След паука. Часть первая - Анна Шнайдер

– А вы что-то уже знаете? – Гектор поднял брови. – И как, может родовая магия передаваться не-аристократии?

– Может, – ответили Эн и Рон хором. – Сейчас объясним.

А потом последовали удивительные полчаса, во время которых Дайд узнал столько всего шокирующего, что ему пришлось срочно сесть и продолжать слушать уже сидя.

Когда точно возникла Геенна – огромная стена из огня, пересекающая континент, на котором находилась в том числе Альганна, – до настоящего времени было неизвестно. Так же, как и то, что она такое, хотя предположений было много. Основной версией считалась легенда о Защитнике и Защитнице – двух богах, которые спустились на землю, чтобы защитить людей от ужасных демонов, проникающих сюда из другого мира, и создали Геенну. Она стала щитом, что задерживал большую часть опасностей. А чтобы люди не забывали о божественной помощи, Защитник и Защитница подарили тем, кто сражался с демонами, кровную магию, а на трон посадили своего сына – Алаистера Альго, первого императора Альганны. Такова была официальная версия, в которую верили много тысячелетий, но оказалось, что она не совсем правдива.

– Не было никаких богов, были только люди, – объясняла Эн, показывая Гектору их с Роном записи. – Давным-давно на нашей земле открылся портал в другой мир – большая чёрная дыра. Её называли Бездной, и она всё расширялась и расширялась. Тогда тысячи лучших магов объединились, прочитали заклинание и, совершив ритуал, пожертвовали своими жизнями, чтобы остановить расширение Бездны и создать Геенну – живой щит, ту самую стену из огня, которую мы видим до сих пор. Этот огонь – огонь их душ. А богов не было.

– Демоны, – выругался Гектор, покачав головой. – Если это дойдёт до ушей аристократии, заговорщиков станет ещё больше. Сейчас как-то сдерживаются, полагая, что Альго – потомки богов, а если выяснится, что они люди…

– Не выяснится, – отрезал Рон решительно. – Эта часть нашей работы точно останется неизвестной. Остальное же… мы почти закончили, и скоро император объявит о результатах официально. Не обо всех, но аристократишкам хватит, чтобы покончить с предрассудками и начать наконец полноценно размножаться.

– Ещё ты покончил бы со своими предрассудками, – фыркнула Эн, убирая в папку листок, на котором была нарисована Бездна – чёрный пролом в земле. – А то не любишь всех аристократов без разбора, как будто среди них нет приличных людей.

– Ну почему же всех? Я тебя люблю.

– Я не аристократка и вообще…

– И всё же, – перебил их Дайд, поняв, что эта парочка может препираться ещё долго, – что значит «она принадлежит Геенне»?

Эн и Рон переглянулись, и парень, вздохнув, ответил:

– Мы можем ошибаться. Но если рассуждать логически… Геенна – это место между двумя мирами. Это по сути души людей, которые не живы, но и не умерли до конца – в том смысле, в котором мы с вами понимаем слово «смерть». И мне кажется, «она принадлежит Геенне» значит, что… как бы поточнее выразиться…

– Она находится между мирами, – сказала Эн тихо и словно осторожно. – Между жизнью и смертью, Гектор. Шаг вперёд – жизнь, шаг назад – смерть. Не живая, но и не мёртвая. Как те древние маги.

– Но она ведь не древний маг, – возразил дознаватель, чувствуя, как отчего-то холодеют ладони и больно становится в груди – словно туда иглу воткнули. – Речь идёт о живой девушке, Энни.

– Значит, не совсем о живой. Полностью живое – так же, как и полностью мёртвое – Геенне принадлежать не может. Только то, что между.

– Между… – прошептал Гектор, понимая, что понятнее ничего так и не стало. – Ладно, спасибо вам, ребята. Буду разбираться.