Королева Америки - Катарина Макги

Королева покачала головой.

– Мы откладываем бракосочетание на неопределенный срок.

Когда Роберт понял, что она имела в виду, его глаза сузились.

– Беатрис. Я не позволю тебе это сделать.

– Могу я напомнить вам, что следует обращаться к Ее Величеству надлежащим образом? – упрекнула Сэм, сжав кулаки.

– И каковы ваши планы, Ваше Величество? – насмешливо спросил он. – Вы собираетесь отменить дорогостоящее, распланированное глобальное мероприятие только потому, что вам стало не по себе?

Сэм бросила на сестру взгляд, отчаянно желая вмешаться, но Беатрис слегка покачала головой. И Саманта поняла, что в этой битве ее сестра хотела сразиться сама.

Битве, которую Беатрис месяцами мечтала провести, но до сих пор не чувствовала себя достаточно уверенно.

– Свадьба, может, и глобальное событие, но это все еще моя жизнь, – тихо сказала Беатрис.

Лицо Роберта покраснело от ярости.

– Если вы не проведете эту свадьбу, то уничтожите семейное наследие. После всего, что сделала монархия…

– Простите, а что такого сделала монархия? – вмешалась Сэм. – Какую часть нашего наследия ты защищаешь, Роберт? Колонизацию? Грубые нарушения прав человека, которые мои предки совершали во имя расширения и прогресса? Рабство?

Она так решительно покачала головой, что ее серьги заплясали.

– Страна выдержала все это, но, о нет, если моя сестра отложит свадьбу, монархия тут же падет!

– Что любая из вас может знать о наследии? – Тон Роберта стал резким, вежливость полностью исчезла. Он прищурился, глядя на Беатрис. – Ты всего лишь девушка, сидящая на троне, который для тебя слишком велик, в короне, для которой всегда будешь слишком мала!

Беатрис выпрямилась.

– Я глава государства, а не просто девушка в тиаре!

Роберт засмеялся, но веселья в смехе не было.

– Беатрис, ты и есть девушка в тиаре! Это твоя работа – улыбаться, делать то, что тебе говорят, и носить диадему! Но если ты будешь упорствовать, диадема у тебя на голове надолго не задержится. Как твой камергер и хранитель репутации вашей семьи, я не могу позволить тебе устроить это.

– Кстати говоря, – ответила Беатрис с упрямым ожесточением. – Ты уволен. Корона больше не нуждается в твоих услугах.

Сэм ахнула. Роберт возмущенно нахмурил брови.

– Ты же несерьезно.

– Можешь собирать вещи, – повторила Беатрис. – Я сообщу заместителю министра домашнего хозяйства о твоем отъезде.

– Но… свадьба…

– Больше не твоя забота.

Лицо Роберта стало уродливым, искаженным злобой.

– Эта страна никогда не примет тебя в одиночку.

– Нет, это ты не мог принять мое правление в одиночку, – поправила Беатрис. – Я не уверена, что подумает страна, но готова дать им шанс.

Роберт открыл рот, но что-то остановило его в выражениях лиц сестер Вашингтон.

– Очень хорошо, Ваше Величество. – Он с крайним пренебрежением выплюнул ее титул и вылетел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

– О, Би, – вот и все, что смогла сказать принцесса, когда Беатрис крепко ее обняла.

Некоторое время они стояли, цепляясь друг за друга с такой силой, что Сэм не могла сказать, кто из них на кого опирался. Может, обе одинаково. Так ведь поступают с родными, верно? Хватаешь их и не отпускаешь. Поддерживаешь, даже когда не хватает сил стоять самому.

– Как ты догадалась включить тревогу? – едва слышно спросила Беатрис.

– Поняла, когда увидела тебя и Коннора. – Сэм немного отстранилась, чтобы посмотреть в лицо сестре. – Я виновата, что он приехал на свадьбу. Это я отправила ему приглашение.

Она почувствовала, как напряглась Беатрис.

– Однажды я зашла в кабинет поговорить с тобой, а когда обнаружила, что там пусто, принялась лазить в столе. Даже заглянула в секретный ящик, где папа прятал конфеты, – призналась Сэм. – Так я поняла, что вы с Коннором встречались. Я нашла его приглашение и… отправила, – запинаясь, сказала она. – Мне так жаль.

Беатрис долго обдумывала слова сестры, а затем кивнула.

– Не жалей, Сэм. Я не жалею.

Прямо сейчас она выглядела до боли свадебной. Пара вуалей ниспадали каскадом, тонкая сетка тюля улавливала тени, точно вода. Но Беатрис только что отменила свадьбу века.

– Итак, вы с Коннором снова вместе?

– Я с ним попрощалась. – Беатрис посмотрела вниз и провела ладонями по своей воздушно-мерцающей юбке. – Конечно, я бы предпочла момент получше, – продолжила она с чем-то вроде усмешки. – Но я не могу злиться на Коннора за то, что он за меня сражался. У нас такая богатая история.

По тому, как она произнесла словно «история», Сэм поняла, что Беатрис видит в Конноре фигуру, принадлежащую к ее прошлому, а не к будущему. Но… разве она не отменила свадьбу с Тедди?

– Я не понимаю, – выпалила Сэм. – Если ты не выбираешь Тедди, то разве ты не выбираешь Коннора?

– Я выбираю себя!

Когда Беатрис повернулась, ее глаза горели новым, уверенным огнем. Сэм поняла, что, избавившись от Роберта, Беатрис сбросила с плеч удушающий груз.

Теперь, когда она была свободна, то наконец могла по-настоящему править.

– Я королева. Я, по определению, отличаюсь от одиннадцати королей, что были до меня. Но как только выйду замуж за Тедди, то больше не буду этой женщиной.

– Даже если ты выйдешь замуж за Тедди, то все равно останешься королевой, – заметила Сэм.

– Я буду королевой с королем-консортом. Не той, что правит сама по себе. – Беатрис вздохнула. – Папа всегда напоминал мне, что нельзя недооценивать силу символизма. Каким символом я стану, если первое, что сделаю как королева, – это выскочу замуж?

Сестра была права. В мире было мало образов, столь же могущественных, как Корона. И Беатрис, сидящая на троне самостоятельно, – такой образ мог иметь большое значение.

– Би. А ты бунтарка, – сказала Сэм с недоверчивой улыбкой.

Беатрис покачала головой.

– Я влюбилась в человека, который был в списке одобренных родителями кандидатов. И ты, кстати, тоже, – добавила она. – Как-то не особенно мятежно.

Сэм почувствовала укол сожаления при упоминании Маршалла.

– Не важно, кто такой Тедди. Важно то, что ты решила не выходить за него замуж. Ты – сбежавшая невеста! Вот бы дождаться экранизации этого сюжета, – продолжала она, пытаясь вызвать улыбку у сестры. – Только если в нем не будет Келси Брук.

– Сбежавшая невеста. – В голосе Беатрис прозвучала нотка страха, как будто она только что полностью осмыслила свое решение.

Сэм взяла сестру за руку.