Проводник - Александр Лидин

Вот это новость. Я прямо опешил. Неужели и остальные (Тс-с-с о покойных ни одного плохого слова!) так же относились к своему господину?

– Чего встал, пошли! Ты берешь правую половину комнаты, я – левую.

Я пинком открыл дверь и сделав кувырок вперед вкатился в комнату. Все бы ничего, но в комнате оказалось человек пять. Трое в форме и двое в штатском. Оказавшись в комнате, я с колена открыл огонь из своего пневмо. Двоих я успел завалить, а после пуля ударила мне в плечо, отшвырнув назад к двери. Падая я взвыл от боли, и тогда заговорил дробовик Светланы. Все было как в хорошем боевике, только крутого героя из меня не получилось Я смотел на происходящее, лежа на полу.

Бух-х-х!

Из ствола дробовика вырывается фонтан огня, и одна из фигур в штатском с пистолетом в руке, сметенная зарядом врезается спиной в книжный шкаф и сползает по нему, оставляя кровавый след.

Бух-х-х!

И голова одного из военных разлетается на куски, словно гнилой арбуз, засыпая пол кусками кости, мозга. А из шеи, точно как в самурайских боевиках бьют фонтаны крови.

Бух-х-х!

Третьего штатского заряд поразил в грудь. Он пролетел через всю комнату и вышибив спиной окно, вылетел из комнаты.

Светлана медленно опустила дробовик.

– Постреляли, – тяжело вздохнула она.

– Да, теперь нашу миссию никто не назовет тайной, – фыркнул я.

– Не беспокойтесь. Вы уже переворошили все осиное гнездо, – встрял Тогот. – Кстати, Артурчик, как твое плечо?

– Спасибо, что спросил.

Я попытаплся пошевелить рукой, но ничего не получилось. Правая рука не слушалась.

– Надо было не слушать тебя и воспользоваться заклятием неуязвимости.

– Ага, и объявить вампиру: «Здрасте, мы вот тут поколдовываем немножко, пришли вот вас шлепнуть, а заодно подстраховались».

– Ну, как ты Артур? – нагнулась надо мной Светлана.

– Ты давай, к окну. Пальни несколько раз для острастки, а я пока себя подлатаю.

Светлана кивнула и направилась к окну. На мгновение я закрыл глаза. Боль в плече была страшная. Такое впечатление, что глубоко-глубоко в мое тело воткнули раскаленный железный прут, а теперь кто-то неторопливо крутил его в ране. Кровь заливала куртку. Я развернулся на полу, ногой захлопнул дверь и прижал ее ногой. Если кто влезть попытается, почувствую. Потом я обратился к Тоготу:.

– Ладно… Продиктуй что-нибудь обезболивающее, и потом чтобы кровь остановить.

– Да ты и сам должен знать такую ерунду. Помню я тебе рассказывал об этом…

– Отставили экскурсы в мое нелегкое детство. Быстро диктуй заклятия, иначе я тебя потом гвоздями в прихожей к стенке приколочу.

Тогот вздохнул. Он знал, что когда я в таком состоянии, со мной лучше не спорить.

– Хорошо, повторяй за мной…

И я повторил. Боль ушла. Кровь остановилась. Но пуля осталась в плече, и я отлично понимал, что все самое неприятное впереди, однако это случится не здесь и не сейчас.

Словно из-за тридевяти земель донесся до меня грохот дробовика. А потом, в ответ, по зданию ударил крупнокалиберный пулемет. С тяжелым вздохом Светлана присела рядом со мной.

– Ты уверен, что нужно было стрелять в часовых?

Я пожал плечами.

– Не знаю. По-крайней мере будем надеяться, что это их встряхнет. К тому же они десять раз подумают, прежде чем снова пойти на штурм особняка.

– Осторожно за дверью! – взвыл Тогот.

Я оттолкнул в сторону Светлану и, выхватив из-за пояса автоматический пистолет, прошил дверь очередью.

Кто-то по ту сторону дико взвыл.

Я повторил процедуру, и по другую сторону двери воцарилось молчание.

– Вперед! – приказал мой покемон. – Кажется дорога свободна.

– Кажется ему, – с этими словами я с трудом поднялся с пола. Плеча я больше не чувствовал, точно как и правой руки. Но чары действовали железно. Я даже ощущал подъем сил, готов был побить мировой рекорд на стометровке. – Я тебя не зашиб? – повернулся я к Светлане.

Но она уже была на ногах и только снисходительно улыбалась.

– Ты, Арт, за собой лучше смотри, а то эти уроды и в самом деле сделают из тебя жмурика. Ты поосторожней, пожалуй.

– Хорошо.

Я медленно поднялся и встал возле двери, потом кивнул своей защитнице, та ударом ноги распахнула дверь. На полу лежал молоденький лейтенант. Мои пули пробили его мундир, прочертив кровавую полосу поперек тела. А лицо… Лицо мальчика. Ну почему? Почему я должен был стать убийцей этого мальчика?

Неприятно кольнуло плечо. Заклятие или нет, а нам нужно было как можно быстрее закончить это дело.

– И?

– Пойдем быстрее. Я думаю, чердак мы осмотреть успеем. А вот в подвал нам придется прорываться.

– Будем надеяться, что этого не понадобится.

Я с сомнением вздохнул.

– Пойдем.

В этот раз Светлана шла впереди. Мы медленно брели по пустынным пыльным коридорам. Нигде никого. На улице выла сирена, до нас доносились пронзительные крики командиров, но внутри здания царила мертвая тишина.

– Знаешь, – неожиданно обратилась ко мне Светлана, – у меня странное ощущение. Словно я на кладбище, на собственных похоронах.

Я резко остановился.

– Подожди.

Дрожащими пальцами я выудил из кармана колоду. Первая карта – дама пик. Вторая – двойка бубей. Значит осталась только одна дама?

– Тогот?

– Слушаю внимательно.

– Я вынул только одну даму.

– Не понял?

– Я взял колоду и вытянул только одну даму.

– Подожди, подожди Артурчик. Ты сейчас где?

– А ты будто не знаешь!

– Зачем тебе карты?

– Послушай ты, пилигрим от морковок: Я ВЫНУЛ ИЗ КОЛОДЫ ТОЛЬКО ОДНУ ДАМУ!

– И?

– Что сейчас с Аллой?

– Она под арестом, и я не дам тебе ее прикончить.

– Ты уверен, что она в безопасности?

– Да.

– Тогда… – я повернулся к Светлане. – С тобой все в порядке?

– Пока «да». Пойдем. Эти уроды внизу могут придумать все, что угодно.

– Согласен, – и я поспешил за ней. Заклятия Тогота сработали на все сто. Кровь идти перестала, боль исчезла, хотя… Иногда я с ужасом думал о том, что случится, когда я выберусь из этой передряги. Ладно, жены у меня, считай, теперь нет, хотя я до сих пор не понимал, как мне поступить с Аллой. В первый момент, когда для меня все открылось, я готов был ее убить. Но сейчас… Я, конечно, не слишком сентиментальный человек, но вспоминая все, что было между нами… вспоминая безумные ночи любви под черноморским небом, когда я даже не пытался творить заклятия страсти, (их творила за меня природа, даруя нам радость совокупления)… Но одна дама! Кто она? В этот миг, глядя на Светлану, я желал смерти своей жене.