояли перед Oперa Гарнье, всемирно известной Гранд-Oпера, в стенах которой родился и вырос Парижский Балет. Руки Наоми покрылись мурашками.

«Что сегодня е программе?» Афиша гласила. «Ромео и Джульетта».

Это было одно из её любимейших произведений Шекспира, и Наоми всегда хотела увидеть постановку по нему. Но увидеть «Ромео и Джульетту» здесь? В Париже? Её глаза наполнились слезами.

— Конрад, это лучший подарок, который я когда-либо получала, — выдавила Наоми и подняла взгляд на самого желанного мужчину в своей жизни.

Он предложил ей руку, чтобы проводить Наоми внутрь.

— Пойдём, — промурлыкал вампир, — иначе мы опоздаем.

Словно во сне она поднялась вслед за ним по лестнице к парадному входу во дворец Гарнье. Наоми слушала, как где-то в зале оркестр настраивал инструменты, и потрясенно рассматривала великолепие интерьеров, изысканные фрески на потолках, картины, скульптуры и резьбу, украшавшие стены, замысловатые узоры искусно выложенных мраморных полов. Пока они занимали места — естественно, в лучшей ложе — Наоми пробормотала:

— Ах, вампир, ты чу-у-удо! Кажется, ты и в правду способен… сделать невозможное возможным.

Сексуально ухмыльнувшись, Конрад снял очки.

— Я рад, что тебе нравится

Когда занавес подняли, сердце Наоми заколотилось, как сумасшедшее, и не успокаивалось на протяжении всего представления. Она была на седьмом небе от счастья. Поразительно, насколько изменился балет, и при этом как много сохранилось в нём с прежних времен. Рисунок танца безупречно соответствовал пьесе, а музыка дополняла ощущение целостности и гармонии.

Однако Конрад сидел со скептическим выражением лица, скрестив руки на груди.

— Они тебе в подмётки не годятся, — шепнул вампир, за что Наоми, кажется, ещё больше полюбила этого мужчину.

— Спасибо, конечно, но я думаю, что по сравнению с современными балеринами я несколько мала ростом и слишком пышная в груди.

— Полагаю, у меня слабость к миниатюрным балеринам с большой грудью.

Наоми улыбнулась:

— Я рада, что нравлюсь тебе.

— Не то слово как, — прядь волос упала Кону на глаза. — Ты скучаешь по балету?

— Да. Это очень волнует, выступать перед публикой. И мне не хватает ощущения сплочённости и братства нашей труппы, — Наоми скучала даже по ощущению ноющих мускулов после изнурительных репетиций. — Но я счастлива, что смогла поделиться этим с тобой.

Его пальцы переплелись с её.

Занавес упал, но Наоми долго не могла отойти от трагической развязки, хоть она и была ожидаема, и Наоми давно с ней смирилась. Тем не менее, грустный финал пьесы приобрёл для неё новый смысл. В скором времени ей так же, как Джульетте, придётся разлучиться с возлюбленным. Душа девушки стонала от отчаяния и безысходности, не находя выхода из ситуации, в которой она оказалась.

Но чему быть, того не миновать. Наоми смирилась и с этим, и не жалела ни о секунде прожитой жизни…

Конрад вернул её в реальность, вложив в руку небольшую обитую бархатом коробочку.

— Что это? — спросила Наоми, хотя уже знала ответ на этот вопрос.

Сглотнув комок в горле, она открыла коробочку. Внутри лежало изысканное платиновое кольцо с пронзительно синим сапфиром, окружённым россыпью бриллиантов.

— Будь моей женой, Наоми.

Когда Наоми смогла оторвать глаза от кольца, она встретилась взглядом с вампиром. Он сделал ей предложение в Опера Гарнье, в этом изумительно красивом месте. Её сердце всё ещё замирало от восхищения и впечатлений от балета… и трепетало от любви к мужчине, который подарил ей этот вечер. При других обстоятельствах она бы расплакалась от счастья.